Чтение онлайн

– Добрый вечер, дамы и господа. Меня зовут Лидия Палмер, и сегодня я буду вашим аукционистом. Прошу приветствовать наших велиаров. Всего на торги сегодня будет выставлено девятнадцать молодых мужчин и женщин.

“Восемнадцать”, – мысленно поправила я женщину, вспоминая тело Алекс, брошенное всеми где-то на пристани. Толпа же в свою очередь одобрительно заревела. Нас начали медленно выводить на сцену в порядке увеличения наших способностей. Я замыкала эту процессию.

– Первый лот! Брук Никсон. Она обладает способностью видеть вещие сны.

Брук сделала неуверенный шаг вперед, глядя себе под ноги. По толпе собравшихся прошелся ропот, и послышались первые ставки.

– Двести ратт!

– Двести пятьдесят.

– Четыреста…

Руки покупателей взлетали вверх, а их бодрые, здоровые голоса спорили наперебой. Осмелев, я оторвала взгляд от мраморного подиума и оглядела собравшихся. В зале присутствовало как старшее поколение, активно советовавшее, на какой лот стоит потратиться, так и более молодые, но уже приобретшие велиаров. Большинство же, как и стоило ожидать, потенциальные покупатели. Человек пятьдесят молодых парней и девушек в невероятно красивых и дорогих нарядах стояли и во все глаза смотрели на нас. В выражениях их лиц читался азарт, желание урвать лучший экспонат. Скользнув взглядом чуть дальше, я заметила знакомое лицо, и сердце взволновано затрепетало. В числе уже купленных в прошлые года велиаров стоял Итан. На нем была просторная белая рубашка, выгодно подчеркивавшая накаченные руки, и темные джинсы. Волосы, прежде очень короткие, отросли и карамельными волнами прикрывали высокий лоб. Карие глаза парня с нежностью смотрели на меня. Я не знала, как давно он заметил мою фигуру на сцене, но сейчас хотелось лишь плюнуть на все, сорваться с места и утонуть в его объятиях.

– Лот номер четыре, Остин Блейк, может дышать под водой, – твердила Лидия, но я уже не слышала ее.

Перед глазами был только Итан, его мягкая улыбка, ямочка на подбородке, искрящиеся глаза. Впервые он со мной заговорил, когда мне было семнадцать. В библиотеке я с упоением читала “Унесенные ветром”, когда ближе к концу второго тома обнаружила, что последние страницы безжалостно вырваны. Моему разочарованию не было предела, когда я узнала, что Мия и Алан и вовсе не читали книгу. Узнать, чем закончилась волнительная история Скарлетт, мне было не дано. Днем позже под металлической дверью комнаты я увидела сложенный вдвое листок. Там аккуратным почерком был описан конец книги. А на обратной стороне дрожащей рукой выведено примечание: “Если интересны детали, приходи завтра в десять в медкабинет”. Написанное заинтриговало меня, особенно учитывая, что медсестра уходила в обед и тщательно запирала кабинет на два замка. Тем не менее я рискнула и после отбоя, крадучись, пробралась в нужное место. Дверь была открыта. Тогда перед окном в свете полной луны я и увидела Итана. Он был годом старше меня, именно поэтому мы никогда не пересекались на построениях, но, наводя порядок в библиотеке по приказу надсмотрщика, он заметил меня, мучащую товарищей историей об испорченной книге. Всю ночь мы сидели на кушетке и обсуждали роман, смеялись и додумывали новые детали, удивлялись укладу жизни в столь далекое время. Позже мы стали больше времени проводить вдвоем, сбегая из своих корпусов и рассказывая друг другу о себе, о своих мечтах и скрытых желаниях. Так прошли три года. Между нами ничего не было, кроме легких, будоражащих касаний и жарких взглядов. Он поцеловал меня всего однажды, ровно перед тем, как отправиться на аукцион и пропасть из моей жизни на один мучительный год. В тот момент я так переживала, что даже не поняла своих чувств, возникших при мягком касании его губ. Из потока воспоминаний меня выдернуло знакомое имя.

– Лот номер одиннадцать, Мия Паркер, может создавать свою астральную проекцию.

Завладеть столь редким и необычным даром мечтали многие, поэтому за Мию развернулась ожесточенная битва. Девушки в изысканных платьях и дорогих украшениях перебивали ставки друг друга, бросая убийственные взгляды на соперниц. Цена достигла девятисот ратт, и моя подруга досталась некой Дебре Купер. На девушке вместо платья был брючный серый костюм, а сама она была на голову выше окружающих ее девиц. Стянутые в тугой пучок темные волосы и плотно сжатые губы говорили о том, что с этой дамой шутки плохи. Она была рождена для армии.

Еще несколько лотов разошлись как горячие пирожки. Калеб, управляющий льдом, Софи, заклинательница молний, Рози, создающая иллюзии, ушли с молотка по заоблачным ценам. Пятнадцатым был Алан. Его способность к телекинезу высоко ценилась на войне, ведь с ее помощью можно за секунду поднять в воздух тысячи орудий и обратить их в сторону врага. Он достался парню в первом ряду с эмблемой семьи Уордов на пиджаке. Они были близкими друзьями Эвансов, помогая строить нынешнюю империю много лет назад. Перед аукционом нас заставили выучить гербы всей знати Афир.

Передо мной оставалось еще два парня: один управлял огнем, а второй мог читать мысли. Я нервничала, ладони вспотели от неприятного предвкушения быть выставленной на всеобщее обозрение. Однако сквозь пелену волнения я отметила, что Адам Эванс не участвовал в торгах. Я вообще его не видела. Похоже, нашему военному отряду повезло: жестокий принц проигнорировал сегодняшнее мероприятие.

– И последний лот в этом году! Лилит Фостер! Ее способность – поглощение энергии. Этот велиар может впитывать силу как обычных людей, так и силу себе подобных и использовать ее. Предположительно, может транслировать ее окружающим.

А мне отвелось гораздо больше времени, чем другим ребятам. Похоже, миссис Палмер рекламировала меня, желая продать как можно дороже. Когда я вышла вперед, голоса на минуту смолкли, погрузив зал в гробовую тишину. Несколько сотен глаз жадно осматривали меня, оценивали крепкость костей, обтянутых кожей и лишенных какой-либо мышечной массы, быстроту ног, готовых подкоситься в любой момент от усталости, вызванной таблетками, ловкость рук, тонкими плетками повисшими вдоль корпуса. По их лицам читалось недоверие: как в таком хрупком, изможденном теле может таиться такая мощь? Ранее на торги никогда не выставлялся ни один велиар со способностями, хоть немного похожими на мои. Во мне вскипел гнев, а кулаки непроизвольно сжались. Ничего, я им всем покажу. Как известно, самые мелкие создания и являются самыми смертоносными: скорпионы, кобры, птицееды. Пробудившаяся злость мгновенно активизировала мои дремлющие инстинкты. Я могла разглядеть энергию каждого в этом зале: мощную, но спокойную силу Алана, пылкую и страстную Мии, мерцающую и тихую Брук. Аура толпы была слабой. Подавляющее большинство здесь были обычными людьми. Исключение составляли несколько парней в первом ряду. Я не могла не обратить внимания на девушку, буравящую меня глазами. Ее энергия была гадкой, извивающейся и слабой. В голове будто щелкнул переключатель, поток гнева увлек, заставив напрячь каждый мускул и пропустить сквозь себя весь окружающий меня объем силы. Ветер вихрем пронесся по залу, увлекая в смертоносный танец каждого, кто позволил себе расслабиться, раскаты грома оглушили собравшихся, а молнии, которые я позаимствовала у Софи, заискрились под самым потолком, бокалы с шампанским поднялись к люстрам благодаря телекинезу, украденному мной у лучшего друга. Свет зловеще мигал, стоп-кадрами отражая ужас на лицах людей. От очередного раската грома окна в рамах задрожали и пошли трещинами. Только тяжелые занавески спасли близстоящих от миллиона ран, исполосовавших бы их лица, когда стекло не выдержало и с оглушительным звоном вылетело, впуская в помещение холодный ночной воздух. Митч уже потянулся к пульту смерти, когда моя астральная проекция одним точным движением выбила эту темную коробочку из его рук. Спасибо Мии за ее дар. Торнадо кружил, задирая вверх красные ковры и заставляя девушек с криками снимать высокие шпильки, чтобы не упасть. А парни закрывали головы руками, опасаясь, что следующий разряд молнии может быть для них смертельным.

Однако я была слишком слаба, чтобы долго контролировать этот водоворот сил в своем теле. Руки предательски затряслись, и я пошатнулась, стараясь сохранить равновесие. Фужеры с грохотом посыпались под ноги, застилая пол, словно иней. Что я натворила? Какая муха меня укусила? Пелена безумия спала, и я не могла поверить в произошедшее.

Спустя мгновение зал погрузился в хаос. Представление пришлось по вкусу этим избалованным детишкам. Никто не думал убивать меня. Не только девушки, но и парни выкрикивали свои ставки, бранились, если у них не хватало денег, кричали на соседей, злились и отчаянно всплескивали руками, когда приходилось выйти из игры.

– Полтора миллиона ратт!

– Миллион семьсот!

– Два миллиона! – выкрикивала темноволосая девушка с золотым колье на шее, весом, наверное, в пять килограмм.

– Два с половиной! – не мог ей уступить парень, стоявший рядом.

– Три! – не сдавалась девушка.

По ее натянутой улыбке, немного писклявому голосу и манере быть всегда первой я поняла, что с ней мне жизни не будет. Именно ей и принадлежала та липкая, тяжелая энергия. Я стану ее маленькой собачонкой, одной из тех, что женщины в прошлом носили в брендовых сумочках. Меня захлестнуло отчаяние, а слезы готовы были предательски выбраться наружу. Но я твердо решила, что не доставлю этой толпе негодяев такого удовольствия. Когда цена дошла до невероятной цифры в пять с половиной миллионов ратт, было очевидно, что я достанусь той самой настойчивой брюнетке.

– Пять с половиной миллионов раз, пять с половиной миллионов два, – скандировала Лидия, – Пять с половиной…

И тут я почувствовала в зале новую ауру. Она отличалась от всех видимых мною раньше. Густая, обволакивающая, тягучая и безмерно темная она пугала своей мощью. Я мгновенно поняла, что именно она и нашептывала мне показать себя, разгромить зал, выплеснуть накопившийся гнев. Щупальца этой силы скрывали своего владельца, притаившегося в дальнем углу зала.

– Десять миллионов, – донесся спокойный, но уверенный голос мужчины, делающего шаг из-за своего темного щита.

Разглядеть я его не могла, потому что со всех сторон его тут же обступила толпа людей. Но Лидия, судя по всему, обладала более острым зрением: она, не задумываясь, застучала судейским молотком по столу, оповещая, что лот продан, и аукцион официально завершен.

“Что он со мной сделал? Как заставил поступить столь безрассудно?” – не могла поверить я. А молодой человек тем временем приблизился к нашему подиуму и остановился всего в метре от меня. На его губах играла самоуверенная нахальная улыбка, его черные, как самая беззвездная ночь, глаза сверкали самодовольством. Он был похож на пуму, притаившуюся среди зарослей и высматривающую очередную добычу. Бледная кожа, высокие скулы и темные волосы придавали ему опасный, хищный вид. Подтянутое, рельефное тело было облачено в черную шелковую рубашку, на которой алым пятном расплывался герб семьи Эвансов.