Чтение онлайн

Эган прищурил кошачьи глаза. Внезапная идея озарила его лицо веселой, но демонической улыбкой. В такие моменты я особенно восхищался братом. У него возникали поистине грандиозные идеи, для меня он был безусловным лидером, умным и храбрым; он ничего не боялся, и я считал его рыцарем без страха и упрека. И, разумеется, хотел быть на него похожим.

– Нет, не все, – прошептал он, принимая командирскую позу. – Я хочу отправить его в магазин за покупками, а когда он уйдет, мы проберемся к нему в дом и снова все осмотрим, ясно?

Оуэн приложил руку к виску, словно отдавая честь на военный манер.

– Есть, сэр! – воскликнул он.

– Когда приедем домой, вы двое подниметесь ко мне в комнату и возьмете фонарики – на тот случай, если вдруг вырубится электричество. И не забудьте взять ключ от дома Хенрика, он спрятан у меня под креслом.

Оуэн снова отсалютовал.

– Есть, сэр!

Эган посмотрел на него, как на идиота, и показал средний палец.

Оуэн в ответ рассмеялся.

Мы добрались до особняка к семи часам вечера. Дождь по-прежнему лил не переставая. Как и предвидел чертов Эган, электричество отрубилось, и мы еще из машины увидели, что все четыре этажа дома погружены во тьму.

Когда припарковались у подъезда, чтобы не промокнуть, Эган направился прямиком в домик Хенрика, отправить его за покупками. Адрик начал выгружать вещи (потому как ему было все равно, промокнет он или нет), а мы с Оуэном пошли в дом за ключом и фонариками. В подвале стоял генератор, но только безумец сунулся бы туда в такую темень.

Мы с Оуэном вошли в дом. Там было темно, так что мы зажгли фонарики на мобильниках, хоть и довольно слабые, и поднялись по лестнице главного вестибюля.

– Когда разберемся с Хенриком и Эган наконец-то уймется, ты мне покажешь, где это место, ладно? – попросил я Оуэна, пока мы поднимались по лестнице. С минуту я поколебался, но потом все же решился и шепотом спросил: – И… ты ведь знаешь, как именно его стимулировать? В каком-то направлении, да?

Оуэн расхохотался и дружески хлопнул меня по спине.

– Боюсь, объяснения тебе не помогут, тут нужна целая коллекция порнухи, – пошутил он.

Я пристыженно нахмурился, но это не заставило меня замолчать.

– Настоящий мастер всегда стремится узнать больше, – защищался я.

– Именно так, – продолжал дурачиться Оуэн.

Мы поднялись на второй этаж и пошли по широкому коридору. Там находились все наши комнаты. Очень тихо, чтобы не услышал Адрик, если вдруг войдет в дом, я спросил:

– А ты сам с кем-нибудь этим занимался?

Я изо всех сил старался не выглядеть жалким.

– Уверен, тебе в этом деле далеко до Эгана.

Оуэн пожал плечами.

– Да, причем с несколькими.

– Им понравилось, они тебе сказали?

– А почему им не должно было понравиться? – самодовольно фыркнул он.

Мы пошли по коридору. Все наши комнаты находились по одну его сторону, одна рядом с другой. Здесь же размещались комнаты Мелани, Ригана и одна гостевая, в которой обычно спал Оуэн, когда гостил у нас.

– В том-то и дело, – сказал я очень уверенно. – Удовольствие должно быть обоюдным.

Оуэн снова рассмеялся.

– Ты сейчас говоришь романтичные банальности, прямо как Адрик. Лучше думай о том, как разложишь ее, как она будет стонать, как сделает тебе минет.

У меня не было в этом никакого опыта. Я чувствовал себя глупым, маленьким и недоразвитым. Да, я был выше всех в классе и уже накачал кое-какие мускулы, но еще не прекратил расти и по-прежнему был тощим, да и Эган то и дело уверял, что мне надо «еще подрасти». Это меня удручало, потому что даже Адрик в свои пятнадцать лет выглядел на все семнадцать.

– А ты сейчас говоришь, как Эган, – фыркнул я.

Мы вошли в комнату моего старшего брата. Она была большая, с огромным окном в глубине. В ней царили идеальный порядок и атмосфера зрелости и упорядоченности. Там стоял огромный шкаф с коллекцией обуви, столь же огромной, как его самомнение.

Я достал ключ из-под кресла, гневно стиснув губы. Оуэн понял, в чем дело, и стоически вздохнул, улыбнувшись мне по-братски.

– Уймись пока, ладно? Когда ты этим займешься, все пойдет как по маслу, и вы оба сами поймете, что и как делать. Она тебе скажет, где ее надо трогать, а ты ей скажешь, где трогать тебя, и все будет класс… – Последнее слово он протянул на манер хиппи; подобных словечек он понабрался на пляже. – Понимаешь? Будешь слишком много думать – мозги вывихнешь.

Я коснулся рукой затылка и кивнул. Вскоре моя злость утихла.

– Пожалуй, ты прав.

– И тебе не стоит заниматься этим сейчас, – добавил он, смешно закатив глаза. – Ты не сможешь получить удовольствие, как положено, уж поверь. Тебе еще нужно… подрасти.

Оуэн произнес это с такой естественностью, что я понял: он беспокоится обо мне. Я слышал, как мои братья говорили, будто бы секс – это большая нервотрепка, но Оуэн меня успокоил.

– Ты у нас просто эксперт, – улыбнулся я.

Оуэн открыл один ящик, чтобы достать фонарики, которые Эган держал там, потому что в последний раз мы ими пользовались, когда не так давно обыскивали домик Хенрика, но ничего не нашли. Он протянул мне один фонарик, а второй оставил себе. Мы вышли из комнаты и снова направились к лестнице.

– Эх, Алекс! – вдруг шепотом добавил Оуэн, остановившись посреди коридора. – Такое иногда может случиться с совсем неожиданным человеком. Не противься этому. Только нужно быть уверенным, чтобы это был, скажем так, кто-то особенный и у тебя остались хорошие воспоминания.

Я снова кивнул. В какой-то момент я почуял в его словах тревожную братскую заботу, но тут он мне улыбнулся слегка зловеще.

– Что ни говори, а первую задницу никогда не забудешь, – добавил он.

Мы рассмеялись и направились дальше по коридору.

– Ты это делал с кем-то особенным? – спросил я шутливо-требовательным тоном.

Оуэн спускался по лестнице впереди меня.

– Я делаю это с кем угодно, пытаясь забыть, что никогда не смогу делать это с тем, кого считаю особенным, – ответил он, не оборачиваясь.

Я ускорил шаг, чтобы его догнать.

– Ты что, влюбился? – выпалил я, удивившись, что мой лучший друг скрыл от меня нечто настолько важное. – И мне ничего не сказал, придурок! Кто она? Это Кэсси, ведь так? Та, что тебя отвергла?

Оуэн тихонько рассмеялся, покачав головой.

– Когда-нибудь я тебе расскажу, – пообещал он, – когда ты станешь более опытным в клиторных делах и перестанешь так всему удивляться.

Уже в вестибюле я положил руку ему на плечо, ненадолго задержав.