Чтение онлайн

— Кольцо! Они собирают кольцо! Оно уже на 80 процентов готово, — встревожено доложил Олев, поглядывая на монитор с увеличительным участком космоса, где было видно как парящие секции выстраиваются в криволинейный ряд, образуя гигантский 'бублик' диаметров полтора километра, только нижний участок оставался ещё не собранным.

— Пятой группе космического сопротивления выйти из построения и атаковать энергическим разрядами северную часть кольца! — приказал Паут. — Не дайте им собрать портальное кольцо!

И увидел на трёхмерной схеме сражения как группка из десяти планеров оторвалась от общей и вышла на прямой контакт с кольцом. Несобранное кольцо стало выпускать заряды по приближающимся кораблям, те уворачивались и давали ответные залпы по самой макушке 'бублика'.

'Почему стрелять именно по северной части?' — наверняка задались этим вопросом участники атаки. Но Паут знал, если им приказать просто атаковать огромное кольцо — то они выпустят все снаряды, кому куда удобно, по разным секциям — это нанесёт ущерб, но это не разрушит само кольцо, его целостность. А если разом ударять по одной, конкретной части, то это разрушит кольцо. Поэтому генерал всегда отдавал чёткие указания и требовал, чтобы подчиненные выполняли их с ювелирной точностью.

Через секунду кольцо разрушилось — и рассыпалось на две большие половины и малые части. Олев поднёс победный кулак к лицу. Рано радуется. Кольцо скоро восстановится, разрушенные секции заменят другими, запасными. Но вот собраться им надо будет заново. А это ещё не меньше минуты.

— Мы теряем планеры! — сообщил Олев взглянув на карту сражения: один за другим в смоделированном космическом пространстве угасали зелёные точки боевых кораблей. Красные — враждебные — своим количеством напирали и вытесняли 'зелёных', наших.

Это на экране они носяться маленикми стайками разноцветных точек. А в реальности, там в космосе, в тысячи километрах от поверхности планеты носятся настоящие боевые корабли, крейсеры, военные планеры, космические истребители, малые линейные корабли, каждый из которых длиной не меньше 50 метров и напичкан разнообразными средствами уничтожения от простецких термических лазеров, до беспощадных пневмоорудий, которые в космосе называются деструкторами полями, так как в вакууме воздухом стрелять, конечно, невозможно, в каждом из которых сидят люди: померяне, альверцы или спецы — у каждого своя судьба, которая в этот день может оборваться. Хотя все космические суда снабжены спасательными капсулами, шлюпками и перед взрывом корабля происходит автоматическое катапультирование экипажа, тем не менее, не все успевают катапультироваться на безопасную зону или катапультирование просто не успевает сработать, как например, в деструкторном поле. Поэтому всегда есть жертвы, насколько бы война не была гуманной. И каждую секунду, когда с трёхмерного прозрачного экрана пропадала точка или она начала пульсивно мигать а затем в мгновение исчезать — это означает, что люди находящиеся на этом космическом судне могли погибнуть… навсегда. От взрывной волны, от прицельного попадания, от шального заряда, выпущенного с границы пространства сражения, от быстролетящих осколков других разрушенных кораблей, своих или вражеских — уже не важно. Всё это не важно. Их уже не вернуть к жизни. Не собрать по кусочкам. Всё. Их жизнь оборвалась. Готовы ли они были умереть? Или не собирались умирать в этот яркий тёплый день, который не предвещал ничего ужасного? Скорей всего, никто из них не хотел умирать. Да и не успели они сообразить, за такой краткий миг, что не многие корабли уцелеют и далеко не всем дано выжить в этом неравном бою.

— Да… Нас слишком мало. Силы неравные… Но мы из задержали на пару минут! — сказал Паут и тут же приказал. — Всех уцелевшим силам рассредоточиться в разные стороны. Наземные боевые орудия, залп по врагу через 5 секунд!

Между тем за их окном стало нарастать приближающее облако — словно чёрной саранчи — вражеских десантных модулей и истребителей. Были видны далёкие взрывы, хлопки, небольшие локальные сражения наспех собранных войск сопротивления.

— Они приближаются к городу! — заметил Олев.

— Вижу. Слишком быстро! Активировать защитные зенитные комплексы по периметру компании. Всем воздушным судам запрещено в радиусе пяти километров приближаться к компании Арками-Тайста, иначе они будут автоматически сбиты… Город эвакуировали? Жители ушли в убежище? Если нет — поспешите. Осталось мало времени.

Слишком мало времени. Через полминуты десантные модули будут здесь. Часть из них собьют сразу. Часть поднимутся как можно выше — чтобы самонаводящие снаряды их не достали. Другие прижмутся к улицам, будут своим корпусом сбивать мобили, взрываться, высаживать десант на подлёте… Он не смогут точечно высадить десант у самого здания. И это даёт ещё немного времени запаса.

Им не нужна вся планета. Да и город им не обязательно захватывать целиком. Им нужно только это здание. Только этот этаж. И ничего кроме… Дополнительные войска не поспевают. Из секретной базы универсалы прибудут через 6 с половиной минут, не говоря уже о тех войсках, которые спешат на помощь из других государств планеты. Только те войска, которые оказались в городе или рядом с городом смогут дать отпор. Только не полные пять тысяч универсальных бойцов, которые на каждом этаже и по периметру компании подготовились к битве, смогут продержаться. Но это максимум пять минут. Паут знал силу под названием 'количество'. Когда количество большое и оно стремительное, напористое, уже становиться не важным, что в обороне очень качественные, умелые, опытные, отважные воины. А становиться важным, что их гораздо меньше. И они не устоят под страшным натиском врага. Даже когда из щелей врываются огромной толпой и идут на тебя, нет, бегут на тебя враждебные солдаты, ты, обладая мощным оружием с мультипулемётной скоростельностью, не сможешь, точнее, не успеешь всех перебить, всех обезвредить, даже если тебя прикрывают толстые стены укреплений — эти стены очень быстро кто-нибудь преодолеет, бросит заряд в твою ямку и понесётся дальше. Ты же не прикажешь им: 'Эй, товарищи, а ну-ка выстройтесь в ряд, друг за другом, я Вас по очереди буду мочить!'. К тому же психологическое давление массой, огромным количеством — для альверцев никто не отменял. Это только спецы могут хладнокровно убивать превосходящего числом противника, прекрасно осознавая, что уже не выживут. А альверцы, которых в пяти тысячах обороняющихся воинах не меньше половины — дрогнут. Не запаникуют, не бросят оружие, а просто дрогнут. Не струсят — испугаются, забеспокоятся — это всё же понижает боевой дух солдат.

Высчитать сколько всего десантных модулей вторглось на их планету — не представляло проблем. Компьютерные счётные машины уже выдали точные цифры: из 12 тысяч в атмосферу проникло 8343 десантных боевых машин. На борту каждого должно быть не меньше двух десятков воинов, из которых два пилота, а все остальные десантники. Таким образом, к Урвальду приближаются не менее 160 тысяч (!) вооружённых десантников. Да в Урвальде столько же живёт мирных людей! Это получается по одному врагу на одного жителя. А в Урвальде живут мирные альверцы-пацифисты, которые не способны воевать, тем более стрелять и убивать кого-либо. Остаются только пяти тысяч воинов. Плюс к этому пару сот правительственных войск, которые подоспели к зданию и заняли периметр.

Математический решатель Паута, усовершенствованный с времён Сурии, быстро вычислил их шансы на победу. Ноль. Никаких шансов. Они обречены. Их спасёт только бегство… Но убегать Паут никуда не собирался. Но и оставаться здесь становилось бессмысленно. Что же делать?

Он не успевает проанализировать ситуацию. Успеют или нет подлетающие к городу дополнительные войска? Смогут ли они сходу вступить в бой с неприятелем? Хватить ли им снарядов, чтобы сбить подлетающие модули? Располагают ли вражеские войска сеточным парализующим оружием? Настолько они вооружены, чем? Главное: сколько точно у них осталось времени? Пять или чуть больше минут?.. Какие-то неучтённые моменты обязательно всплывают. Но они вспоминаются не сразу… Вот бы было у него ещё десять минут в запасе, он бы разобрался в ситуации и принял решение!

Внезапно, он бросил взгляд за проём распахнутой двери кабинета, превратившегося в последние минуты в оперативный военный штаб командования, на огни соседней лаборатории, где возле герметичного стеклянного куба стоял Эринс и колдовал над пультом. Прямо за его спиной возвышалась дверь.

Президент и главнокомандующий войск независимого государства Кутлана, в одном лице — Альберто Торрис, сидел в своём мягком кресле на борту президентского крейсера, в непосредственной близости от капитанского мостика. Ему ежеминутно докладывали обстановку на полях сражений. И он долгое время не мог понять, радоваться ли ему или начать грустить. Потери большие. Но он знал, что потери будут большими, даже огромными. Он был готов к таким последствиям. Он был готов, что из 20 тысяч планеров, камисов, десантных модулей и истребителей уцелеет две третьи — и это только на подлёте к Урвальду. А сколько погибнет людей над городом, в городе, под городом — это ещё предстоит узнать. Сколько жертв! Сколько погибло померян и альверцев. Просто ужас! Непременно после такого, как потом назовут в СМИ, 'вероломного' нападения на мирную планету Битурт, Федерация объявит войну Кутлану. А ведь войны между ними не было уже почти столетие. Конечно, были мелкие стычки, враждебные обоюдные вылазки на территорию, диверсии были, громкие разоблачение агентов, шпионов… Всё это было. Но войны как таковой не было. Имеется ввиду большого масштаба. И это в какой-то степени устраивало всех — и Федерацию и Кутлан.

Всё бы оставалось как и прежде и хлюпкий мир бы между двумя державами существовал ещё сто лет как минимум… Однако, группа агентов, действовавших на территории Федерации месяц назад разузнала и передала одну страшную для Кутлана новость: Федерация обладает новой сверхсекретной технологией — проект Таавиа. Как только Альберто узнал на что способна эта технология — он впал в отчаяние и жуткую депрессию. Если Федерация начнёт управлять временем, то она сможет переделать историю, правда в других мирах, так, чтобы государства Кутлан никогда не существовало. А если они смогут попадать в будущее, а они это смогут, если уже это не делают, то они будут знать все события наперёд, будут тщательно подготовлены к ним. Но это ещё полбеды. Федерация сможет обыграть все варианты на реальных событиях и проанализировать вероятностное будущее. Понятно, что она будет выбирать оптимальный вариант для себя, а не для Кутлана. А это значит — правительство Федерации сможет понять как бескровно или с меньшей кровью присоединить всё государство Кутлан к себе, или разрознить его на мелкие части и опять же присоединить к себе… Это может произойти за какие-то жалкие двадцать лет. И этого допустить никак нельзя. Даже без помощи стратегов, который выдали такой вариант развития событий при помощи новой технологии, сам Альберто догадывался, чем это светило для Кутлана и для него в частности.