Чтение онлайн

Вода была прохладной, и очень чистой. Мощные фильтры уже давно очистили ее и выключились. В тишине были слышны только звуки издаваемые мной, плеск воды от моих резкий гребков руками, стук капель по поверхности от ударов ногами. Я плыл, вкладывая в выверенные, скупые движения максимальную силу. Двадцать пять гребков, разворот, снова двадцать пять гребков, бортик, разворот. Посторонний, тихий всплеск воды.. как будто кто-то скользнул в воду, стараясь остаться незамеченным. Я вдохнул полные легкие воздуха и резко нырнул, проплыл под водой и вынырнул почти у самого бортика. Мои ноги коснулись ровного дна, и я встал в полный рост. Вода в этом месте доходила мне до плеч. Тряхнул мокрыми волосами и открыл глаза..

– О-о-о.. какие люди и без охраны..
– Девушка стояла в метре от меня.
– Эрика? Что ты здесь делаешь?
– Шаг к ней.. она маленький шажок назад.. таких шажков надо еще три и она упрется спиной в бортик. Я скользнул взглядом по девушке.. Вода ничего не скрывала.
– Да еще и без купальника?
– если бы я все еще был под тетра-дихлинором.. м-м-м.. мы бы уже не разговаривали.. а так..

– Я пришла поговорить..
– Улыбнулся. Поговорить? В таком виде? Ну, давай поговорим.. Я снова шагнул к ней. Эрика снова шажок назад..
– Арсений, ты не понимаешь.. Нас завтра всех вызвали на заседание военного трибунала.
– Я хотел подойти еще ближе, но передумал, скрестил руки на груди, ожидая продолжения.
– Василиса будет свидетельствовать против тебя.
– Вот даже как.. Месть обиженной женщины? Видимо что-то отразилось на моем лице, потому что девушка еще чуть-чуть отступила назад.
– И Люба..
– Эрика глубоко вздохнула и выпалила..
– И Рим.. и Виктория. Только Вероника отказались свидетельствовать против.
– Я плавно преодолел разделяющее нас расстояние, девушка все-таки вжалась спиной в прохладный бортик. Я прижал ладони к кафельной плитке по обе стороны от ее лица. Чуть наклонился и выдохнул в ее приоткрывшийся в изумлении ротик..

– А ты?
– Девушка закрыла глаза и чуть отвернулась, откидывая голову на кафель. С закрытыми глазами она тихо прошептала.

– Я не знаю.. я ничего не видела.. Рим упала.. Ника упала.. ты с Сергеем ушел.. вернулся с Никой... их ты бросил.. Я не знаю..
– Я пальцами повернул головку девушки к себе..

– Эрика, открой глаза.
– девушка послушно распахнула ресницы.. Сейчас ее голубые глаза были ярко синими.. в них отражались блики света и воды. удивительно красиво..
– Ты видела, кто перерубил страховку Рим?
– Девушка вжалась в кафель еще сильнее. Зря.. через стену не пройти, сколько к ней не прижимайся.

– Ее трос перетерся через камень. Это несчастный случай..
– Я усмехнулся, глядя в синие-синие глаза.. мои пальцы скользнули по ее щеке, шее.. Девушка оттолкнулась от бортика и всем телом прижалась ко мне, ее руки обняли меня за талию. Горячий шепот разорвал тишину, пронесся над гладью воды.
– Арсений.. просто скажи, что мне говорить и на суде я повторю все слово в слово..
– По ее обнаженному, прохладному телу прошла легкая дрожь..
– Ради тебя.. я готова на все.. Слышишь.. на все.
– Постарался отстраниться, но Эрика еще сильнее прижалась ко мне. Она привстала на носочки и прижалась губами к моим губам.. Я мог не отвечать на поцелуй, мог оттолкнуть Эрику.. но.. все, все кроме Вероники предали меня.. А Эрика.. Эрика пришла сейчас, пусть и с хреновой, но поддержкой. Мои ладони легли на тоненькую талию, я легко подсадил малышку и ее ноги обвили меня чуть выше бедер, теперь уже мои губы терзали ее ротик.. теперь уже я вел, теперь вся инициатива исходила от меня.. А Эрике предлагалось слепо подчиняться моей воле и моему желанию. Мои пальцы скользили по спине, вдоль хрупкого позвоночника.. по нежной коже, вызывая в местах прикосновений маленькие взрывы чувственности. Вода, окружавшая нас, делала ласки я еще более откровенными, более страстными. Я отпустил ее губки, прекращая огненный поцелуй, уткнулся своим лбом в ее, и прошептал..

– Эрика.. пока я еще могу себя контролировать..
– черт, я лгал. Я легко контролировал себя и огонь в моей крови, мне ничего не стоило прекратить все это. Но об этом говорить дрожащей в моих руках девчонке я не собирался.
– Пока я могу себя контролировать.. пока мы не перешли ту тонкую грань, отделяющую меня от проникновения в твое тело.. Маленькая моя, скажи.. ты правда, этого хочешь?..
– Девушка всхлипнула и выгнулась в моих руках..

– Пожалуйста.. прошу.. я хочу тебя .. безумно.. сейчас..
– ее тихий вскрик от моего проникновения я заглушил своими губами, выпив его полностью.. мои движения, сначала медленные, становились все быстрее, жестче.. ее тихое.. "Арсений.. я тебя люблю.." также заглушил горячим поцелуем.. ее стоны.. ее крики.. все это я забирал себе. Я доставлял удовольствие, но не получал его взамен. И как только Эрика забилась в моих руках, накрываемая волнами оглушительного удовольствия, невесомая в голубой воде, я тут же вышел из ее податливого тела. Я не хотел ее мучить. Неудовлетворенный, я мог бы заниматься сексом до утра и так бы не получил долгожданной разрядки. Я не хочу.. Не с ней.. Не с Эрикой.. Минуты растянулись в вечность, но я так и не отпустил девушку, я все еще держал ее на руках, нежно укачивая в ставшей вдруг холодной, воде. Ее голос разорвал тишину, нарушаемую только плеском воды.
– Это был прекрасный аванс... Асрений, так что мне сказать на суде?..
– Мои объятия разжались, и почему-то вдруг стало мерзко на душе.. Как будто я сексом собирался ее подкупить.. Перетащить на свою сторону. Отступил на шаг и холодно - равнодушно бросил.

– Говори что хочешь, мне все равно.
– Развернулся и поплыл в противоположную сторону, достигнув бортика, подтянулся на руках и вылез из бассейна. Утруждать себя одеванием не стал, подхватил вещи с пола и ушел в душевую. Через полчаса я уже спал в своей комнате на узкой и жесткой койке. Спал один, просто провалившись в удушливую черную пустоту.

– .. Военный трибунал объявляет тридцатиминутный перерыв. Всех прошу покинуть Пурпурный зал.
– Я медленно поднялся со своего кресла и направился на выход. Вероника перехватила меня перед самым выходом, крепко сжав мою руку. Я чувствовал, что девушка ели сдерживается, но пока молчит, только снова и снова стискивает мою ладонь.. Я вышел в коридор и вывел Нику.

– Может кофе?
– девушка улыбнулась, но улыбка вышла кривая и вымученная.

– С удовольствием.
– Пока мы быстрым шагом шли в столовую, мы не разговаривали, да и о чем? Стоит произнести хоть одно слово и меня, или ее прорвет. Я и так держусь из последних сил.. столик.. Наш с Рим.. Горькая насмешка. Ника быстро принесла два стаканчика и опустилась на стул.
– Арсений! Это несправедливо! Они оболгали тебя.. Оболгали.. Оклеветали.. Сергей, Василиса.. Ладно они. Их я еще хоть как-то могу понять.. но, Эрика? То, что она говорит - ужасно. Неужели судьи военного трибунала не видят, что она лжет? А Рим? Почему она отказалась от дачи показаний? Она признана потерпевшей, но молчит. Почему? Она бы могла рассказать, как все было.. но она молчит. Все, либо молчат, либо врут!
– Слова сыпались из Вероники как горох из прохудившегося мешка..
– Ты должен что-то сделать.. Это не правильно! Тебя осудят, признают виновным.. тебя могут приговорить к тюрьме.. к ссылке..
– Из огромных фиолетовых глаз брызнули слезы.. Две мокрые дорожки прочертились на щеках, капельки стекли и повисли на остреньком подбородке. Ника тыльной стороной ладошки стерла их и снова схватила меня за руку. Я ободряюще улыбнулся, освобождая свои пальцы от сильной хватки.

– Вероника, давай выпьем кофе. У нас очень мало времени.
– Девушка тут же вцепилась, за неимением моих пальцев, в пластиковый стаканчик и сжала его, чуть не расплескав кофе.
– Ника! Успокойся. Пей кофе. Я все решу.
– Кофе черной горечью обжег горло. Девушка отставила стаканчик в сторону и начала рыться в сумочке, если она сейчас начнет наводить марафет, я просто допью кофе и уйду. Сил больше моих нет... Но, Ника выудила из недр лист бумаги. В нашем мире электронных технологий, если что-то надо оставить в секрете пиши старым дедовским способом. Просто пиши ручкой на обычной бумаге.

– Это, я нашла утром на своей подушке. Там что-то написано, но прочесть я не смогла. Может, это для тебя написали?
– Я взял лист бумаги и развернул, резким, с наклоном влево почерком Рона по-русски было написано "Сын, делаю все что могу.". У меня отлегло от сердца. Шаарон в курсе. Мама в курсе.. Как бы там ни было, никто не умер, никто не пострадал.. Не выполнил приказ? Оставил в опасности? Ну, что мне максимум грозит? Выговор? Неполное служебное несоответствие? Переживем! Я улыбнулся Веронике, впервые за эти сумасшедшие три недели я искренне улыбнулся. Ника поймала мою улыбку и улыбнулась в ответ.

– Солнышко мое! Теперь все будет хорошо. Все будет просто отлично! Пойдем продолжать заседание военного трибунала?
– Ника поднялась, я подставил ей локоть, но она отмахнулась и крепко обняла меня за талию. Так мы и пошли по коридорам Мереа.. как ребята из девяностых, она обнимает его за талию, и он ее, но его рука у нее в заднем кармане джинс. Я улыбнулся своим мыслям и вдруг выдал..
– Ника.. давай встречаться? Ну.. как парень и девушка. Ты мне очень нравишься..
– на щечках Ники вспыхнул румянец..

– Ты мне тоже.. давай попробуем..
– Я притянул несопротивляющуюся девушку к себе и впился губами в ее губки, поцелуй вышел коротким, но страстным. Я тут же отстранился и выпалил.

– А теперь побежали! Опаздываем!!!
– С личной жизнью я с грехом пополам разобрался, теперь бы разобраться со служебной...

***

– Командир! Разрешите обратиться..
– Я не сразу вынырнул из тяжелых воспоминаний. Тронный зал. Прием по случаю окончания мной Мереа. Ника танцующая с Сергеем. Матушка.. Рим..