Иерогамос Луны и Солнца
Шрифт:
В Роффак они возвращаются поздно. Сфокусированный свет лампы, низко свисающей над столом в гостиной, указывает запоздавшим на легкий ужин – два бокала красного вина и плато старинного серебра с разными сортами сыра поблескивают в лучах искусственного света. Обитатели дома уже разбрелись кто куда по замку. Местные домашние пауки и пришлые извне насекомые надежно устроились на зиму в уютных щелях старинного пола и деревянных перекрытиях замка. Вместо ужина Мишель предпочитает чашку чая с бабушкой, у нее в комнате – на первом этаже, возле библиотеки. Большую часть небольшого пространства комнаты занимает массивный дубовый стол неопределенной даты рождения, стоящий точно напротив своего современника – большого камина из камня мегалитического происхождения. Бабушка мерно, почти бесшумно, помешивает чай маленькой ложечкой старинного серебра. Треск в камине – знакомая музыка дома его детства, стопки старинных книг на столе – его давние друзья, и проницательный, теплый взгляд его слепой бабушки – все это, вперемешку с запахами книг и горящего дерева в камине, вновь возвращает Мишеля к самому себе. Он улыбается, глядя на ласковое мерцание языков пламени в камине, обретая легкость детского восприятия жизни.
– Ты меня спросил, дорогой, как можно распознать любовь? Подай мне книгу, пожалуйста, вот ту, что справа от тебя, ближе к камину.
Мишель, пытается понять, какую книгу бабушка просит, протягивает нерешительно руку к указанному месту.
– Это сказания о Граале, ты ее хорошо знаешь, дорогой.
Мишель уже уверенно находит знакомый переплет томика Критьена де Труа и кладет перед бабушкой на стол.
– Раскрой наугад и прочти. Может, это то, что ты ищешь?
Мишель, раскрыв книгу, читает:
– Эй вы, стражники леса, стражники сновидений! Проснитесь хотя бы на рассвете! Разве вы не слышите зов? Благодарите Бога за то, что ваше предназначение в том, чтобы услышать его!
Он перелистывает страницу.
«Научись видеть любовь…» – читает про себя.
Мишель поднимает глаза. На него смотрит женщина с картины над камином «Мария Магдалина в пещере с сосудом и книгой».
– Главного глазами не увидеть… Мишель, – ставит точку бабушка.
Мишель, поднявшись наверх, в большую комнату, открывает сайт, на главной странице которого он видит рекламную ленту с отредактированным образом «незнакомки» – лишь ее портрет, без ребенка. Это его подстегивает к действию.
«…и когда Вы придете на мою могилу, я надеюсь, там Вы прочтете эти строки… – он принимает вызов. – Здесь покоится Mишель де Вайанкур – поэт, дуэлянт, великий ответчик многого. Он сделал Все и Ничего».
Мечтая о той, которая сможет прочесть эту «возвышенную» эпитафию, он решает писать ей еще раз, несмотря на упорную немоту с той стороны.
Пишет ей вновь…
Второе письмо Мишеля – 16 октября 2001 года
«Здравствуйте, Марина!
Несмотря на Ваше упорное молчание, я позволю себе вновь Вам писать и, вероятно, предстать в ваших глазах либо полным идиотом (я до сих пор не понял этот термин), либо – обыкновенным жиголо.
Но, к черту все это… Ваше молчание как вдохновляет, так столь же и – обескураживает… Либо осмелиться рискнуть, либо бросить все. Я все же предпочитаю пойти на риск… И риск окончательного отказа от диалога. И остаться наедине с печалью сомнения.
Я смею надеяться на диалог – этот первый элемент гармонии в познании другого, того, кто скрывается за простой фотографией-презентацией: молодая женщина, с простой и женственной улыбкой, со своим ребенком – «маленьким принцем» с ясными умными глазами, наполненными доверием, и коротким и честным текстом…
Антуан де Сент-Экзюпери говорил, что привязанность – это невидимая вещь, которую нельзя выразить словами… Главного глазами не увидишь.
Я думаю, он был прав. Тогда я замолкаю…
Для того, чтобы Вы смогли на расстоянии увидеть и привыкнуть ко мне, а я к Вам… без жестов… в тишине, просто улыбаясь…
Я жду…
Мишель В.»
Глава 5. Обмен письмами. Чудо узнавания.
Новая дверь – Актер на сцене–обнаженная душа – Нарцисс.
Ответ Марины.
«Здравствуйте, Мишель.
Прежде всего, я хотела бы поблагодарить за вашу настойчивость и выразить мое согласие общаться с Вами по электронной почте. Может быть, Вам имеет смысл рассказать о себе немного больше? И я с радостью также отвечу на Ваши вопросы.
И конечно же, я жду Вашу фотографию.
Мой пятилетний сын Дима – непростой персонаж. Он открыт жизни и любопытен, как и все дети его возраста. Независимый, веселый, чувствительный. Довольно часто он говорит: "Я сделаю все это сам". Конечно, он задает много вопросов, на которые у меня не всегда есть ответы. Он ходит в частную школу, занимается китайской живописью с педагогом по каллиграфии в чайном клубе. Его страсть к самолетам выражается в бесконечных рисунках всевозможных моделей. Мы ходим в бассейн, на выставки, в музеи, и оба обожаем классическую музыку. Это все, что я хотела рассказать пока о сыне.
Кто я? Вопрос, на который нелегко ответить тому, о котором мы еще ничего не знаем. Но я попробую.
Больше всего в жизни я ценю честность в отношениях между людьми. Моя цель – найти человека, с кем я могу построить счастливую семью, где есть место каждому в этой соборности: супругам, детям… всем тем, кто представляет собой реальную жизнь дома.
Для того, чтобы у Вас не сложился двухмерный образ меня, и для придания юмора моему письму, я расскажу смешную историю, которая меня немало позабавила.
Кто-то спросил женщину, что это такое – женское счастье.
– Счастье заключается в том, чтобы иметь мужа, – был ее ответ.
– А несчастье? – прозвучал второй вопрос.
Дама задумалась и после некоторой паузы ответила:
– Несчастье – это иметь такое счастье!
Ну, это для смеха. Я пытаюсь воссоздать свой образ по моей манере общения. А уж Вам судить, удается мне это или нет.
В любом случае, я не хочу оказаться в ситуации этой бедной женщины.
Одиночество вдвоем – ужасная вещь. Без сомнения, мужчины и женщины – две разные планеты. Но главное – в единстве противоположностей, а не в их борьбе, в их оппозиции. Гармония – в единстве формы и содержания. Но главное – любовь.
Любовь и свобода, на мой взгляд, аналогичные понятия. Полет двоих в любви к свободе возможен, если каждый в этом союзе понимает свою глубинную сущность – быть мужчиной и быть женщиной.
В ожидании вашего ответа.
Марина».
***
Марина с сыном прогуливается среди картин Марка Шагала, привезенных из музея Ниццы. Выставка организована в Пушкинском музее. Пока Марина созерцает одну из версий мастера – «Летящие над городом», Дмитрию удаётся улизнуть в греческий зал и фотографировать части античных божеств, те, что ниже пояса.
«Летящие над городом» воплощают трудный, но благословенный полет. Он был возможен благодаря духовным глазам Бэллы, смотрящим вперед сквозь завесу вечности. Ее взгляд освещал дорогу. Марк всю свою жизнь нес ее на руках. «Мужчина делает, как женщина думает», – отозвалось у Марины в сердце.