Чтение онлайн

— И что же это такое? — спросил Дёмин.

— Посмотри на карту, — он расстелил перед ним карту. — Вот на этом учаске работают первая и вторая бригады. Расчистили с гектар поверхность. Так? А вот здесь, роет траншею бригада Логина, третья группа. Так?

— Ну, так, — согласился Иван.

— Сколько они прошли, — спросил он и тут же ответил: — Двести метров. Это как минимум. Вот в этом направлении. Он ткнул пальцем в направлении ближайшего горного хребта: — Двадцать ковшов работают. Они уже углубились на 32 метра. Им проще туннель рыть! Но что интересно: наклон плиты тоже изменился — угол составляет 3 градуса, подъём в сторону хребта.

— Что это значит?

— Это значит, что данный артефакт полностью уходит под хребет. Он весь запрятан под горным хребтом. Горно-холмистый хребет Калтарак и есть этот гигантский артефакт! Просто неведомых размеров, металлический, гладкий артефакт… Как же я раньше не догадался! — отчаянно воскликнул Яков. — Ну, конечно! Ещё же отчёты приходили недавно, что в хребте обнаружены огромные запасы руды и действует магнитная аномалия. Я не сопоставил это с нашей экспедицией, потому что далеко — несколько километров, и казалось это никак не связано с нашей находкой, обычное совпадение, которое случается иногда. Я и подумать не мог, что всё это тесно взаимосвязано… А геолого-разведывательная группа, которая бурила шурфы ранее непосредственно на холмах и возле хребта не ломали бур лишь потому, что глубина проб составляла не больше 30 метров! Вот если бы они пробурили глубже — вот тогда бы началась свистопляска… Вань, ты представляешь, что мы нашли?! — он взбудоражено глядел на Дёмина.

Дёмин, переваривая услышанное, хотел что-то сказать, но не посмел перебивать старшего. Видя жаркий накал и возбуждение учёного, который то и дело махал руками, помогая передать лучше величие находки, он лишь развёл руками, мол, я — простачок молодой, даже не учёный, тебе, конечно, видней. И сделал вид, что внимательно слушает. Впрочем, Яков другого от него не ждал.

— Мы нашли космический корабль! Ага! Древний космический корабль… Ему уже должно быть свыше миллиона лет.

Дёмин приподнял брови.

— Весь этот хребет и его южная гряда, где тоже обнаружена магнитная аномалия, являются космическим кораблём, — между тем продолжал Яков. — То есть, не так, — поправился он. — Я хотел сказать, что огромный космический корабль спрятан под этим хребтом, словно грузная железка засыпанна песком на пляже.

— Почему именно космический корабль? — поинтересовался Иван. — Может, всё же метеорит?

— Да иди ты со своим метеоритом знаешь куда! — недовольно отрезал Яков. — Если б это был метеорит, упавший в древности на землю, была бы как минимум воронка в виде кратера, диаметром в несколько десятков километров, а может и всей сотни, так как метеорное тело входит в атмосферу на безумной скорости. Горелую землю мы бы сейчас с тобой откапывали, а не светло-рыжеватую чистую супесь. И многочисленные хондры бы видели на плите, а не гладкую металлическую поверхность. Я говорю о космическом корабле из чисто логического соображения. Представляешь, свыше миллиона лет назад, нашу планету посещали внеземные цивилизации… Ну, или цивилизацИЯ. Не знаю откуда прилетели. Может с Марса, может, подальше — с Веги, Центавры. А, может, вообще из другой галактики заглянули… И что же они видят? Видят они приматов, которые умеют мыслить, использовать примитивные инструменты — камни и палки, добывать огонь. Конечно, до разумной, технически развитой цивилизации обезъяноподобным жителям далеко и инопланетяне это понимают. Но они также понимают, что рано или поздно эти приматы эволюционируют в разумных существ, создадут все условия для рождения и развития цивилизованного общества. А так как это произойдет далеко не скоро, вот они и решают оставить для будущего общества средство контакта с ними — космический корабль, предварительно запрятав его под землю, чтобы неграмотные, а, под час, безмозглые, агрессивные и очень падкие на всякие блестяшки аборигены не разрушили корабль раньше положенного времени. Ждать, понятное дело, гостям пришлось бы немыслимо долго. Корабль — вот другое дело. Когда-нибудь обнаружат, раскопают, разберутся, запустят, а там уже и до встречи будет не далеко. Может, конечно, цивилизации той, что подарила нам такой корабль, уже нет во Вселенной — всё же миллион лет прошло, не меньше — но след о своём присутствии для разумных потомков дикарей оставила. Это технология! Возможно, технологИИ, а, может, множество технологий. Неизвестно ещё сколько нам оставили подарков братья по разуму. Предстоит выяснять. Наверное, долго выяснять придётся. Корабль огромен. Его откапывать и откапывать. В лучшем случае, он ограничивается только северной грядой. Но я думаю, в южной гряде мы найдём его продолжение… С ума сойти! — восхищался Яков. — Их корабль — целый гребет холмов и гор, каждая по полтора-два километра в высоту и это длиной в 30 километров!.. А почему мы вдруг решили, что инопланетные корабли должны быть в форме блюдец, приплюснутыми, небольшими, фактически размером с тазик? — Ничего подобного. Это как раз заблуждение. Самое идиотское заблуждение. Представители внеземных цивилизаций могут быть кем угодно и любых размеров. Быть может, длина в 30 километров — для них нормальные, удовлетворяющие размеры, как для нас размер велосипеда, к примеру?.. Думаешь, я не прав? — неожиданно спросил он под конец.

Дёмин ничего не ответил. Решил промолчать.

— Ну же, смелей! Что вы в своём правительстве думаете насчёт этого? — спросил Яков с пристрастием.

Иван скептически помотал головой, улыбнулся, наклонив взгляд, спросил:

— Объясните причём тут космический корабль и сковородка?

— Какая сковородка? Забудь ты про сковородку! — проворчал Яков. — От самого корабля исходит тепло. Я тут листал отчёты и не мог ничего понять. В них чёрно по белому сказано — температура земли местами превышает температуру воздуха, даже среди ночи. Какого чёрта? — думаю я… А ты мне подсказываешь про нагретый метал от солнца. Я сопоставил у себя в уме, прикинул и понял, что никакая это не плита, а лишь поверхность, обшивка большого космического корабля, зарытого в землю. И не от солнца он нагревается. Изнутри он излучает тепло. Оттого усиливает жару на поверхности… Не знаю из-за чего излучает. Не спрашивай… Включился наверное. Как только отрыли его, сам включился. Автоматика! А как ещё объяснить? Эх, скоро тут такое начнётся!..

Иван почему-то укоризненно посмотрел на Галицкого. От такого взгляда на мгновение у Якова похолодело внутри:

— Вань, ты чего?.. Ты мне не веришь?.. Ты думаешь, я чокнулся? Что чокнутый, обезумевший профессор тут распинывается пред тобой и несёт ахинею, что сдурел от перегрева?.. Вань, ты это брось!

Дёмин помялся на месте, раздумывая немного, и выбросил следующее:

— Вот что, уважаемый профессор Яков Игнатьевич, — обратился он к учёному с официальной строгостью, — с этого дня раскопки прекращаются. Как представитель правительства Российской Федерации и полномочный представитель министерства обороны, я требую прекратить все работы.

— Че-во? — тяжело протянул Яков.

— Вы меня прекрасно слышали. На правах представителя…

— Да знаю я кто ты и какие и какие у тебя права! — прервал его Яков. — Не напоминай мне этого… Ваня, ты что? Обиделся?..

Дёмин отрицательно помотал головой:

— Не в этом дело. Ничего личного. Ситуация изменилась. Поступила директива. Ещё вчера. Я не осмеливался сообщить об этом, так как завершать все работы требовалось только на следующий день. Но понимая новые обстоятельства, требую прекращать работу сейчас. Немедленно.

— Да ты с ума сошёл! — Яков почти перешёл на крик, но крик срывался, выходило хрипло. — Ты что?! Какие ещё обстоятельства! Мы на пороге великого открытия! Здесь, практически под нами, зарыты величайшие загадки Вселенной. Пойми, здесь корабль! Не какая-нибудь сомнительная летающая тарелка на мутной фотографии, а реальная… РЕАЛЬНАЯ, самая настоящая инопланетная техника из сверхпрочного металла! Ты это хочешь всё загубить?

— Да, я хочу. Нет. Я приказываю!

— Я тебе не солдат. И ты мне не приказывай! — злобно выдавил Яков, понимая как накаляется воздух в этой и не без того душной палатке. — Я так просто это не оставлю! Я — человек не маленький. Я обращусь к министру обороны, к премьеру, к самому президенту пойду!.. Вы все ответите за это! Да, вы!.. ты не понимаешь, какую ошибку совершаешь?..

— Это вы ничего не понимаете! — прикрикнул на него Дёмин. — Это не шутка! Директива как раз идёт от Министра обороны. Этот объект засекречен. Причём, давно! Не вы первые и не вы последние, кто раскапывает плиту, скажу я вам. И если бы не безалаберность и упрямство некоторых чиновников, раскопки бы прекратились не начавшись — на самом раннем этапе. Не должно было здесь проходить геоголической разведки, никакой. Это строго запрещалось ещё с советского времени. Но это произошло. И теперь пришлось ждать, не вмешиваясь до поры, до времени.

— Так, правительство знает об этом? — Яков присел. — Это что же получается… Это ваших рук дело? Или вы сознательно скрываете инопланетный корабль? От кого? От собственного народа? Правду прячете?

— Не важно, — отрезал Дёмин. — Вас это не должно волновать.

— А меня это волнует, — не унимался Яков. — Меня очень сильно волнует! Вы что, мне прикажете молчать?

— Надо будет, прикажем.

— Вот как!

Яков вспотел. Лицо блестело в ярких, утренних лучах. Стекали капли. Капали с подбородка на мокрую рубашку. Руки дрожали и пытались найти неопределённые предметы на столе, пробовали занять себя, отвлечься. Взгляд Галицкого метался по палатке — то прыгнет на Дёмина, пронзит немым укором, то перепрыгнет на отчёты, на карту, на незаправленные, скомканные простынею, кровати, на узкий просвет зелени в противоположном краю палатки, обдуваемый тихим ветерком.

Яков Галицкий прикрыл глаза рукой. Пытался найти слова для ответного удара. Но ничего путного не было. Сказать, что он не прав — словно ничего не сказать. Ну, не прав, раскопки прекратил, объект засекретил. Что с того? Будет его вина, если это окажется страшной ошибкой. А другие учёные знают? Может, только он оставался в неведении?.. Какой кашмар! Правительство вытворяет, что хочет. Трубить надо было, журналистов и телевидение звать, чтоб все видели. Ну идиот! Писать надо было. Отснять материал и отправить в Москву… А сейчас — поздно. Закроют. Раскопки закроют и рты всем прикроют. А тем, кто кусаться будет — вдарят в ответ, да так, чтобы и писка никто не услышал.