Чтение онлайн

Тир со смешком поправил капюшон толстовки.

— Ты бегаешь каждый день?

— По большей части. Через день плаваю, а в выходные делаю перерыв.

— Это вполне себе тренировочная программа. Ты ничего не делаешь наполовину, да?

— Пытаюсь, — честно ответила я.

— Хмм. Ты собираешься снова бегать в лесу?

— Планирую. — Я прищурилась. — Если только какой-нибудь любитель покомандовать не собирается снова мне помешать.

— Бегать по Вудсайдской тропе — действительно плохая идея, — с нажимом сказал Тир.

— Ты это уже говорил. — Я потянулась поправить хвост. — Возможно, тебе следует прийти и снова проследить за мной, чтобы убедиться, что я бегаю по одобренному тобой маршруту.

Глаза Тира слегка округлились. Полуулыбка вспыхнула на его эффектном лице, когда он сделал шаг назад.

— Возможно, я так и сделаю. В среду в шесть тридцать. В этом дворе. Я буду в толстовке.

У меня перехватило дыхание. Тир хотел увидеть меня снова. Может, он просто одержим контролем и хочет убедиться, что я сделаю так, как он хочет? Или он на манер древнего рыцаря хотел убедиться, что я не пострадаю? Или (и это было самое главное или) он действительно хотел провести со мной время? Я не хотела обнадеживаться понапрасну, но если у меня был хоть какой-то шанс с этим парнем, я чертовски уверена, что не хочу его упустить.

— Я буду здесь, — пискнула я.

— Отлично. До встречи. — Тир открыл рот, словно собирался сказать что-то еще, но вместо этого развернулся и убежал по улице. Он свернул за угол даже прежде, чем я смогла попрощаться.

Над манерами этого парня придется серьезно поработать.

ГЛАВА

4

Моим первым официальным занятием в колледже стала общеобразовательная лекция по истории искусства под названием «Мифы народов мира в искусстве». По программе мы должны были начать год с изучения североевропейской живописи. Я попала в одну группу с Шарлоттой, несмотря на то, что мои знания об искусстве стремились к нулю, а Шарлотта уже была экспертом благодаря галерее своих родителей и стажировке.

В начале лекции мы уселись в переднем ряду. Преподавателем оказалась миловидная женщина, лет тридцати с небольшим, со светло-каштановыми волосами и глазами, которые разгорались по мере того, как она вела рассказ.

— Итак, класс, — профессор Копп подняла взгляд и щелкнула пультом проектора. — Мы начинаем семестр с искусства и художников Скандинавии. Этот раздел основан на норвежской мифологии, и хотя вам не нужно абсолютное понимание мифологической иерархии, чтобы оценить произведение искусства, общее представление будет весьма полезно. Давайте пройдемся по основам. Кто из вас знаком с норвежской мифологией? — В аудитории поднялось множество рук, Шарлотта тоже не осталась в стороне.

— Кроме как по фильму «Тор»?

Несколько человек опустили руки.

— Хорошо. Скандинавия включает в себя четыре самые северные страны мира, зимы на такой широте долгие и темные. В культуре это отразилось в мрачных сказках, наполненных ужасными чудовищами и героическими воинами. Вы увидите, что это сказалось и на местном искусстве. Вот, например.

Профессор Копп щелкнула кнопкой, и появился новый слайд.

— «Скачка в Асгард» («Дикая охота») Петера Николая Арбо. Норвежского художника, годы жизни которого пришлись на 1831–1892 годы.

— Это мрачно, — прошептала Шарлотта, печатая на ноутбуке.

— Без шуток! — Я таращилась на полотно. Грязно-бурые лошади поднимались над обугленным полем боя. Животные и их наездники были настолько однотонны, что почти сливались друг с другом, за исключением светловолосых наездниц на переднем плане. Некоторые везли мертвые тела, перекинутые через седла, над полем кружили похожие на воронов черные птицы. Может, с точки зрения искусства, это и был шедевр, но находиться рядом с ним я бы не хотела. От него прямо таки веяло отчаянием.

— «Дикая охота» изображает возвращающихся в Вальгаллу валькирий. Эти слова что-то значат для вас? — спросила профессор Копп.

Шарлотта прекратила адский стук по клавишам и подняла руку.

— Да? — Профессор Копп кивнула. — Мисс…

— Такаяма. Шарлотта Такаяма, — произнесла моя соседка.

— Продолжайте, мисс Такаяма.

— Асгард — родина скандинавских богов и наиболее почитаемый из девяти миров скандинавской мифологии, наравне с христианскими небесами. Один — верховный бог Асгарда. У него есть богини-воительницы — валькирии. Они летают на крылатых лошадях над землей, и приносят павших в битвах воинов в место, называемое Вальгаллой. Это небесный чертог Одина, и он достаточно велик, чтобы вместить сотни воинов. Валькирии тренируют павших воинов защищать Асгард во время Рагнарёка — мифологического скандинавского апокалипсиса.

Я прищурилась, глядя на Шарлотту. Разве все это было в учебнике?

— Очень хорошо, — улыбнулась профессор Копп. — Итак, на картине Петера Арбо богини-воительницы — валькирии — уносят мертвых воинов в Асгард, царство богов. Те, кто жил неправедно, могут отправиться в Нифльхейм или Хельхейм, норвежский эквивалент ада. Любопытно, что норвежский ад — это мир первозданного льда, что было отражено во многих значимых картинах. Современные скандинавские художники склонны идеализировать верховных богов своего пантеона — владыку Одина, бога грома Тора, богиню любви Фрейю, обманщика Локи. Бога зимы Улля…

— Кстати, о скандинавах, — шепнула Шарлотта, — не Тир ли провожал тебя домой сегодня на рассвете? Немного рановато для прогулок аллеей стыда5, хотя я одобряю твой вкус.

— Что? Нет! — зашептала я в ответ, — Я встретила его на пробежке, так что мы просто закончили тренировку вместе, вот и все!

— Закончили тренировку вместе? — хихикнула Шарлотта. — В вашей школе это так называлось?

— Нет же, это была просто тренировка. И мы снова идем на пробежку в среду.

— Правда? — Шарлотта вздернула одну из своих идеально выщипанных бровей. — Он объяснил, куда исчез тем вечером?

— Ну не то, чтобы. — Я нахмурилась.

— Ну, может в следующий раз. — Шарлотта слегка сжала мне руку. — Это чудесно!

— Я знаю. Но меня это слегка пугает.

После нашей встречи с Тиром я едва заставила себя проглотить кусочек тоста без ничего, так у меня все сжималось внутри.

— Так не должно быть, — тихо ответила Шарлотта. Печатая, она не отрывала глаз от преподавателя. Когда профессор Копп остановилась, чтобы взглянуть в учебник, Шарлотта повернулась ко мне, — Просто получай удовольствие, первокурсником бываешь лишь однажды.

Я еле сдержала улыбку.

— Тебе точно стоит познакомиться с моим братом.

Профессор Копп переключилась на новый слайд.

— Итак, как сказала Шарлотта, валькирии, изображенные Арбо, готовили воинов к защите Асгарда во время Рагнарёка, последней битвы добра со злом. Генрих Фюссли изобразил Рагнарёк на картине «Битва Тора со змеем Мидгарда». Для громовержца Тора эта битва заканчивается печально — Асгард разрушен, большинство его обитателей мертвы, мир погиб и будет возрожден заново. Обратите внимание на мрачные цвета, жесткие линии, ощущаете ли вы чувство отчаяние, которое Фюссли смог передать в своей картине?