Чтение онлайн

Уже в машине, Крыс сел между братьями, опасаясь, что у Генки сдадут нервы, однако тот лишь прошептал:

– Спасибо.

– Говорить правду, валить на меня, суть не выдавать, - тихо скомандовал Крыс. Все лишь кивнули, Чегодаев покосился, но смолчал.

Когда их доставили по адресу, то близнецов с Крысом отвели в отдельную комнату и оставили под надзором двоих в штатском.

– А остальные ребята? Там несовершеннолетний, - обеспокоено спросил Крыс, пытаясь играть роль ботана-преподавателя.

– Раньше надо было думать, - лишь бросил через плечо капитан Безруков и ушел.

– И что дальше?
– спросил тихо Димка.

– Игры с государством опасны, поэтому вы ничего не знали, все равно доказательств нет. Ты уверен, что Таня справится?

– Я ей записку передал, чтобы отцу позвонила. А вы?

– А тут только двое знают.

– Прослушки не боитесь?
– буркнул Генка, следя за охраной.

– Неа, - улыбнулся Крыс, - глушилки разных размеров бывают.

Словно в подтверждении слов дверь открылась. Однако Крыс предпочел, чтобы вошел кто угодно, чем появившийся полковник.

– Дядя Володя, - выдохнули тихо близнецы.

"Кранты, - подумал Крыс, - теперь Ребенка точно не доверит".

– Ребят сам расспрашивай, а этим я сам займусь, - после непродолжительной паузы решил Володька и представился, - полковник Соловьев. Ну пойдем, Кленовичев, поговорим.

– Правду, - одними губами повторил Крыс и вышел в сопровождении стражи из кабинета.

В кабинете Соловьев лишь кивнул на стул, Крыс послушно сел.

– Снаружи подождите, - бросил Володька, буравя глазами кума.

– Но он же, - один из конвоя замялся...

– Снаружи, - отрезал полковник.

Дверь закрылась.

– Ну рассказывай, Серега, как дело было. Допрыгался? И мальчишек впутал, и сам попался. Ладно, остальных в грош не ставишь, а девочек своих?

– Девочек не трожь, они в безопасности.

– А на хрена им твоя безопасность, если тебя не будет? Я, твою мать, о чем просил?! Ты хоть понимаешь, кто вами заинтересовался?

– Догадываюсь.

– Ни хрена ты не догадываешься, - вспылил Соловьев, не повышая голос, - государство еще спит, а те люди имеют большое влияние. Серег, я уже замудохался тебя отмазывать. У нас тоже появляются спецы, может и не такие крутые как ты, однако им уже удается тебя отследить.

– Пусть поймают, - усмехнулся Крыс, - Володь, кто охотится? Ты куда влез?

– Я в дерьме уже давно, а ты, блин, должен был сидеть и не высовываться. В отличие от твоих, у меня некому больше доверить семью.

– У Мариши родители есть, - осторожно напомнил Крыс.

– Они не признают внучку и от дочери отказались. Я детдомовский, а там жеж академики, интеллигенты хреновые.

– Понятно.

– Да ни хрена тебе непонятно, иначе бы не лез на рожон.

Ответить Крыс не успел, как влетевший в кабинет Голицын-старший подхватил его за грудки и размазал по стенке:

– Прибью гада!

Ворвавшийся следом конвой растерянно замер.

– Сашк, остынь. Все свободны, - прогремел Соловьев.

– Да он!

– Остынь, я сказал. Сели оба, - Володька выгнал посторонних и махнул другу на другой стул, - спектакль удался, продолжим конструктивный разговор.

– Голицын, ты рехнулся, - буркнул Крыс, осматривая порванный воротник, - сам зашивать будешь.

– Да пошел ты, - отмахнулся Голицын.

– Сам иди.

– Заткнитесь, - Соловьев со всем размаху ударил по столу ладонью.

Крыс примиряюще поднял руки и замолчал.

– Ну что там?
– спросил Володька у Сашки.

– Безруков язык проглотил, когда я запись послушал, сам ошалел. Слишком много терминов непонятных, а когда их просят объяснить, они еще больше все запутывают. То ли издеваются, то ли действительно очень научная деятельность.

Особисты покосились на хакера.

– Второе, - ответил Крыс.

– А тогда деньги откуда и земля?

– Ребята подрабатывали с первого курса, да и я репетиторствовал много и упорно. Плюс неплохо сыграли на курсе доллара.

– И на этом сколотили миллионы? Стареешь, хакер, придумай что-нибудь лучше - Голицын напряженно следил за Крысом.

– Ну почему, это твои батрачат лишь около шести лет. У меня стаж побольше. Я холостой, деньги некуда тратить, мне ж много не надо.

– Я прослушал официальную версию, а теперь жду правду, - Голицын перегнулся через стол. Володька тихо наблюдал за перепалкой.

– Правду? Скажи мне, Сашка, как Таня?

– Можно подумать, тебя интересует ее состояние.

– Меня интересует и Генку с Димкой. У девчонки нервы на пределе.

– Дома с Катей. Она так сильно отравилась, что ее рвало.

– Голицын, эта девчонка мне никто, а тебе она жена сына. Но даже я знаю, что когда Таня сильно нервничает, то ее тошнит. А с учетом особенностей лечения, добавилась побочка от лекарств. Ее все в команде оберегают, а ты наверняка Генку даже не успокоил. И после этого ты на меня наезжаешь, отец?

Голицын посмурнел, а Володька по внутреннему вызвал лейтенанта:

– Приведи Голицына Геннадия.

Бледный молодой человек перешагнул порог и слегка вздрогнул, когда закрылась дверь.

– Что с Таней?
– он не сводил взгляда с наставника, словно его спрашивал.

– Она с мамой, ее уложили спать после лекарств, - тихо ответил отец

– Ей нельзя успокоительные, тем более если опять тошнит, - парень был спокоен и настроен решительно.

– Мы позвонили врачу, он сказал какие.

– Хорошо. Я могу идти? Там Димка один.

– Я могу поговорить с аспирантом?
– вмешался Крыс, следя за Голицынами.

Соловьев кивнул, и Крыс с близнецом отошел в угол. Оглядываясь на полковников, Крыс тихо спросил: