Чтение онлайн

Всё это так утомительно… Как же тяжело стоять. Хочу прилечь.

— Запомни, мелкая гладкокожая уродина, — шепчет она безумно. — Никто, кроме меня, не имеет права находиться рядом с кронпринцем. Только я, его невеста, могу быть с ним рядом. Если ты не исчезнешь в ближайшее время, я убью тебя!

Достала. В самом деле, к чему все эти угрозы? Хочешь избавиться от меня, сделай это сразу и не трать силы на разговоры.

— Чёрт! Какая же ты надоедливая! — я встречаюсь с её взглядом. — Если действительно кишка не тонка, то убивай. Хоть прямо сейчас. Давай! Но если нет, то не брызгай на меня своей слюной…

На миг в её глазах появляется растерянность. Кажется, она не такой реакции ожидала. Я и сама от себя не ожидала. Прежняя я наверняка тряслась бы от страха. А сейчас я просто думаю, что если умру от её рук, то всё, наконец, закончится. Этот трип с рептилоидами прекратится, но главное, мне перестанет сниться Давид.

— Что здесь происходит?! — голос принца звучит будто гонг. Он разносится эхом над окрестностями.

Я бросаю беглый взгляд в сторону двери и замираю. Полностью обнажённый, он стоит в проёме, грозно сверкая огненными глазами и мускулами. Ветер треплет его волосы. Его хвост угрожающе ударяет по каменному полу.

— Ваше Высочество… — испуганно произносит эта девица.

— Отпусти её сейчас же, Фракти! — приказывает он. — А после убирайся! Если ты вдруг забыла, я запретил тебе появляться во дворце!

— Но Ваше Высочество, я не могу не видеть вас…

Она бросается ему в ноги и начинает умолять.

Я же не могу воспринимать всерьёз всё происходящее. Не после того, как увидела занятную анатомическую особенность принца. Значит, два, да? Что ж, понятно… Ну в целом ничего необычного. Такое ведь даже у людей встречается иногда. Но получается, что всё это время я была в «двойной опасности». Я даже позволяю себе хихикнуть. Но на это уходят мои последние силы.

— Ха-а… Хочу обратно в постель… — бормочу себе под нос. И мысленно добавляю, что вовсе не из-за своего нового открытия. Просто я полностью выжата.

По стеночке я прохожу мимо выясняющий отношения ящеров. Принц бросает на меня секундный взгляд и, кажется, свирепеет ещё больше.

— Как ты посмела поцарапать её лицо?! Ты хоть понимаешь, что именно сотворила? Ты испортила то, что принадлежит мне! — ревёт он, сжимая в своей огромной ладони её тонкий подбородок. Похоже, это традиция у местных.

Я забираюсь в кровать и накрываюсь простынёй. С одной стороны, мне хочется, чтобы шум поскорее закончился. А с другой, если разборка рептилоида завершится, он вернётся в постель. А я не уверена, что хотела бы оставаться с ним, разъярённым, наедине.

Наконец, в покоях появляется охрана и уводит эту сумасшедшую. До самого конца она продолжает голосить, как сильно любит принца и не может без него жить. Мне остаётся только покачать головой.

«Женщина, у тебя что, совсем гордости нет? Да, он, может, и принц, но себя тоже надо уважать. Хотя пофиг…» — я снова прячу лицо в подушку.

Царапины на щеках саднят. Но мне быстро становится безразлично и на это.

— Соня… — рептилоид касается меня непривычно осторожно. В голосе слышится тревога. — Она тебе что-то сделала?

— Ничего такого, — отвечаю я, не отрывая лица от подушки. На нём же всё ещё нет штанов, верно?

— Вот как? Я рад, — отвечает он и снова зарывается пальцами мне в волосы.

Отчего-то его ладонь кажется прохладнее, чем обычно, и как будто даже дрожит. Интересно, это оттого, что ему холодно?

С того поцелуя возле уборной началось наше… что-то. Мы не называли это отношениями, но проводили вместе всё больше времени. Я приглашала Давида в разные места: кино, боулинг, пару раз даже в дорогие рестораны, но там он чувствовал себя крайне неловко. Я видела это, а потому старалась выбирать что-то попроще. Даже советовалась со своим охранником.

Мне нравилось радовать Давида. И это было нетрудно. Его глаза загорались, как мамины бриллианты в солнечный день при виде дорогих брендовых кроссовок или спортивной одежды. Он каждый раз отнекивался, говорил, что это слишком, но всё же принимал. Порой он ворчал, что я как будто пытаюсь купить его. Я отвечала на это, что мне просто хочется, чтобы у него было всё, чего он заслуживает.

Наверное, со стороны наша дружба выглядела странно. Но мне было всё равно. Я не спрашивала, как Давид объясняет парням по команде то, что тусуется со мной. К тому же то, что на самом деле было между нами, просто так в двух словах и не объяснишь. Я хотела его. А он меня. Но всё, что мы могли себе позволить — поцелуи и объятия в туалете торгового центра. Не то чтобы мне не хотелось большего. Хотелось, ещё как. Но я не могла скрыться из поля зрения охраны надолго.

— Софья, мне рассказали, что у тебя появился новый друг, — произнёс отец однажды за ужином.

У меня внутри всё похолодело. Я знала этот сдержанный тон. Обычно он означал, что вскоре меня лишат чего-то ценного, но не вписывающегося в картину мира родителей.

— Милая, мы бы хотели, чтобы ты ограничила общение с ним, — мама положила свою прохладную ладонь поверх моей.

— Почему? — выпалила я каким-то упрямым ребяческим тоном. — Это из-за того, что он бедный?!

— Не совсем, — ответил отец и отложил приборы. — Этот молодой человек принадлежит диаспоре, с которой у меня конфликт интересов. В будущем может произойти всякое, я бы не хотел, чтобы твоя с ним дружба влияла на мои решения. Понимаешь, о чём я?

— Нет, не понимаю, — покачала головой я и сбросила мамину руку. Я явственно ощутила страх потерять Давида. И от этого стало больно.

— Соня, к чему так остро реагировать? — тихо возмутилась мама. — Вы же с ним общаетесь всего ничего. Едва ли ты успела бы так быстро в него влюбиться…

— А я влюбилась! — впервые в жизни я кричала в голос. — Поэтому я не хочу расставаться с ним!

Только после того, как сбежала в свою комнату, я поняла, что только что призналась им во всём.

Если подумать, то именно их попытка ограничить наше с Давидом общение и подтолкнула меня к нему. Страх возможного расставания заставил меня желать его ещё больше. А желание, в свою очередь, привело к нерациональным поступкам.

На следующий день, дождавшись, когда охрана отвлечётся, я сбежала из универа. Поймала такси и поехала к Давиду домой. Я знала его адрес, поскольку несколько раз до этого заказывала доставку подарков к нему домой. Мысли путались, но одно желание отчётливо пульсировало в голове: я должна увидеть его. Машина мчала по городу, мимо серых домов, мокрого асфальта и вывесок, которые сливались в одну пёструю ленту. Я смотрела в окно, но ничего не замечала. Напряжение внутри нарастало. Я чувствовала себя сжатой пружиной. И это был лишь вопрос времени, когда я вырвусь из-под контроля.