Чтение онлайн

Нет, это неправда. Она боялась, что ее силой вынудят выйти замуж за какого-нибудь мужчину, достаточно беспринципного, чтобы похитить ее — как, по ее опасениям, это произошло с Изабеллой. Если верить мистеру Латтимеру с Боу-стрит, то похищения людей случаются не так уж редко. Однако до сих пор не пришла записка с требованием выкупа.

Лорд Уэллстоун знает людей, с которыми ей нужно поговорить об исчезновении сестры, и он точно будет знать, каких алчных, распускающих руки джентльменов Эллианне нужно будет тем временем избегать. Если он не один из них, то определенно сможет распознать этот тип мужчин. Если верить Тиммсу, то его сиятельство осмотрительно выполняет свою работу, и значит, сможет защитить ее репутацию и репутацию Изабеллы. Одни его размеры и сила обеспечивали физическую защиту.

— Так что ты думаешь, Атлас? Он подойдет?

Он должен подойти. Если от Латтимера не будет никакой помощи и Эллианна не сможет проникнуть в дом Стрикленда и поговорить с бароном, то лорд Уэллстоун останется ее самым многообещающим шансом.

Атлас зарычал на собственную тень.

Глава 7

— Итак, она подойдет? — захотела узнать Гвен.

— Подойдет для чего? — ответил Стоуни. — Для фарса между драматическими пьесами в Друри-лейн[4]? Для погребения особенно ненавистного родственника? Ты можешь послать мисс Кейн на главную роль в каждом из этих событий, с моего благословения.

— На роль твоей жены, глупый! Ты же знаешь, что именно это мы имели в виду.

— Нет, это то, что ты имела в виду. Я скорее женюсь на пожилой тетушке. По крайней мере, она не говорит.

Вдвоем они находились на музыкальном вечере у леди Вудраф, не особенно близкой знакомой, да и развлечение не относилось к разряду любимых. Однако Гвен заявила, что им нужно поехать и показать всем свои лица, чтобы никто не подумал, будто они чего-то стыдятся или прячутся. Одна из мисс Вудраф — невезучий лорд Вудраф располагал четырьмя знаками любви своей жены, и всех украшали оборки, а наследника не было ни одного — думала, что умеет играть на флейте, под аккомпанемент другой сестры на фортепиано. Ни одна из них не успевала за другой и не следила за нотами, так что Стоуни страдал от двух ужасных исполнений вместо одного. Все, о чем он мог думать — это о другой лишенной таланта паре, одна девица собиралась петь, а вторая — играть на арфе. Или на клавесине?

— Так что же такого ужасного в мисс Кейн? Ничего, что можно было бы улучшить, я уверена, — прошептала Гвен, но матрона, сидевшая с другой стороны, сердито уставилась на нее. Без сомнения, какая-то тетушка Вудрафов.

Стоуни дождался обязательных аплодисментов между пьесами.

— Даже ты бы пришла в ужас. Она долговяза, худа, как щепка, и с чувством стиля как у обезьяны. Понятия не имею, сколько ей лет, но мисс Кейн может быть уже слишком стара для деторождения, что делает ее бесполезной для мужчины, желающего получить наследника. Она обладает манерами — но только тогда, когда вспоминает о том, что нужно применять их. И она неповоротлива и тупоголова, по меньшей мере.

— Да, но деньги могут многое исправить.

Стоуни приподнял брови.

— Ее рост? Ее возраст? Ее безумие? Полагаю, нет.

От разочарования на глазах у Гвен начали выступать слезы.

— Черт побери, ты ведь не собираешься плакать прямо здесь, не так ли? — Стоуни вытащил свой носовой платок. — Покашляй вместо этого.

Поэтому Гвен раскашлялась, и Стоуни извинился перед теми, кто сидел поблизости. Виконт и его мачеха сбежали в смежную комнату, где слуги расставляли чаши с пуншем. К счастью, слезы Гвен немедленно исчезли. К несчастью, им все еще была слышна музыка.

Усевшись в более удобное кресло по сравнению с деревянными стульями с жесткими спинками в музыкальной комнате, Гвен попыталась снова.

— Наверняка эта молодая женщина не может быть совершенно неподходящей, дорогой. Тебе всегда удавалось находить и развивать лучшие качества в тех женщинах, которые находились под твоей опекой.

— Лучшее качество мисс Кейн — это то, что она не находится под моей опекой. Избавься от мысли о том, что она станет твоей невесткой, Гвен. Даже если бы я испытывал к ней интерес, чего, готов поклясться, не испытываю и никогда не буду, не важно, был ли ее отцом царь Мидас или шахтер, мисс Кейн не ищет себе мужа. Она заявляет, что не собирается посещать балы и все прочее, а судя по ее манере одеваться, она только оттолкнет самого пылкого поклонника, чем привлечет его.

— Тогда зачем она хотела нанять тебя в качестве сопровождающего?

— Понятия не имею, и теперь уже никогда не узнаю. То есть мисс Кейн не желает, чтобы я выступал ее спутником. — Что все еще мучило его, несмотря на облегчение. — Она все-таки решила не прибегать к моим услугам.

— О Боже. Должно быть, она и в самом деле странная, если отказалась от твоей компании.

Стоуни потрепал Гвен по руке в знак благодарности за ее лестное, но необъективное мнение.

— Что еще хуже, она, кажется, предпочитает внимание мистера Латтимера, который всего лишь сыщик с Боу-стрит.

Гвен никогда не встречала стражей порядка из недавно созданной полиции.

— Возможно, она питает нежную страсть к джентльмену, который расследует смерть ее тети, и именно поэтому не заинтересована в том, чтобы найти других поклонников. В конце концов, наследница Кейн-банка может выйти замуж за кого угодно, по велению сердца, без необходимости учитывать доход или социальный статус жениха.

— Но сыщик, который едва ли может считаться джентльменом? Нет, я не думаю, что мисс Кейн испытывает привязанность к этому типу. — Стоуни множество раз видел признаки влюбленности у юных девушек, которых опекал. Мисс Кейн не демонстрировала ни одного из них: ни живости в голосе, когда она произнесла имя Латтимера, ни румянца при мысли о возлюбленном, ни забывчивости о том, что существуют другие джентльмены.

Больше книг на сайте - Knigoed.net

— И еще хуже, — продолжил Стоуни, — я полагаю, она считает, что этот старый распутник Стрикленд сможет сыграть ту роль, которая ей нужна.

— Барон? Он не настолько плох.

— Как ты можешь так говорить, Гвен? Все знают, что он давным-давно проиграл все свои имения.

— Как это сделал бы и твой отец, если бы его распоряжение имуществом не было ограничено. И, как ты сказал, это было давным-давно. Он ведь никогда не сидел в долговой тюрьме, не так ли?

— Он побывал в достаточном количестве домов с дурной репутацией, чтобы компенсировать это.

Гвен не нужно было снова упоминать отца Стоуни, или каким он был до нее, конечно же.

— Не больше, чем многие другие джентльмены.

Стоуни нахмурился.

— Почему ты защищаешь этого человека, Гвен?

Женщина обмахнулась веером, на тот случай, чтобы любой вошедший в комнату посчитал ее больной.

— Мы несколько раз встречались, и он всегда вел себя со мной достаточно любезно. Думаю, что барон выглядел одиноким. Если твоя мисс Кейн настолько в годах, как ты полагаешь, то она могла бы счесть лорда Стрикленда привлекательным.

— Ему за сорок, он толст и у него завтрак переносится на обед. Боже правый, как женщина может привязаться к нему?

Гвен сильнее замахала веером, когда аплодисменты сделались громче и энергичнее, обозначая перерыв в концерте. Скоро другие гости хлынут в эту комнату ради столь необходимых — и вполне заслуженных — закусок и освежающих напитков.

— Если мисс Кейн с такими странностями, как ты рассказал, то она не может позволить себе быть разборчивой.

Стоуни поклонился и кивнул тем из гостей, кто быстрее всего выбежал из музыкальной комнаты. Гвен несколько раз кашлянула, отбивая охоту у желающих присоединиться к ним.