Чтение онлайн

— О твоих глазах. На радужке есть золотистые пятнышки, которые как бы обрамлены в зеленый цвет.

— Этан, прекрати, пожалуйста, — сказала Мэг. Но все началось сначала.

Интересно, было бы ей проще решить эту проблему, если бы они с Ларк не были так близки? Может быть, но больше всех на свете Мэг любила сестру. Она делала все, чтобы оградить Ларк от неприятностей. Эта ужасная история с Этаном и Мэг могла причинить ей колоссальную боль. Что будет, если она узнает, Мэг не могла даже представить. Ларк продолжала пылко любить своего мужа. И была такой заботливой, любящей матерью… В конце концов, она так гордилась их с Этаном замечательной семьей… Она даже смогла «удержать» Люсинду, у которой очень сложный и требовательный характер. Ларк удалось сделать то, о чем они с сестрой так мечтали в детстве: она построила семью, дом. А сейчас со стороны могло показаться, будто Мэг захотела все это разрушить.

Мэг всегда обсуждала с младшей сестрой все события своей жизни, но из-за Этана она перестала ей звонить. Ларк быстро поняла, что с Мэг происходит что-то странное. Казалось, она знала старшую сестру лучше, чем сама Мэг. Не звонить совсем — неудачное решение.

«Эй, сестренка, что, в конце концов, с тобой происходит? — Ларк оставила сообщение на автоответчике, за два часа до того, как позвонил Этан. — Я знаю, если ты вот так прячешься, значит, что-то случилось. Неужели опять объявился этот Пол Стоукс и ты боишься мне рассказать? Я спросила Этана о том, какой ты была, когда вы вместе обедали. Знаешь, что он мне ответил? Он сказал: «По-моему, с ней все в порядке». Послушай, поверь мне, я вытяну из тебя все на этих выходных, так что считай, я тебя предупредила. Кстати, на ужин приедут Франсин и Мэт, а у меня совсем нет времени на то, чтобы что-нибудь испечь. Можешь привезти мне те вкусные голландские яблочные пирожки из кафе «Капкейк»? Люблю тебя. Увидимся в пятницу».

Мэг знала, что Ларк будет расспрашивать, неумолимо требовать рассказать ей все. В детстве Ларк всегда хотела знать все, что происходит со старшей сестрой. Мэг думала, это потому, что она была для нее как мать. Но когда Ларк сама стала матерью, она научилась прекрасно контролировать свои чувства и стала очень наблюдательной. Раньше такая забота сестры очень нравилась Мэг. Таким образом Ларк выражала свою любовь, и, Бог — свидетель, она была ей за это благодарна. Но сейчас им предстояло провести бок о бок три мучительных дня. Мэг боялась даже думать о том, что станет отвечать, когда Ларк задаст ей откровенный вопрос.

— Ну? Кто он? — спросил Эйб, когда они ехали через мост на границе с округом Колумбия. Низкие серо-зеленые холмы Беркшира виднелись сквозь туман далеко на востоке.

— Не поняла?

— Кто он, этот парень? Весь вечер я наблюдаю, как ты хмуришься. Мой опыт подсказывает, что это может означать только одно. — Задав вопрос, Эйб улыбнулся. Мэг знала эту милую, скромную улыбку. Он часто пускал ее в дело, чтобы получить желанный результат. Временами Эйб казался таким безобидным и добродушным, что легко можно было забыть о том, что ум его, острый, как лезвие бритвы, всегда начеку. Темные, непослушные волосы уже начали редеть на висках, многолетняя привычка играть в теннис сделала его фигуру стройной. Так что со стороны, не присматриваясь, его еще можно было принять за выпускника Гарвардского университета, работающего клерком на фирму «Джастис Реинквист». Но стоило посмотреть ему в глаза, и сразу становилось понятно, что он далеко не мальчик. Взгляд у Эйба усталый, веки немного опущены, как у мужчин, которые лет на двадцать старше него.

— Ты говорил с Ларк?

— Нет, я говорил с Полом Стоуксом. — Именно Эйб познакомил Мэг с Полом. Он с большим интересом наблюдал за их быстро развивающимся романом. — Пол сказал, что видел, как ты обедала с каким-то мужчиной, которого он не знает. Он сказал, что тому парню ты явно не безразлична, по крайней мере, так все выглядело.

— Вы, адвокаты, всегда не прочь посплетничать.

— Прости, если я задел твои чувства.

Мэг обратила внимание на странные нотки, прозвучавшие в его голосе.

— Почему ты расстроен, Эйб?

— Расстроен? Вовсе нет. Мне просто любопытно. С твоих слов я понял, что после расставания с Полом ты решила какое-то время не встречаться с мужчинами.

— Так и есть, — сказала Мэг, поднимая стекло.

Солнце спряталось за горами, и температура заметно понизилась. Мэг всегда была очень чувствительна к холоду. Если со стороны так заметно, что Этан оказывает ей знаки внимания, тогда у нее нет выбора — надо немедленно рассказать Ларк о том, что происходит.

— Ладно, не хочешь говорить, не надо.

— Что с тобой происходит, Эйб? Знаешь, такое чувство, будто ты на меня сердишься.

— Ты ошибаешься.

— Если ты злишься на меня из-за Пола, то возьми и скажи мне об этом прямо.

— Ты обвиняешь меня в том, что я что-то скрываю? — спросил Эйб смеясь. Он взглянул на нее, а потом вновь посмотрел на дорогу. — Ты же знаешь, я на такое не способен. Пол тут не при чем. Я уже говорил тебе, что удивился, узнав, как глупо вы расстались. А еще говорят, противоположности притягиваются и всякое такое… Думаю, что в эти дня я просто запутался в вопросах семейной жизни и любви… Когда что-то классное происходило в твоей жизни, ты всегда мне об этом рассказывала.

— Классное? Это так вы, мужчины, выражаетесь? — спросила Мэг, чувствуя громадное облегчение. — Я не рассказала тебе, потому что… потому что нечего рассказывать. Просто парень, который не понимает значения слова «нет».

— У тебя все в порядке? — спросил Эйб. Нежность в его голосе удивила Мэг. Эйб всегда был внимательным, мог помочь советом, но он никогда не заботился о ее чувствах. Он видел, что в делах она требовательна и строга, и обращался с ней в той же манере. Со временем Мэг поняла, что с Беккой и Ларк он обращался совсем по-другому — с ними он был джентльменом, очень галантным. Она думала, что Эйб считает ее другом, эдакой девчонкой-сорванцом. Им обоим нравилось общаться, подшучивая друг над другом.

— Конечно, не в первый раз.

— Почему-то мне кажется, что этот парень особенный, — сказал Эйб. Как только он снизил скорость, мотор «сааба» зашумел, они свернули на проселочную дорогу, которая вела к Ред-риверу. — Может быть, потому что ты ничего мне о нем не рассказываешь.

— Ох, Эйб, перестань! С этого момента обещаю, что буду рассказывать тебе о каждом мужчине, который удостоится моего взгляда!

Они молча ехали вдоль сверкающей темной реки, и полная луна осторожно следовала за ними сквозь деревья. Кто этот парень? Вопрос, который задал Эйб, остался без ответа и словно висел в воздухе между ними.

Пахло дымом костра и гнилыми листьями. Река, полноводная после недавнего дождя, шумела, протекая через водопропускные сооружения. Цикады протяжно пели свои грустные песни. Мэг слышала какие-то голоса, но воздух был таким сухим и чистым, так что люди могли находиться как в десяти шагах, так и в полумиле от нее.

Эйб высадил Мэг и она пошла к дому по посыпанной гравием дорожке, когда вдруг споткнулась о торчащий корень дерева и упала, сильно ударившись локтем.

— Черт! — выругалась она.

— Кто здесь? — спросил кто-то. Мэг узнала плаксивый голос Люсинды. Потом послышался шум удаляющихся шагов.

— Мэг, ты в порядке? — Люсинда присела рядом с ней. Мэг поднялась на ноги и стояла, потирая локоть, который очень болел, но раны, скорее всего, не было.

— Похоже, да. — Мэг заглянула в стеклянные глаза Люсинды и поняла, что она пьяна.

Люсинда, приемная дочь Этана от краткосрочного первого брака, была «очень беспокойной» — определение, данное ей учителем на последнем собрании в местной школе. В этом году она должна была закончить учебу, но в свои восемнадцать лет была такой ленивой и невнимательной, что еле-еле заканчивала средний класс. При небольшом росте она весила на десять килограммов больше нормы, красила тонкие волосы в красный цвет, а из-за бледного и неровного цвета лица местные подростки прозвали ее «клоун Бозо».