Чтение онлайн

Жан думал над этим, расстёгивая с себя бесполезное защитное снаряжение. Стянул запачканный кровью пуловер. Переоделся. Вместе с роботами-помощниками он подхватил тело девушки и перенёс в капсулу. Было неизвестно, как реально действует парализующий заряд на Вечных. Не хотелось бы, чтобы Шимерши очнулась в самый неожиданный, неподходящий для этого момент. Но учитывая, что в данный момент Вечная сидит в теле обычной девушки-померянки, то подконтрольное время у них ещё имеется. По меньшей мере, так надеялся Жан.

Впрочем, он был готов к внезапномуо удару в любой момент. Морально к нему подготавливался. Учитывая прибавленную ярость за оказанное сопротивление — дело принимает самый серьёзный оборот. Шимерши, гадать не стоит, после пробуждения, применить невиданную доселе 'силу'… Нужно эту силу каким-то образом нейтрализовать. Элькасан понимал, что силу и мощь Вечных может усмирить только технология Вечных. А такая технология есть на его корабле. Остаётся правильно подобрать нужное средство.

Единственное что приходило на ум — шар Роэна. Это большая, в 12 метров в поперечнике, сфера с необычным заряженным полем, действующим внутри сферы, которое открыл, по всей видимости, учёный Роэн. Если верить научным трудам по этому странному артефакту Вечных, шар представляет собой некую нейтрализующую среду, в которой любое энергетическое, импульсное, деструктивное и даже атомное оружие неопасно. Шар надёжно защищает от любых внешних воздействий, так и во всём своём внутреннем пространстве нейтрализует опасность — Элькасан имел возможность убедиться в этом. Очень полезная технология Вечных! Спасти способна фактически от чего угодно. Впрочем, толком шар Роэна Жан ни разу не применял, так как броня и мощь коробля доселе была надёжной защитой.

Но поможет ли шар Роэна свести мощь Шимерши до минимума? Способен ли он нейтрализовать её телепатические удары? А если способен, то все остальные способности Вечной он тоже сдержит? В его силах ли? Ведь для чего создали Вечные подобные шары никто так и не понял — то ли так заключали под стражу своих провинившихся сородичей, то ли себя просто оберегали от внешних факторов… Хотя им-то зачем? — они же Вечные.

В общем, есть неоправданный риск в этом. Жан не был уверен, что так он себя обезопасит от неизведанной силы Шимерши. Но раз уж нависла тень обречённости над Жаном, то риск выглядит скорее оправданным, чем неоправданным. Какая разница: или умереть сейчас или потом прятаться, скрываться, но всё равно в итоге пасть замертво от мести Вечной!

Он осторожно уложил тело девушки на мягкий, высокий матрас внутри шара. Пододвинул кресло и присел рядом. Начал ждать.

Джерр внимательно следил за его действиями. Он искренне переживал за своего хозяина, друга. Он также хорошо стал понимать, что это единственный, правильный выход.

Ожидание — беспощадный палач…

Девушка очнулась через два часа после отключки — как и предполагал Жан. Он сразу уловил её движение. Она просыпалась. Резких движений не делала. Достаточно, вяло и лениво вставала, поправляла слежавшуюся накидку, проверила на месте ли обруч — на месте, расправляла волосы, уселась на край матраса, осмотрела свои ноги и лишь потом удосужила своим вниманием рядомсидящего Жана.

Она осторожно нащупала шишку у правого виска — результат удара головой об металлический пол. Сморщилась от неприятной боли. Скорчилась, издавая непонятные звуки и натравлено смотрела на Элькасана исподлобья.

— Приношу свои извинения, достопочтенная Шимерши, — начал Жан. — Мне пришлось применить парализующее оружие, в качестве самообороны. Надеюсь, вы не сильно поранились?

— Да… пройдёт, — злобно отмахнулась она. Посмотрела на стены помещения: — Шар Роэна, как предусмотрительно… Ты думаешь, это тебя спасёт?

— Я надеюсь на это, — сказал Элькасан. — Как ты видишь, я безоружен. На мне нет брони, нет защитных средств…

— Хе… Броня… Защита… — усмехнулась она. — Что можно противопоставить силе желания? Это вам, людям, желания требуется воплощать в реальность, реализовывать, иногда корячиться, сопеть и силиться… Мне достаточно лишь мысленно пожелать. И никакая броня, никакая защита не сдержат моего желания. Даже этот шар. Хочешь, докажу?

— Спасибо, не стоит. Верю… А если противопоставить чужое желание? — спросил Жан.

Шимерши слегка напряглась, пытаясь понять его вопрос.

— Чьё? Твоё что ли? — её явно развеселил его вопрос. — Я знаю о тебе всё, Жан Ромон, известный также под устрашающим именем Элькасан, 'Воин сознания'! О тебе даже слагали легенды другие цивилизации, причём это было не так давно. Всё могу рассказать, напомнить, где-то упрекнуть, где-то похвалить. И будущее твоё мне известно, — на этот раз она разговаривала на альверском, чисто, без акцента: — Ты достоин смерти не меньше, чем твои соплеменники. Но я готова выслушать тебя, прежде чем воздать по заслугам, раз отважился на вторую бесед со мной. Не многие на это решаются, — отметила она с лёгкой усмешкой.

Жан не понимал, откуда она всё знает. Альверский язык пропал в 7 тысячелетии. О нём, Элькасане, хорошо знали в древности, но не могут знать в наступившие тысячелетия — он перешерудил все доступные источники и не нашёл ни одного упоминания о себе в текущем времени. Не говоря уже о том, что его настоящее имя и фамилию не может никто знать, кроме Джерра. И Джерр почему-то молчит сейчас. Почему же он молчит?!

Она с любопытством смотрела на Жана, улыбалась в предчувствии надвигающихся интересных событий.

— Ну же, Жан! — дразнила она. — Смелее… Джерр тебе не поможет. Я заглушила вашу связь. Ты должен теперь самостоятельно принимать решения. Я знаю, ты на это способен!

— Если я скажу, что не боюсь тебя, ты мне поверишь? — выдерживая хладнокровие, сказал Жан.

— Ни чуть…

— Однако одно моё желание может оказаться сильней всех твоих… — заметил Жан. — И это укрепляет во мне уверенность в собственных силах.

— С какой кстати? — возмутилась Шимерши. Она даже привстала с матраса и сделала шаг в его сторону. Подошла вплотную.

Жан не дрогнул. Тоже встал. Он держался непоколебимо:

— Спокойно, девушка. Ведите себя прилично. Присядьте. Сперва следует выслушать старших.

— Мне семь миллионов лет! — заявила девушка.

— В данных обстоятельствах — не больше девятнадцати. Надо это запомнить.

— Хорошо, — согласилось с неслыханной дерзостью Шимерши. Она обратно присела на кровать и сделала внимательное выражение лица.

— Так-то лучше, — сказал Жан великодушно, осознавая лишь одно: 'либо пан, либо пропал'. — Ты не уничтожишь меня и не собиралась меня уничтожать. Даже там, в блоке спускаемых модулей, не намеревалась меня умертвлять. Слишком медленно, целую секунду, я в лбом случае успевал выстрелить в ответ… Не за этим ты здесь. Это очевидно! Если ты всё знаешь обо мне — а ты в этом только что призналась — то ты знаешь также возможности моего корабля, и ты знала с высокой долей вероятности, что я не погибну при столкновении со звездой, которую ты услужливо пододвинула. Раз так, я делаю вывод: всё не случайно и подстроено с целью личной встречи и беседы со мной. И не надейся меня запутать! — предупредил Жан, заметив, как девушка пытается вставить фразу. — Я не люблю, когда меня пытаются запутать или запутывают. Это меня бесит! А иногда выводит из себя… Я о тебе практически ничего не знаю, но это ещё не означает, что не догадываюсь о твоих намерениях. Твои намерения слишком прозрачны, чтобы их не увидеть. Даже несколько потраченных часов одного Вечного — это чрезмерно много. Чем я заслужил такой почёт? Ратными подвигами? — Сильно сомневаюсь. Хочешь вернуть свои 'предметы', похищенные в храме? — Выглядит правдоподобно. Я даже на какую-то миллисекунду поверил в эту гипотезу. Однако, да будет мне известно, предметы Вечных, как и они сами… вечны. Столкновение со звездой для них не фатально. Покипят в ядерном котле — да выпрыгнут со временем… Так любопытно же чем?.. Видимо, чем-то заслужил или, быть может, заслужу?.. — он поднял указательный палец вверх. Девушка молча слушала. Он продолжил: — Устранить меня — много сил и средств не требуется. Достаточно одного маленького желания. И всё — меня нет! Человек — довольно хрупкое создание. Не так ли? Одно что для нас какая-нибудь букашка, которую в упор-то трудно рассмотреть. Что она там ковыляет, куда ковыляет, зачем? Да мы и не смотрим на них, шагаем себе и даже не замечаем, как гибнут под тяжестью наших тел многие из них… Что нам до них!.. А вот одну мы приметили. Почему вдруг? Что нам, своих дел не хватает? Зачем букашки рассматривать?.. Так видимо, что-то за этим кроется: будь это чистое любопытно — для науки-то надо исследования проводить, пусть и под микроскопом; будь это соринка в глазу — нерадивая букашка залетела, всё настроение испоганила! А может от действия этой букашки зависит нечто важное… Я вижу, ты преследуешь вполне определённую цель. Я не знаю какую именно… К сожалению, я не умею заглядывать в создания людей и читать мысли. Но если у меня будет возможность научиться так делать — я научусь… Раз я жив, и довольно продолжительно время, включая сейчас, значит, смею предполагать, что твоя цель иная, нежели простое желание меня уничтожить… Так что слушай, моё желание — знать правду. Вот чего я хочу!

Шимерши с неподдельным интересом смотрела на него. Жан, напрягшись, старался понять её ход мыслей. Но её улыбочка вечно отвлекала и не давала сосредоточиться. Не было похоже на то, что она была удивлена его догадками. Скорее она ожидала их услышать. Жан не понимал, за кем останется очко в этом раунде.

— Я не удивлена лишь потому, что хорошо знаю тебя, — немного погодя сказала она. — Но что значит плохо знать? — Знать немного или не знать многого. К сожалению, мне приходится мириться со следующими фактами: либо я знаю всё, либо ничего. Такова моя натура. Ничего с этим не поделаешь. Я пытаюсь притвориться человеком, который всегда знает немного, но не так чтобы ничего, и не так чтобы всё, однако мне не удаётся стать настоящим человеком и отбросить свою сущность хотя бы на время… — она вдруг замолчала, но не надолго: — Тебе надо быть в моей шкуре, чтобы понять, почему я так изъясняюсь… Поверь, для меня что час, что сто лет — всё едино. Потраченное время для меня не существенно. Оно ничего не меняет. Поэтому предполагать, что Вечная уделяет тебе время лишь потому что ты чем-то ценен для неё… наивно. Я тебе могу посвятить целый век — и это никак не отразиться на мне. Были такие создания, которым я уделяла много времени — равное периоду их жизни. Что с того?.. Вы умеете жить во времени, а мне это удаётся с трудом. Иногда я завидую вам. Иногда замечаю в вас ущербность, отсутствия многих элементарных вещей. И как вы живёте? — я не понимаю, но вижу, что живёте. И живёте ярко, красочно, не важно, в достатке или не в достатке. Важен сам процесс. Всегда важен сам процесс. Вот сейчас я с тобой общаюсь и понимаю, насколько важен для меня и для тебя этот пресловутый 'процесс'. А процесс привязан ко времени!.. — она притихла, смахнула налипшие на лицо пряди волос, продолжила: — Мне нравятся твои заявления, скажу без утайки. Смело, громко, чётко. Вот, ты думаешь, что я скрываю определённую цель. Но это человеческая логика. С точки зрения человека всё верно — я преследую конкретную цель. С моей точки зрения — в этом логики нет. Может, я просто так здесь нахожусь, от безделья и тоски…