Чтение онлайн

Впрочем, ему не первый раз проповедовать о женщинах, и каждая его прежняя проповедь приносила успех, особенно в Галилее. Вот он и определил себе повторить те проповеди и здесь, начав с Евы.

— В «Бытие» сказано, что обвинена созданная из ребра Адама жена ему в грехопадении, наказание за которое — изгнание из рая. Разгневаться бы Адаму, оттолкнуть от себя толкнувшую на греховный путь, так нет: Адам не только безропотно покорился воле Всевышнего, лишь бы не расставаться с женой своей, но он нарек ее великим именем — Ева. Жизнь. Почему?

Он не стал говорить о непоследовательности Творца Всего Сущего в заповеди его с сотворенным по образу и подобию своему для того, чтобы жили они и плодились, но забывшему указать пути размножения, не стал Иисус повторять и то, что проповедовал в Галилее: женщина, понявшая свою роль в исполнении Заповеди Творца, смело исправила забывчивость Творца — он заговорил лишь о словах Бога, обращенных к женщине, когда изгонял он сотворенных им из рая:

— Так сказал Господь Бог наш: в болезни будешь рожать детей… Но разве без детей мог бы на земле появиться народ. Оттого и нарек Адам жену свою Жизнью, ибо она стела матерью всех живущих. Так от сотворения и до дня нынешнего: женщина, жена — есть мать, давшая жизнь, потому святая.

Впервые за многие сотни лет здесь, вдали от Земли обетованной, звучали такие слова, вот и затихла синагога, боясь пошевелиться или даже громко дыхнуть. Одни недоумевали, отчего Мессия выступает против привычного: жена да убоится мужа своего; у других открывались глаза, и после проповеди они станут иначе относиться к женам своим, как матерям, но не было никого, кто готов был бы вступить в полемику с Иисусом, даже из перворядных, которые там, в Галилее, всегда высказывали недовольство подобным проповедям, задавали каверзные, как им казалось, вопросы, но всякий раз оказывались посрамленными. Иисус и сейчас ждал либо вопросов, либо прямого опровержения, тогда он мог бы своими остроумными ответами поставить несогласных с ним по меньшей мере в смешное положение, что более впечатляет, чем простой монолог, однако, никто не задавал вопросов, никто не перечил, и оставалось Иисусу одно: вплетать в монолог притчи, которые тоже хорошо воспринимаются слушающими.

Он добился успеха. У выхода из синагоги его встречала толпа женщин низким поклоном.

— Спасибо, равви! Спасибо, Мессия!

Они провожали его до самого дома. Мария шла рядом с ним, гордясь тем, что он, Великий, ее муж, ее возлюбленный.

После той проповеди антресоли были всегда полны, а Иисус в каждом своем добавлении к прочитанному из Священного Писания, находил добрые слова о женщинах, игравших заметную роль в жизни своего народа. О Саре говорил, о Ревекке, о Есфири, о прочих знаменитых, слава и дела которых имели великий авторитет у соплеменников.

Субботы сменялись субботами, Иисус уже не во всех из них брал на себя чтение установленного из Священного Писания, да и в обмене мнениями о прочитанном, в мидраше, не всегда говорил свое слово — главную скрипку играли поочередно то гаццан, то председатель синагоги, то Самуил, все более и более радующий Иисуса своими умными репликами, в которых виделось глубокое осмысление основополагающих Заветов Господа.

Не каждый раз ходила в синагогу и Мария, по положению своему, но когда читал и вел мидраш сам Иисус, ничто не могло удержать ее дома. Вот и на этот раз она пошла, хотя Иисус, да и Соня с Иоанном уговаривали ее не рисковать.

Читать было установлено о помазании Давида на царство мужами из дома Иудина, о борьбе Давида с домом Сауловым, захватившим царство над Галаадом, Ашуром, Изреелем, Ефремом, Вениамином — над всем Израилем, и о победе Давида в той долгой борьбе. И как раз в тот момент, когда Иисус читал об обращении Авенира к старейшинам Израиля, чтобы те называли Давида царем над ними, говоря словами Господа: руками раба Моего Давида Я спасу народ Мой Израиля от руки филистимлян, и от руки всех врагов его — Мария сдавленно простонала. Она терпела до предела своего, но все же не могла больше сдерживаться.

Иисус услышал ее стон, в его голове пронеслось тревожно-радостное:

«Началось, слава Господу!»

Увидел он, как увели Марию, ему захотелось бросить все и бежать следом, но он продолжал читать, не сделав даже паузы.

Оставался Иисус в синагоге до конца обсуждения прочитанного, а когда вышел, его уже встретила Соня.

— Радуйся, Мессия. У тебя сын.

— Благословен Отец Небесный. По его воле родился посвященный ему тогда, когда читал я слово о Давиде. В этом — знак Божий! И я нарекаю сына своего Давидом. И будет он под дланью Господа Бога нашего.

Иисуса принялись все поздравлять.

Потянулись годы. Однообразные, хотя битком забитые проповедями в синагогах, беседами и диспутами в храмах многобожников, которые Иисус не обходил стороной и в которых к нему уже стали привыкать, разговоры вели с ним откровенные, поражаясь его мудростью и рассудительностью, ибо он с годами обретал все больший опыт проповедования своих идей о Царстве Божьем на земле для всех, о свободе, равенстве и братстве, и добился главного, его слово стало авторитетным и для соплеменников, и для кашмирцев.

Диспуты, которые он навязывал жрецам в первые годы, теперь стали лишними, ибо в победах своих в тех диспутах он основательно сбил спесь со жрецов, и те без восторга, конечно, но склонили перед Великим Мудрым свои головы.

Постоянными спутниками в его походах от общины к общине, от монастыря к монастырю были Самуил и Ицхак. Они не безмолвствовали на диспутах, Иисус даже доверял им читать в синагогах определенное из Священного Писания и высказывать свои мнения о прочитанном, давать советы нравственного порядка, исподволь проповедовать его, Иисуса, идеи о Царстве Божьем на земле для всех — авторитет их тоже рос, и вот Иисус позволил им самостоятельно крестить желающих порвать с многобожеством. Это им удавалось блестяще.

Добавлялось у Иисуса и домашних забот, хотя Мария всячески ограждала мужа своего от бытовых проблем, но она родила второго сына, и что-то Иисусу приходилось брать на себя. Имя второму сыну дали Нимрод — сильный зверолов перед Господом. Следом родились дочери, чуть не погодки: Сара и Ревекка. Тоже имена, данные со значением. Станут они родоначальницами многочисленного потомства Иисусова, потомства знатного, как предопределено Господом.

Вроде бы можно благодарить Отца Небесного за все то поистине неоценимое, что сделал он для Сына своего, Иисус, однако, все настойчивой и настойчивей молил Господа, чтобы благословил он приход апостола Фомы. Молил вопреки тому, что проповедовал людям и во что верил сам; не проси ничего от Господа, ибо знает он мысли твои и твои желания, лишь славь его и он воздаст по заслугам твоим. Но у него самого терпение иссякло, и он переступил через свою веру, ибо до сего дня ни одной вести из Израиля он не получил, хотя уже несколько караванов сходило и в Дамаск, и на берег моря через Галилею, мимо Капернаума.

Конечно, можно было напомнить наставнику в Нусайбине или даже Главе Сарманских братьев о их обещании, но разве откроешься перед кем-либо из купцов, хотя и хорошо знаемых? Только Самуил прикоснулся к его тайне, да и то знает он только то, что знает. Но он, похоже, не собирается идти с караваном — прибыли от торговли целительной мазью ему вполне хватает на безбедную жизнь, да и старый капитал у него еще сохранился в большей своей части.

Но как быть? Как поторопить приезд апостола Фомы?