Чтение онлайн

— У мужа.

— А ты, оказывается, еще и замужем?

— Не совсем. Но если ты решил на мне жениться, то я всегда свободна.

— Нехорошо угонять чужие машины в чужом городе. Это может плачевно кончиться.

— Но ведь я же твоя девушка. Мне никто ничего не сделает. Неужели ты позволишь, чтобы обижали твою девушку?

— Кого? — присвистнул Сашка.

— Твою девушку, я, кажется, внятно сказала. Если ты так не считаешь, то я могу сама за себя постоять.

Достав пушку, я положила ее рядом с собой на сиденье. Итут нервы у меня не выдержали.

— Пошел ты к черту! — заорала я. — И чего я в тебе нашла? Сейчас уеду отсюда на этой тачке и хрен мне кто сможет помешать, понятно?!

Я уже было хотела надавить на газ, но Сашка взял меня за руку.

— Подожди, пошли ко мне в машину.

— Ага, нашел дуру! Чтобы твои братки мне по голове настучали. Я из машины никуда не пойду. Лучше ты иди ко мне.

— Нет, Яна, машину надо вернуть хозяину. Тебя никто не тронет пальцем. Обещаю.

— Ты будешь со мной, пока я не сделаю свои дела?

— Ладно. Но мне за это нужно двадцать штук баксов. Ставки повысились. Ты сама наделала кучу глупостей.

— Пятнашка — и разговор окончен, — вспылила я.

— По рукам. — Сашка открыл дверь, и я вылезла из машины.

На спинке сиденья была кровь. Я подняла футболку. На бинтах кровь. Она просочилась даже сквозь тугую повязку.

— Зачем ты ушла из больницы?

— Меня нашли. Больше там оставаться было нельзя. Надо бы сделать перевязку и найти обезболивающее.

Сунув пушку в карман, я оперлась на Сашку. Передвигаться мне становилось все труднее и труднее.

— Ты самая сумасшедшая женщина, которую я когда-либо встречал, — прошептал он мне на ухо.

— Я знаю!

Хозяин джипа бросился к своей машине.

— Саня, она мне всю спинку сиденья кровью заляпала! — завопил он.

— Почистишь, — буркнул Сашка и обнял меня одной рукой.

Когда мы проходили мимо столпившихся и ничего не понимавших мордоворотов, Сашка громко сказал:

— Это и есть та девчонка, в которую стреляли. Я вам рассказывал. Простим ей угон машины, у нее и так слишком много проблем.

— Все правильно, — загудели они. — Пусть Гарик в следующий раз рот не разевает. Молодец, девочка, хорошо его проучила!

Но я уже ничего не слышала. Тело парализовала жуткая боль в области спины и поясницы.

— По-моему, я умираю, Сашка, — сказала я и села на землю, подняла футболку, по спине стекали струйки крови.

Кто-то принес аптечку и сунул мне под нос нашатырь, кто-то принес бинты и вату, кто-то зеленку. Я лежала на земле, голова — у Сашки на коленях. Он склонился надо мной, в его глазах был неподдельный испуг и слезы.

— Ты плачешь? Спасибо. По мне никогда в жизни никто не плакал, — сказала я шепотом.

— Пацаны, что вы тянете, девчонка ведь умирает! — заорал кто-то. — Срочно «скорую»!

— Саня, мне нельзя в больницу. В тысячекоечной меня уже ждут. В любой больнице меня найдут. Мои враги отлично знают, что рано или поздно я все равно окажусь в больнице. Долго в таком состоянии бегать я не смогу.

Кто-то подогнал джип, меня подняли и положили на заднее сиденье. Джип помчался на всей скорости. За рулем сидел незнакомый мордоворот, рядом Сашка. Он перегнулся назад и придерживал меня рукой, чтобы я не упала.

— Куда мы едем? — тихо спросила я.

— Там, где тебе смогут оказать помощь. — Сашка взял мою слабую руку в свои горячие ладони и сжал покрепче. — Давай держись, девочка, ты сможешь. Ты очень сильная.

— Не знаю, Саш, мне очень больно. Я, наверное, не вытерплю. Смотри, уже все сиденье в крови. Скажи мне перед смертью, а ты и в самом деле от меня ушел? Ты что, не собирался возвращаться? Ты думал обо мне?

— Господи, что ты несешь! Перед какой смертью? Ты будешь жить, поняла?! Да, я собирался к тебе вернуться, просто хотел тебя проучить. Ты это хотела услышать?! И вообще, Яна, ты хотя бы дала мне координаты своих родственников. Они знают, куда ты полетела?

— Ты что, меня уже хоронишь? Не хорони раньше времени. У меня никого нет. Муж мертв. Лучшая подруга тоже, любимый человек убит. Я одна. В Крестцах, по дороге на Питер, осталась дочь.

— У тебя есть дочь? — Сашка так сильно удивился, что на минуту выпустил мою руку.

— Конечно есть, а почему бы и нет?

Последние слова дались мне с трудом. Глаза застилал туман, в ушах гудело. Я почувствовала, что теряю контроль над собой. Через пару минут я отключилась.

Очнулась я на кушетке в небольшой комнате. Рядом сидел Сашка.

— Ну что, отошла? Ну, ты нас всех перепугала!

— Где я?

— В травмпункте. Тебе промыли и обработали рану, наложили повязку, напичкали обезболивающими. Короче, оказали полный комплекс услуг. Вообще, по-хорошему, тебе бы не мешало в больнице поваляться. Но так как это очень опасно, то я отвезу тебя к себе на квартиру. К тебе будет приходить врач, он будет делать перевязки и следить за твоим состоянием.

— За мной будет ухаживать твоя жена?

— Нет, у меня есть еще одна квартира. Братишка пока живет в Японии. Ключи у меня. Конечно, это не коттедж в Питере, но лучше я тебе ничего предложить не могу. Со знаменитыми медиками-специалистами у меня тоже напряженка, но есть один знакомый хирург, который сможет тебе помочь. Если тебя устраивает такой вариант, то поехали.

— Конечно устраивает, — улыбнулась я.

Сашка помог мне подняться и повел в машину. Я села на заднее сиденье и сладко уснула. Когда открыла глаза, на улице было уже темно. Сашка дремал на переднем сиденье за рулем. Машина стояла рядом с какой-то пятиэтажкой.

— Эй, просыпайся. — Я потрепала его за ухо. — Просыпайся, кому говорят.

— Да ты уснула. Мне не хотелось тебя будить. Как ты себя чувствуешь?

— Паршиво. Спина болит.

— Сейчас поднимемся в квартиру, у меня здесь для тебя целая куча обезболивающих, выпьешь — должно стать полегче. Со своим здоровьем играть нельзя. Станешь калекой — и кому ты будешь нужна?

— Тебе, кому ж еще.

Сашка молча вышел из машины. Я повисла на его плече, и мы зашли в подъезд.

В квартире он довел меня до кровати, уложил и накрыл пледом.

— Побудь без меня пару часов, мне нужно отлучиться по делам. Только, ради бога, никуда не сбеги.

— Послушай, а где моя пушка? — всполошилась я.

— Я забрал ее у тебя, когда ты была в отключке. Зачем она тебе? Это не игрушка. Не женское это дело — с пушкой ходить.

— Я и не играю. Отдай, мне с ней спокойнее, и вообще, не имей привычки брать чужие вещи.