Чтение онлайн

Костя уставился в креманку, шкрябая ложкой по дну. Видно было, что вероятные итоги консультации его всерьез пугают.

Зоя порылась в рюкзаке и вытащила что-то прямоугольное, завернутое в упаковочную бумагу.

— Вот, держи. Думала торжественно подарить на ближайших семейных посиделках, но лучше сейчас.

— Это мне?

Костя развернул бумагу и достал небольшой яркий блокнот.

— Это карманный скетчбук, для набросков, — пояснила Зоя. — Я знаю, что у тебя такие есть большие, но вдруг тебе захочется что-то нарисовать в автобусе... или там, не знаю, на уроке по алгебре?

— Я никому не скажу, что ты мне такое предлагала, — улыбнулся Костя. — Спасибо, Зорька. Ты... такая удивительная.

— Чего ж удивительного?

— Ну... ты как-то по-другому на все смотришь. Не боишься ошибиться…

— Я боюсь, что если за меня ошибется кто-то другой, это будет досаднее, чем если ошибусь я сама, — серьезно ответила Зоя. — А ты в себе не сомневайся. Понял? Ладно, беги, встретимся потом дома...

Вот бы к нему тоже пришла такая лисица, промелькнула странная мысль. Тогда бы он тоже ничего не боялся...

Жаркий июль сменился спокойно-теплым, мечтательным августом, окутанным облаками цветущего вереска. За все это время от Вальтера пришло несколько сообщений в мессенджере. Ничего особенного: он выражал надежду, что Зоя хорошо проводит лето, и интересовался ее планами. О своем местонахождении Вальтер не упоминал. Однажды Зоя набралась храбрости и позвонила ему, но механический голос уведомил ее, что абонент находится не в сети. Через пару дней Вальтер написал, что почти все время проводит на производстве (а там, к сожалению, проблемы со связью), и обещал перезвонить, как только вернется. Зоя очень старалась не придавать значения этому знакомству (хотя кого тут обманешь?), но телефон буквально не выпускала из рук.

Звонок раздался за завтраком. Зоя подскочила, как ужаленная, едва не опрокинула табуретку и выбежала из-за стола, торопливо тыкая в экран телефона.

Но это был не Вальтер.

Когда девушка вернулась за стол, ей даже не пришлось изображать обыденно-задумчивое выражение лица: оно сделалось таким само.

— Ну? И кто звонил? — полюбопытствовала мама. Мда, пожалуй, приглашать гостей пока рановато. Тем более такого гостя, как Вальтер. Замучаешься потом объяснять.

— Из деканата. Просят зачем-то приехать. Что-то говорили про общежитие, я не очень поняла. Там у них шумно слишком.

— А зачем так рано-то? Август только начался.

Зоя пожала плечами. Если позвонили сейчас — значит, не рано. Наверно, заметили, что в какой-нибудь сто пятидесятой бумажке не хватает подписи, а до сентября не подождать. Да и ладно, не жалко. Погода хорошая, чего б не съездить?

В коридоре Академии столкнулись с Аней, соседкой по общежитию. Она как-то грустно махнула рукой в ответ на Зоино приветствие и скрылась.

Ну ладно, сначала надо разобраться, что там случилось в деканате.

— Здрасьте! — жизнерадостно выпалила Зоя с порога. Но ей никто даже не улыбнулся. Все сидели с какими-то замученными лицами, не отрываясь от мониторов. Надежда Валентиновна Матвеева, та самая, которая вызвала Зою, на повышенных тонах разговаривала по телефону.

— Если вы не знаете, то кто тогда знает? Вы за полтора месяца не в состоянии рассчитать сроки? Ах, не ваша компетенция? Ну, знаете, и не моя! Мне людей селить некуда! Да, жду ответа от руководства.

Трубка яростно грохнулась в гнездо.

— Фамилия! — почти гавкнула Матвеева, не поднимая головы от каких-то пометок.

— Красноперская…

— А, — уже спокойнее отозвалась Надежда Валентиновна. — Пятый курс? Лечебное? Садитесь...

«Что-то мне не нравится такое начало», — подумала Зоя, устраиваясь на жестком стуле. Но продолжение ей не понравилось еще больше.

— Не хочу вас долго мучить, так что сразу к делу: у нас возникла очень... тяжелая ситуация с общежитием, — мрачно сообщила Матвеева. — Комиссия с июня возится, и все никак не может оценить, сколько и каких именно ремонтных работ надо провести и в какой срок они все уложатся. Мы решаем проблему, но... До конца нам это не удается. Пришлось даже объявить набор этого года без предоставления мест. Я тут еще веду переговоры с Физтехом, они вроде готовы выделить... но это пока не утверждено. В любом случае, вам, к сожалению, придется поискать на пятый курс другое жилье. Может быть, только на первый семестр, но... — Надежда Валентиновна красноречиво развела руками.

Зоя ахнула.

— А... все остальные с нашего курса... как решили эту проблему?

— Мы разместили почти всех. Но на каждом курсе есть список из нескольких человек, которым придется искать жилье самостоятельно.

— Список? И как в него попадают? Или, точнее, не попадают? По жребию?— возмутилась Зоя. — Или по успеваемости? — ядовито добавила она.

Да что ж такое? Даты практики ей сдвинули и о планах не спросили. На стажировку отправят в Ясные, черт бы их побрал, Зори в какую-то глухомань — это вместо Стольникова-то! Ее, одну из лучших студенток! А теперь вот еще и место в общежитии не дают?!

— По логике! — снова раздражаясь, ответила Надежда Валентиновна. — И не надо мне истерики закатывать! У меня тут люди с Урала есть, из Саратова, из Иркутска! Мне, может, кого-то из них выселить? А то вы, Зоя... Юрьевна, из Лебедевки на прямом автобусе ну никак не доедете!

Зоя пристыженно замолчала. Про Урал и Иркутск она как-то не подумала.

— Вот, — снова смягчилась Матвеева, — возьмите квитанцию. Если будете снимать какое-то жилье в Зареченске, подойдете с ней в конце месяца сюда в деканат, напишете заявление, вам к стипендии доплатят компенсацию, вот тут написано.

— Спасибо…

— И еще спросите у коллег с третьего курса. Они, вроде, как-то скооперировались. Надеюсь, у вас все получится.

«Я знаю, что ты не виновата, но и я тоже не виновата», — говорила интонация Матвеевой.

«Я понимаю, что это не ваша вина, но мне от этого совершенно не легче», — подумала Зоя. Вслух она еще раз поблагодарила и вежливо попрощалась.

В коридоре принялась изучать квитанцию. «Компенсация… ежемесячно... в размере четырех тысяч двухсот пятнадцати рублей». А, ну прекрасно. За четыре тысячи снять жилье в августе, тем более, когда весь свеженабранный первый курс остался без общежития и тоже не сидит сложа руки — ну просто плевое дело!

Прямой автобус из Лебедевки, ага, как же. Только ехать на нем часа два с половиной в одну сторону, а по пробкам так и все три. И расписание у него почему-то подстроено под Лебедевский завод, а не под пары в Академии. В общем, не Иркутск, конечно, но тоже не наездишься.

На дверях Академии висела какая-то от руки написанная бумажка. По дороге туда Зоя не стала приглядываться, но теперь заинтересовалась.

Это было объявление из тех, какие вешали еще во времена Зоиной бабушки: прямоугольный листочек с надписью на верхней части, а нижняя разрезана на хвостики с номером телефона. Таких уже давно не писали. И почерк был, как у всех бабушек: круглый, разборчивый, буква «д» не петелькой вниз, а загогулиной вверх.