Чтение онлайн

Шут, постригшийся в монахи — и смех, и грех.

— Я принял серьёзное решение, — уверенным тоном заявляете Вы.

Запишите достижение « ».

Если Вы первый раз очутились на этом параграфе, запишите ключевые слова «С », 10 пунктов Героизма и 20 пунктов Вдохновения. Если Вас не устраивает эта концовка, и Вы желаете другого завершения истории, переходите на параграф «0».

— А ты, как я погляжу, настырный, — Вы растерянно озираетесь по сторонам, понимая, что каким-то образом оказались на площади перед собором, а перед Вами на почтительном расстоянии стоит всё та же поганая образина. — Ну что же, ты заинтересовал меня — немногим это удаётся по-настоящему. Но я уважаю достойных врагов. Что ж, прими же от меня дар, в знак моего особого расположения.

С этими словами демон бьёт копытом по мощённой земле, высекая сноп искр, ещё в полёте обращающихся в золотые монеты.

— Если Вы алчны — то должны броситься собирать их, либо выдержать проверку — 404

— Если Вы не собираетесь принимать подарков от демона — 408

388

Говорим «наёмники» — подразумеваем «швейцарцы». Говорим «швейцарцы» — подразумеваем «наёмники».

А ещё говорят: «Нет денег — нет швейцарцев».

В беретах, в щёгольских камзолах с буфами, в разноцветных одеждах со множеством практически бесполезных, но броских финтифлюшек, эти ребята сидят посреди таверны, заняв больше всего места, пьют, едят и активно что-то обсуждают на своём тарабарском языке.

Понаехали, понимаешь, в Вашу страну, с подачи короля-идиота, безобразие нарушают, дисциплину хулиганят и вообще смотрят на всех, как на людей второго сорта.

Гунфрид по примеру французов завёл «Швейцарскую сотню», боевой дух войск, где основной акцент ставится на пришлых наёмниках — не ахти какой, не говоря уже о том, какие деньги из казны идут на содержание швейцарских алебардистов и аркебузиров.

Эти шустрые ребята, у которых дворяне и короли не особенно в почести, успели зарекомендовать себя в массе войн по всей Западной Европе, сражаясь и за католиков, и за гугенотов, и за римских пап, и за чёрта лысого — лишь бы платили.

При этом они не воюют против армий, в составе которых служат другие швейцарцы, и предпочитают не брать пленных.

Как бы то ни было, если совершать в Кокани революцию — швейцарцам плевать на проблемы населения, они будут защищать Гунфрида. Во всяком случае — до тех пор, пока он будет платить.

Ну что, вот Вы к ним подошли. Некоторые отвлеклись и обратили на Вас внимание. А дальше что?

— Если Вы эрудированы — можете попробовать поговорить с ними по-немецки (в той мере, в какой знаете язык) — 321

— Если нет, можете пытаться объясняться жестами и импровизировать — 405

Бац! И в следующий миг увесистая каменюка откололась от ближайшего дома и обрушилась на Вашу светлую голову.

Увернуться в таком узком проходе было бы довольно проблематично, да и, скорее всего, Вы просто не успели бы заметить угрозу и отреагировать. Ничего не предвещало беды, всё произошло за мгновение. Шут бы побрал этих строителей!

Если попадаете на этот параграф впервые, добавьте ключевые слова « » и запишите 5 пунктов Героизма. Если Вас не устраивает эта концовка, и Вы желаете другого завершения истории, переходите на параграф «0».

Ба! Да у него же бутафорское оружие! Такое используют при сценическом фехтовании! Да и манера разговаривать — как у третьесортного актёришки. Словом, возвращаетесь на тот параграф, с которого пришли, и думайте сами, как поступить в свете открывшихся фактов.

Короче, Вы что-то придумали. Переходите на параграф 399

Ловись-ловись рыбка, большая и маленькая!

Испытайте Судьбу!

Вы ждёте час, другой, третий. Но у Вас чего-то не клюёт. Ну, значит — не судьба.

Переходите на параграф 524

Спустя некоторое время поплавок начинает подрагивать. Клюёт! Вы делаете видимое усилие и вытаскиваете вооот такую здоровенную рыбищу. Сегодня Вы явно не уснёте голодным. Да, вот уж действительно повод для радости!

Прибавьте 5 пунктов к Героизму и 5 пунктов к Вдохновению!

Переходите на параграф 524

Вы ждёте, ждёте, и, наконец, клюнуло. Вы подсекаете и достаёте на свет Божий какую-то совсем мелкую фитюлечку. Эх, это и есть-то несерьёзно!

В такие моменты Вам кажется, что если бы рыбалка так не успокаивала — передушили бы всех к лешему. Ну, что поделать, всё равно какой-никакой, а результат.

Добавьте себе +1 пункт Героизма

Переходите на параграф 524

Закинув удочку Вы ждёте час, затем другой. В желудке урчит. И в тот момент, когда Вы уже отчаялись и готовы уйти — поплавок приходит в движение, а леска натягивается. Вы тянете её в свою сторону изо всех сил, опасаясь, что она может порваться.

В конечном итоге из воды показалось существо, заставившее Вас вмиг позабыть о рыбалке и на некоторое время лишиться дара речи. Это была ундина, несколько отличающаяся от того, как Вы их себе представляли, но всё-таки узнаваемая.

Она выглядела как упитанная женщина, но только сильно уменьшенная; размерами примерно с ребёнка трёх-четырёх лёт, но с пропорциями тела как у взрослого человека, за исключением непропорционально крупной груди; глаза — что-то средне между рыбьими и человеческими, волосы — словно зелёные водоросли, длинные и блестящие, кожа бледная и мягкая, нижняя часть тела как хвост лосося, но только без чешуи.

Существо показалось Вам достаточно уродливым — как, наверное, и Вы ему. Держась за леску, оно пыталось высвободиться — крючок пронзил щёку создания.

— Пожалеете и отпустите — 724

— Или всё-таки решите вытащить и думать, что делать дальше — 752

Довольно скоро у Вас начинает клевать. Вы подсекаете и с удивлением вытягиваете золотую рыбку. Но та, судя по всему, не в духе.

— Отпусти, мужик, или три желания испорчу, — грозится она, раздражённо брыкаясь и вырываясь.

— Отпустите подобру-поздорову — 727

— Попробуете поговорить с рыбкой — 753

Вы проводите некоторое время в томительном ожидании, время от времени прихлопывая приставучих комаров. Внезапно вода вспенивается и наверх поднимаются две громадные руки с перепонками на пальцах: судя по всему, в то время как Вы решили порыбачить — водяное чудовище задумало «почеловечить».

— Если Вы обучены сражению — 728

— Если нет — 775

Еврейский квартал, огороженный от всего остального города, представлял довольно печальное зрелище. Узкие грязные улицы, теснящиеся бедняцкие домики, куда ни глянь — кругом нищета и смрад, и вовсе не потому, что евреи сознательно довели всё до такого состояния — просто для них специально создали подобные условия.