Чтение онлайн

— Ар-риадна, — тихо, уже без крика, процедил он.

Потом отодвинул меня и вошёл в зверинец. Оставлять сильнейшего боевого мага наедине с монстром пустоши было никак нельзя, и я заторопилась за ним.

У клетки мы очутились вместе и, пользуясь отсутствием свидетелей, я попросила:

— Грей, не ори, пожалуйста.

Пауза. Герцог Нортеймский оценил зрелище и, повернувшись ко мне, повторил:

— Ариадна Тарс-Марай, ты что творишь?

Ну вот. Как говорится, приплыли. То есть за этими новостями он даже фамилию мою новую забыл?

— Да ничего не творю, — ответила спокойно. — Животное в полумёртвом состоянии.

— Это не животное, Ари. Это кровожадный, опаснейший убийца!

— Мм-м… А что тогда этот убийца делал в городе? — задала важный вопрос я.

Злиться Грей не перестал, но посмотрел хмуро. Тут возникло нехорошее подозрение. Мне точно не понравится его ответ.

— Что сайгирс делал в городе? — повторила я.

Морвель отошёл от клетки и сказал о другом:

— Ты могла пострадать, понимаешь? Ари, ты, конечно, худшее, что может случиться с любым мужчиной, и я не против стать вдовцом, но я не хочу объясняться потом с твоими родственниками. — Пауза и уже менее вопиющее: — Мои люди мне тоже дороги, а ты приволокла монстра, и теперь всем им угрожает опасность.

— Да какая тут опасность? — фыркнула я.

Клетка была надёжной, а сайгирс норовил издохнуть. Но Грея ситуация всё равно не устраивала:

— Добью его пока не поздно.

— Себя добей, — не сдержалась я.

Мы замерли, схлестнувшись взглядами. Я испепеляла, а он пронзал холодом и категорически не желал понимать мою позицию. Невыносимый мужчина.

Когда молчание стало почти неприличным, я спросила в третий раз:

— Что сайгирс делал в городе?

— Как понимаю, он вырвался из загона.

Если это объяснение, то я — королева драконов.

— Какого именно загона? — увы, я тоже начала закипать.

Грей шумно вздохнул и попробовал отступить, но я вцепилась в отвороты его куртки и не пустила. Я желала знать. Немедленно!

— Ари… — очередной шумный, усталый вздох.

Он держался так, словно забыл, насколько настойчивой я могу быть. А ведь капкан захлопнулся — я не отстану.

Новый виток войны взглядов, новая долгая пауза, и Грей сдался.

— Есть в городе одно место. Там держат выловленных в пустоши сайгирсов, а потом используют для собачьих боёв. Я не одобряю, но герцогство в упадке, людям нужны развлечения. Сайгирсы гораздо сильнее любого бойцового пса, поэтому их выставляют против стаи.

В этот миг я поняла, что сейчас всех поубиваю. И герцога, и тех мордоворотов с палками, которые за сайгирсом гнались!

* * *

Обед прошёл в тяжёлом, испепеляющем молчании. Здесь и сейчас я могла посрамить любого монстра Мёртвой пустоши, а Грей… Неожиданно, но Морвель страдал.

Он ел и косился на меня. Смотрел осторожно, украдкой, прекрасно понимая, насколько я сейчас опасна. Я не великая защитница животных, и никогда ею не была, но то, что случилось, переходило любые границы. Держать себя в руках было очень тяжело.

Но я решила так: без Грея эту ситуацию всё равно не решить, поэтому выгрызать герцогский мозг буду позже. Более того, я даже вспомнила про житейскую мудрость, которая гласит — прежде, чем требовать от мужчины что-либо, как следует его покорми.

Кормила в данном случае не я, но я хотя бы не мешала. То есть мешала, но не слишком. Дождавшись, когда «муж» отодвинет тарелку, я ослепительно улыбнулась и спросила:

— Ну и что будем делать?

Грей застонал.

Запихнув поглубже свою жажду убийства, я принялась объяснять, что не намерена держать монстра в зверинце вечно. Я предлагала подлечить животину и отвезти к границе с Мёртвой землёй.

Он, точнее она, оправится и убежит. Всё. Вопрос будет закрыт, а конфликт, связанный с этой конкретной сукой, исчерпан. Касательно остальных монстров — я предлагала решать отдельно. Скорее всего мягко, потому что других вариантов, учитывая ситуацию в герцогстве, нет.

Но прямо сейчас в полный рост стояла проблема кормления издыхающего сайгирса. Монстры не переносят обычную пищу, едят ту специфическую живность, которую можно поймать только в Мёртвой земле.

Те неприятного вида мужчины что-то придумали, и я хотела знать что именно.

— Ты можешь отправить к ним кого-нибудь из слуг? За едой для сайгирса?

Морвель застонал снова.

Но горячий сытный обед сделал своё дело — Грей согласился. Он даже вызвал слугу и дал распоряжение, а потом явился другой слуга и, наклонившись практически к уху герцога, что-то шепнул.

Грей поднялся, и мужчины отошли в сторону, а итогом этих перешёптываний стал озвученный мне вердикт:

— Ари, никто из моих людей не готов ухаживать за этой тварью, и я их понимаю.

Я не удивилась и даже фыркнула:

— Что ж, мне не сложно. Буду заниматься монстром сама.

Настроение Морвеля тут же испортилось:

— Нет.

— Я вообще-то боевая магичка.

— Я знаю, какая ты магичка, — ожидаемо огрызнулся он. — Мне-то не рассказывай. Повторюсь, я не против овдоветь, но позже и каким-нибудь менее кровавым способом. — Пауза и продолжение: — Я найму одного из работников того питомника.

Во мне снова начал подниматься протест. Невольно представив себя на месте той зверюги, я поняла, что работник — последний, кого хочется видеть.

Я даже зашипела, вот только крыть было нечем. Увы, Грей не менее упрям, чем я.

— Хорошо, — процедила сквозь зубы, — но работник будет под моим контролем.

Эта идея Грею опять-таки не понравилась, и…

— Проконтролируй, пожалуйста, что-нибудь другое, Ариадна. Например, предстоящий большой приём по случаю моего возвращения и нашей свадьбы. А ещё нужно устроить народные гуляния — можно не по всему герцогству, а хотя бы в подчинённых лично мне землях. Горожан ты уже поразила, давай теперь исправим это первое впечатление? Пусть у них появится хотя бы иллюзия твоей нормальности?

Как жаль, что слуги уже утащили большой серебряный поднос. С каким бы удовольствием я огрела Морвеля этим подносом по голове.

Но…

Вход, выдох. Спокойствие, Ари. Спокойствие!

Грей, невзирая на всё своё мужланство, говорит правильные вещи. Герцог не может тихо обвенчаться в какой-нибудь часовне и притвориться, будто так и надо. Подданные не поймут.

— Повторять брачные клятвы будем? — глянув исподлобья, вопросила я.

— Надо бы, — пробормотал он и покосился на мои губы.