И зовите меня Гудвин
Шрифт:
И я такого своего шанса не упустил — просто не свыкся ещё со своими новыми обликом и статусом, вот и попросил:
— Люди добрые, помогите с носилками! В одного эту тушу не упереть!
— Отвали, морда зелёная! — отмахнулся боец с дробовиком, автоматчик так и вовсе щелчком пальца запустил в меня окурок.
Не попал, но в голове будто петарда взорвалась, так всего из-за приступа лютой злобы перетряхнуло! Аж дыхание перехватило и кровь в висках застучала. Пальцы сами собой сжались в кулаки, ногти до боли впились в кожу, перед глазами растеклась красная пелена.
Всех желаний — дотянуться и сломать!
И настоящий орк непременно бы сделать это попытался, ну а я в своей прежней жизни не раз и не два оказывался в ситуациях, когда излишняя вспыльчивость грозила поездкой не на кладбище, так в ночной лес, поэтому совладал с гневом и разжал кулаки.
— Ну вы чего, мужики? — выдавил из себя примирительное.
— Я тебе сейчас зубы пересчитаю, падла, вот чего! — прорычал то ли идейный орконенавистник, то ли просто конченый мудак и даже замахнулся стальным каркасным прикладом.
Пришлось спешно податься назад, только поэтому по морде и не схлопотал. Дальше автоматчика утянул за собой к лестнице напарник, а я остался стоять, шумно дышать, стискивать и разжимать кулаки. Выплеснувшийся в кровь адреналин жёг почище кислоты, меня всего так и корёжило, безумно хотелось броситься в погоню, но ввязываться в драку с представителями закона было никак нельзя.
Умом я это прекрасно понимал, принять — не мог. Физиология, мать её раз эдак! Против гормонов и прочей хрени не попрёшь! Да и не привык подобное обращение спускать!
Как-то неожиданно накатило ясное понимание, что если прямо сейчас не дам выход своему гневу, он угнездится во мне и переродится в навязчивую идею. И от неё будет уже не избавиться. Не успокоюсь, пока не отыщу обидчика и не выбью из него дух.
А это — чревато. Я не хотел, чтобы моя новая жизнь окончилась под стать прежней.
Жить — хорошо! Особенно, когда ты молод, силён, здоров и отнюдь не урод. Ну или хотя бы не совсем урод. Да и плевать, что рожа теперь зелёная! В конце концов, это не мои проблемы!
Я тяжко вздохнул, ухватил за ручки носилки с телом, потянул их по коридору. Без особого труда доволок мёртвую тушу безголового санитара до лестницы, а там перегнулся через перила и обнаружил, что выход из подъезда находится почти прямо подо мной. Чуть поодаль стояли патрульный автомобиль и автобус горотдела, к ним притулилась машина скорой помощи.
Бородатый шофёр заметил меня и махнул рукой.
— Шевелись уже давай, ля!
Я ничего не ответил. Вспомнилась пантомима гэбэшника, и во мне укрепилась уверенность, что именно дохлый санитар мне в глаз с локтя и зарядил.
Сука такая!
— Гу! — вновь крикнул шофёр. — Ты там уснул?
Выпрямившись, я глянул вниз и отозвался:
— Иду!
В голове размеренно пульсировала боль, я кое-как отрешился от неё и задумался о своих перспективах в новом мире. А как задумался, сразу оттянул резинку спортивных штанов. К моему величайшему облегчению, с причиндалами оказался полный порядок, разве что удивило полное отсутствие волос. На груди и в паху кожа была словно после депиляции.
«Будто лягушка какая, — мысленно поморщился я. — Хоть с головы пересаживай!»
И сразу в полный рост встал вопрос, как в этом мире обстоят дела с межрасовыми сношениями, поскольку проверять тело на отсутствие эректильной дисфункции в компании зелёнокожей клыкастой орчанки мне категорически не хотелось. Аж передёрнуло всего, стоило только процесс нашего соития вообразить.
Но мысли мыслями, а поглядывать вниз я не забывал, и потому приподнял обезглавленную тушу орка сразу, как только мои обидчики покинули подъезд. Пришлось поднатужиться, переваливая тело бывшего напарника через ограждение, но я оказался силён как бык, и уже мгновение спустя мертвец ухнул вниз, увлекаемый неумолимой гравитацией к земле. Злобный гад и его напарник успели отойти всего-то шагов на пять, когда позади них с мерзким чавканьем впечаталось в пыльный асфальт тяжеленное мёртвое тело.
Кровь так и брызнула, бойцы испуганно шарахнулись в разные стороны, и я злорадно крикнул:
— Извиняюся! Я не нарочно, он просто выскользнул!
И сразу подался назад, дабы не словить пулю. Но вскинувшие оружие бойцы огонь открывать не стали, а после от патрульного автомобиля раздался требовательный окрик, следом захлопали дверцы, зарычал движок.
Я рискнул подступить к ограждению и к своей откровенной радости обнаружил, что бобик с надписью «Милиция», переваливаясь на выбоинах в асфальте, медленно катит со двора. А вместе с облегчением пришло и понимание того простого факта, что быть молодым сильным орком — это здорово, но с излишней вспыльчивостью надо что-то делать. Сейчас обошлось, а вот поднялись бы менты на этаж, и что тогда? Ладно бы просто пятнадцать суток впаяли, но ведь могли и прикладами отходить!
Впрочем, прикладами — это сильно вряд ли.
Я стиснул кулаки, полюбовался своими лапищами и довольно ухмыльнулся.
— Гу! — донёсся снизу истошный крик коротышки-шофёра. — Совсем сдурел?!
Ничего отвечать я не стал, подхватил носилки и наперевес с ними поспешил вниз по лестнице, перепрыгивая где через ступеньку, а где и сразу через две.
Сдурел? Вот уж ничего подобного!
Глава 2
Два
Когда вышел на крыльцо, шофёр стоял над изломанным телом санитара. При моём появлении коротышка стиснул кулаки, и надо сказать, смешным, несмотря на невеликий рост, он мне сейчас отнюдь не показался. И плечи широченные, и кулаки здоровенные. Прямо-таки боевой гном, только борода для гнома слишком короткая и аккуратная.
Или нет? Или всё же гном?
— Ты что творишь, рожа твоя зелёная? — негромко, но очень веско произнёс шофёр и повторил, уже едва не срываясь на крик: — Ты что творишь, ля?!
Глаза зло сверкали из-под нахмуренных бровей, короткая рыжеватая бородка воинственно топорщилась, и я проглотил уже готовую сорваться с языка колкость, развёл руками.
— А чего я творю? — спросил, закосив под дурачка. — Тело спустил. Нет разве?
Гнома чуть не разорвало. Уверен, будь у него сейчас в руках монтировка — непременно бы попытался меня ею огреть, а так разве что зубами заскрипел от бешенства.
— Да я вообще не понимаю, почему тебя в отделение не забрали! Это ж не обычные постовые были, а группа быстрого реагирования!
— Как забрали бы, так и отпустили.
— Ты ж их чуть не пришиб, дурень! Тут даже не хулиганство, тут покушением на убийство сотрудников при исполнении пахнет!
Я тяжко вздохнул и потребовал:
— Машину подгони.
— Чего? — вылупился на меня коротышка.
— Скорую, говорю, сюда подгони! — Я осторожно прикоснулся к разбитой скуле, поморщился и покачал головой. — А с покушением на убийство — это ты пальцем в небо. Да и хулиганства не было — я ж просто свою работу выполнял! Просто этот, как его… А! несчастный случай на производстве! Самое большее — пятнадцать суток впаять могли.