Чтение онлайн

Испанский Левант. Иберийские народности Испанского Леванта дают нам тип совершенно другой политической и социальной структуры. Отсутствие монархических традиций объясняется большой удаленностью от финикийских торговых центров и сложностью внутренних связей в силу географических условий. Греческое влияние способствовало возникновению здесь системы городов-государств. Основным фактором был статус «горожанина» средиземноморского происхождения, ставивший интересы своего родного города превыше интересов соседей.

В результате подобной системы возникла целая серия небольших государств, политически благоприятствовавшая местным союзам. Для создания конфедерации они зачастую воевали друг с другом. Нам известны имена некоторых «царей» III века до н. э.: например, Эдекон, связанный с городом Эдека и его населением — эдетанами. Возможно, его правители осуществляли исполнительную власть, возложенную на них ассамблеей или сенатом.

Долина Эбро. В долине Эбро единственным народом, имевшим сильное политическое объединение, являлись илергеты. Их экономика основывалась на единении, а иерархическая система имела кельтскую ориентацию. Усилия илергетов по созданию конфедерации с соседями имели кельтскую направленность и были связаны с распространением кельтов на полуострове во времена римского нашествия. В большинстве случаев «цари», такие, как Амусик Аусетанский, были обычными военачальниками, узурпировавшими власть.

Сила сената или ассамблеи Сагунта носила явно греческое происхождение. Их влияние на соседние народы доказывает тот факт, что некоторые из них изгоняли своих ничтожных царей и обращались к сенату. Сенат Сагунта представлял собой аристократический совет, однако во время осады Ганнибала этот орган назначил претора, который исполнял временные функции.

Каталония. В 195 году до н. э. Катон призвал народы Каталонского региона к избранию сенаторов, что говорит об отсутствии какого-либо органа, ответственного за управление. Изначально главы семейств представляли своих людей в рамках демократической политической системы, устойчивость которой объясняется отсутствием каких-либо огромных богатств, которые можно было поделить. Это также объясняет, почему так мало известно о социальном положении северных иберов в противоположность южным.

Одним из наиболее любопытных явлений была практика принесения обета — devotio, признанная Цезарем и считавшаяся Плутархом чисто иберийской. Она подразумевала клятвенное обещание во всем слушаться своего руководителя. Цезарь описал эту практику, особо отметив обязательства devoti — всецело преданных приверженцев. Эти люди составляли личную охрану своего начальника, защищали его, разделяли с ним все радости и горести и никогда не переживали его. У Вириата была когорта devoti, которые сопровождали его и в день свадьбы, и в день похорон. Эта практика объясняет огромное число коллективных жертвоприношений среди иберийских народов. Римляне оценили положительные стороны этого явления, и некоторые генералы даже пользовались этим в своих интересах.

Месета была хлеборобным регионом и поэтому стала житницей римлян. Однако зерно не было исключительной прерогативой Месеты. В 203 году до н. э., когда римляне владели только побережьем полуострова, импорт испанского зерна привел к понижению цен на римском рынке. Значение илергетов основывалось на богатом зимнем урожае в долине Эбро. Турдетанские земли возле реки «возделывались под виноград и различного рода плантации», а в Лузитании цены на зерно были значительно ниже по сравнению с ценами Афин.

Основным занятием иберов были, несомненно, выращивание винограда и оливы, привнесенных греками. Северные границы виноградарства распространялись от Ампурьяса, включая Лангедок и Прованс. По мнению Марциала, каталонские вина, за исключением таррагонских, были весьма низкого качества. На внутренних территориях виноградарство было распространено по всей Турдетании и достигало Карпетании.

Районом наиболее интенсивного земледелия и производства наилучшего оливкового масла был регион Гвадалквивира, хотя уже в начале II века до н. э. оливковые сады распространились до центрального массива внутренних территорий и до района индицетов на побережье.

Сады фруктовых деревьев составляли зеленый пояс вокруг городов. Гранаты (восточный фрукт) можно видеть на фрагментах вазы из Лирии. Фиговые деревья пышным цветом цвели в Сагунте, огромное разнообразие фруктов произрастало на юге. Искусные садоводы знали даже, как делать прививки деревьям. Большим спросом пользовались персики Испанского Леванта, трюфели из Нового Карфагена и артишоки из Кордовы. Не меньшую известность получили ранние розы из Нового Карфагена и шиповник из Лайетании.

Со времен римского нашествия флора и способы культивирования земли в Иберийском регионе значительно изменились. Уничтожение лесов сократило болотистые и степные территории. Определенно можно сказать, что в Сагунте, наиболее плодородном районе, производившем лучшие фрукты, тогда не росли апельсины и лимоны, завезенные позже маврами.

Поистине обожаемым животным на полуострове была лошадь, сродни парфийской. На диких лошадей охотились в лесах внутренних территорий. Они использовались в кавалерии и широко экспортировались, что говорит об их огромном количестве на полуострове в римские времена. В хозяйстве также пользовались кельтиберийские ослихи и мулы из горных районов.

Хотя овцеводство было в основном характерно для Месеты, отгонное скотоводство позволяло выращивать их на юге и в долине Эбро в зонах летнего выпаса между равнинами и высокогорьем.

Охота на диких свиней и вепрей была иберийским спортом, а выращивание домашних свиней обеспечивало население ветчиной высокого качества. Большое количество шкур быков, отмеченное в списках трофеев, свидетельствует о том, как высоко ценились эти животные в качестве платы или подарка.

Омывающие полуостров моря давали большое разнообразие рыбы. Макрель и тунец от Геркулесовых столбов, моллюски из Картеи, осьминоги и кальмары из Секси, устрицы из Эльче и многие другие морские продукты способствовали процветанию индустрии засолки и сохранения продуктов. Время от времени встречались представители огромных китообразных, таких, как дельфины, касатки и киты.

Между Тартессом, который получил в наследство древнейшие металлопроизводящие центры, и оловянным путем Касситеридеса действовала торговая система, основанная на богатстве иберийских шахт. Наиболее известным рудным регионом была Сьерра-Морена.

Большой известностью пользовались серебряные рудники Илипы (Алкала-дель-Рио, провинция Севилья) и шахты киновари в Сисапо (Альмаден, провинция Хаэн). Котинай возле Сисапо был, как рассказывали, «богатым медью и золотом», Аурингис (Асти, Баса) славился как центр серебряного литья. Со времен Ганнибала серебро добывали в шахтах Акци (Гвадикс). 40 тысяч местного населения работали в серебряных рудниках возле Картахены. Единственная шахта Бебело давала Ганнибалу более 300 фунтов руды в день. Ссылаясь на Посидония, Страбон рассказывает об умении рудокопов Турдетании. Он отмечает их способности отрывать глубокие галереи и применять знание винта Архимеда для удаления воды.