Чтение онлайн

Марина не стала возражать и с удовольствием улизнула в свой отдел. Ее сотрудники действительно звонили уже несколько раз, узнавали, когда она вернется.

— Как тут у вас? — наигранно бодро спросила Марина, влетев в конструкторские чертоги.

— Ничего хорошего, — призналась технолог. — Присланные карточки разработаны для поточного швейного производства, а у нас индивидуальное, значит, технологические карты придется переделывать. И это дело не одного дня.

После технолога свои соображения высказали дизайнеры, швея-закройщица и лаборант. Переговорила Марина с мастерами швейного и раскройного цеха, а к концу дня со всеми собранными сведениями явилась к временному руководителю.

— Надеюсь, ваш совместный осмотр завершился благополучно, — улыбнулась Изольда Борисовна. — Платон Андреевич остался доволен? Новых претензий и замечаний не было?

«И это все, что ее волнует?» — с досадой подумала Марина.

— После визитов с рассказом о сокращении работники встретили нас отрицательно, сотрудничать не захотели. В коллективе теперь нарастает напряжение.

— Это неизбежно, кто-то всегда будет недоволен. А что сказал по этому поводу Платон Андреевич?

— Поддержал вас, — холодно ответила Марина.

Временный руководитель удовлетворенно кивнула и спросила:

— Но вы ведь пришли ко мне не поэтому?

— Я по поводу материалов, присланных из головного офиса. Мы не сможем завтра запустить новые модели в производство. Не сможем и в ближайшие дни. Хорошо, если нам удастся это сделать через месяц.

— Почему? — нахмурилась Изольда Борисовна.

— Во-первых, нам не подходят технологические карты, они разработаны под другой принцип швейного процесса. Во-вторых, мы давно отказались от использования подкладочной ткани для изготовления карманов при такой разновидности спецодежды. У нас на складе нет подкладочной ткани в нужном количестве. Теперь о плане: мы не уложимся в такие сжатые сроки. Для нас нереально изготовить крупную партию так быстро. Даже если бы мы не запускали изделия в качестве новых моделей, мы бы все равно не уложились. Кроме того, у нас нет на складе той разновидности фурнитуры, что требует комплектация предлагаемых моделей. Мы обычно работаем с другими наименованиями. Да и некоторые технические решения относятся к уже устаревшим. Мы так давно не делаем. Например, — и Марина разложила перед Изольдой Борисовной принесенные чертежи.

Некоторое время Изольда Борисовна внимательно слушала жаркие возражения Марины, а когда терпение подошло к концу, заговорила сама:

— Вижу, вы еще не поняли, что принцип работы после вхождения в нашу семью полностью поменялся. Вы больше не принимаете самостоятельных решений, не разрабатываете модели, карты и программы. Вы теперь работаете с тем, что дает вам головной офис. Его указания не обсуждаются. Вы можете давать свои предложения, можете попытаться согласовать некоторые изменения в материалах и фурнитуре, но не более. И совершенно точно вы не можете настаивать на уменьшении плана выработки. Ваша задача — выполнить план, создать условия и в кратчайшие сроки запустить производство. В противном случае считается, что мы с вами не справились. Надеюсь, вы поймете ситуацию и не станете доводить до крайностей. Если чего-то не хватаете в плане материалов, подавайте заявки через отдел материального обеспечения. Они включатся в общий список закупок, проведут отбор и торги, и в итоге вы получите то, что заказывали. Теперь все будет работать именно так.

— Так мы не уложимся в сроки, — заметила Марина.

— Должны.

— Выводить людей на переработку?

— Ни в коем случае. В нашей семье сверхурочная работа не одобряется. Тем более, что это ведет к увеличению расходов на заработную плату, а значит, к уменьшению прибыли за готовые изделия.

— И что же нам делать?

— Стараться уложиться во все сроки.

— Это невозможно.

— А вот такие слова, Мариночка, вам придется забыть, если вы рассчитываете на повышение.

Коллектив конструкторского отдела задержался на рабочих местах в ожидании возвращения своего руководителя. Сотрудники надеялись получить ответы, но им принесли только подтверждение требований.

— Придется как-то выкручиваться, — подвела итог Марина.

Новый этап злоключений начался с того, что главный бухгалтер и начальник отдела материального обеспечения отказались добровольно увольняться. Пространные увещевания Изольды Борисовны на них не подействовали.

— Я доложу в головной офис, — пригрозила временный руководитель.

Через несколько дней на предприятие явился целый отряд аудиторов, и началась пристрастная проверка бухгалтерии и системы закупок. Обстановка в когда-то тихой организации накалилась. Сотрудники недоверчиво косились друг на друга, а совместная работа подразделений разладилась.

Марина и ее подчиненные старались держаться от этих дрязг в стороне. На них и без того лежала серьезная задача влиться в общую структуру производства. Конструкторы пошли по пути продавливания своих решений и интересов. Каждую мелочь приходилось отстаивать и согласовывать с боем, писать многостраничные служебные записки, обосновывая, почему нужно изменить регламенты и сделать послабления для маленького нового подразделения.

Так в напряженной борьбе промчались две недели, но ни одно новое изделие не было пошито.

Менеджер по оптимизации закончил своей отчет и представил руководству. Для женской части коллектива, уставшей от склок и тревог, сам Платон Андреевич стал любимым объектом обсуждений. Любопытные успели насчитать в его гардеробе пять прекрасно сшитых костюмов разных оттенков, около десятка рубашек и галстуков.

— Это с какими же чемоданами он приехал в командировку? — качали головами озадаченные дамы и барышни.

Вызывал оживленные споры вопрос о том, по какому принципу педантичный Платон Андреевич выбирает, что сегодня надеть. Озвучивали предположения, что выбор костюма зависит от дня недели, по другой версии — главную роль играло настроение, но немало высказывалось мнений, что задают тон планы на день.

— Вы серьезно? — вздыхала Марина, когда и ее пытались втянуть в дискуссию по поводу гардероба менеджера по оптимизации. — Неужели больше нечего обсуждать? У нас все сроки горят, а вы…

— Но у него всегда такой подтянутый вид.

— Для мужчин в наше время это большая редкость.

— Да и он хорошо в них выглядит.

— Очень даже хорошо.

— Потому что костюмы хорошие, — с чувством добавила Антонина Ивановна. — И ведь так и не сказал, чье производство. Скрывает.

— Вот только и есть в нем хорошего, что костюмы, — недовольно бросила Марина, стремясь закончить обсуждение персоны, которая ее раздражала.

— Так ведь главное, чтобы костюмчик сидел! — игриво пропела Антонина Ивановна.

— Давайте сосредоточимся на работе, — попросила Марина.

Проверки продолжали сотрясать подразделение, а по коридорам и кабинетам поползли слухи, что нарушения нашлись, причем настолько серьезные, что уже попахивает уголовной ответственностью.

— Неужели, это правда? — с тревогой прошивали у Марины сотрудники конструкторского отдела после каждой планерки.

— Марина Всеволодовна, что там говорят? Что слышно? — аккуратно спрашивали работники других подразделений, почему-то считая, что она знает больше других.

У кого стоило спрашивать самой Марине? На утренних совещаниях результаты проверок не обсуждали, Изольда Борисовна отделывалась общими фразами. Платон Андреевич на контакт не шел. Марина как-то попыталась узнать о заключении, которое тот составил о судьбе подразделения, на что услышала: