Чтение онлайн

На свежем утреннем воздухе Мыша и Коптера встретил призрак Никодим. Призрак, прибывая в хорошем настроении, даже спел куплетик про отважных туристов:

— В джунглях туристов поймали в плен: быть им рагу или пловом. Туристы всегда хотят перемен, хотя не всегда к ним готовы.

— Мы уже готовы к переменам. Правда, шеф! — заверил призрака Коптер и потянулся. — Рождённые ползать, расступитесь. Я взлетаю!

Птица, энергичными взмахами крыльев подняла пыль с земли и взлетела в небеса, чтобы осмотреться на предмет того, что делается на бренной земле: не подкрадывается ли кто-то дерзкий к их компании. С высоты было хорошо видно, как шеф готовится употребить на завтрак большой плод, а призрак говорит ему, как этот плод надо ловчее чистить и что в этом плоде съедобное. Вокруг ближайших зданий обстановка была тоже нормальная. В деревьях и переплетениях лиан щебетала всякая неразумная птичья сволочь, летали мошки и вкусные жуки. Коптер, между делом, стал охотиться на жуков. Резкое повышение параметра "Сила" требовало много калорий. Поэтому птице потребовались жуки на завтрак, а не обычные плоды. Хотя известны плоды, дающие временное усиление некоторых параметров. Интересно, в какую сторону команду сегодня поведёт шеф? Коптеру грабить понравилось. Правда, под ногами всякие крокодилы мешаются. Без крокодилов было бы лучше добывать блестящее.

Над полётом Коптера наблюдали с земли призрак и Мышь. Призрак и сам мог быстро летать, но на скоростной полёт расходовались силы, которых у него было не очень много. Зато, только один удачный поход с молодым шефом принёс призраку увеличение силы в три раза, что радовало. Коптеру тоже повезло: хорошо усилился — вон, как быстро летает. Прямо не птица, наш Коптер, а настоящий дракон.

Глядя, на кометой проносящегося в воздухе Коптера, призрак придумал очередной куплетик:

— Наш Коптер с тигром в джунглях столкнулся. Домой он в тигровой шкуре вернулся.

— Ага, — поддакнул Матвей. — Ему совсем цены бы не было, если бы ещё и сапоги научился делать из крокодилов.

— Кстати о птичках и сапогах, шеф, — напомнил призрак. — А куда мы пойдём после завтрака? Есть идеи?

— Ну, какие у меня могут быть идеи? Гениальные. В твоих глазах, уважаемый Никодим, я читаю ещё один завуалированный вопрос. А не бросим ли мы такое увлекательное занятие, как грабёж? Сообщаю, пока у нас будет, куда складывать трофеи, мы не угомонимся, и будем грабить!

При слове "грабить" Никодим заулыбался, эта тема ему начинала нравиться.

— А пойдём мы по краешку древнего города. С одной стороны будем любоваться руинами, с другой прекрасной зеленой хренью! Если в городе появятся сильные монстры — бежим в джунгли, если из джунглей вылезет что-то огромное, то укрываемся в городе. Собственно, тянуть кота за причиндалы не будем, можем уже смело идти. У нас всё получится. И мы почувствуем моральное и материальное удовлетворение. Если, конечно, пойдем по правильному пути, а не по кривой дорожке.

И пошли они смело: вернее, пошёл один Мышь, призрак полетел рядом, а Коптер метался в вышине.

— Ты там аккуратней летай, — посоветовал Коптеру Мышь. — Здесь такие огромные твари летают, жуть как страшно.

Это несколько умерило пыл отважной птицы, которая вдруг с чего-то решила, что именно она здесь самая сильная. Вскоре, Коптер принёс весть, что за вон теми большими деревьями стоит огромный дворец, который мечтает, чтобы его ограбили отважные путешественники. Мышь как-то сомневался, что они тут первые грабители, значит, большой дворец, к гадалке не ходи, кто-нибудь уже посещал с недобрыми намерениями. Поэтому его компания, посетив этот дворец, может вытянуть пустышку и только время потеряет. А время — это артефакты, большинство из которых совершенно непонятного назначения, но, надеемся, что ценные.

— Так когда, ты говоришь, были построены эти сооружения? — поинтересовался игрок у призрака.

— То, никому не ведомо. Только мой дед ещё говорил, что это было в седой древности, когда свирепые дикари ели сало, когда Земля и Свет только-только отделились от Мрака, когда по свету бродили огромные динозавры и другие чудовища, вскоре истребленные нашими славными предками.

Миновать этот большой дворец, как это здание назвал Коптер, не получилось — всё равно, шли мимо. Честно говоря, здание заинтересовало Мыша совсем с другого бока. Если это и был дворец, то, скорее всего, это был дворец науки, вернее, храм науки. Именно такое впечатление производило это величественное здание, вместе с тем нарочито просто украшенное. Оно больше походило на древнегреческие здания: высокие колонны Дорического ордера, фронтоны, массивные ступени. Оно хорошо сохранилось, хотя джунгли уже стали подбираться и к нему, но очень уж оно было массивным.

Мышь, стоя в ста метрах от храма, залюбовался им. Он вспомнил, что у него есть функция фотографирования, поэтому полез в настройки, разобрался, как делать скрин-шоты и запечатлел здание на память.

— Красота-то какая, прямо бамбарбия кергуду, — восторженно произнёс он.

Это была его ошибка. Как только он произнёс такую опрометчивую фразу, как раздался неимоверной силы ба-бах. Всё затряслось, даже земля заходила ходуном. Мышь, от испуга даже присел. Никодим в ужасе отшатнулся, а перепуганный Коптер прилетел в руки человеку, где ему было не так страшно от разгула стихии. Величественному зданию тоже досталось: точнее ему пришёл кирдык. Звуковые волны очень уж сильно расшатали его конструкции, часть из которых не выдержала такого обращения и обрушилась. Медленно рушились величественные колоны, падали вниз перекрытия и стены, от здания осталось только половина, что была, до того как пришли путешественники. А до оцепеневших путешественников уже долетела пыль от обрушившихся конструкций. Теперь Мышь и Коптер стояли все в пыли, одному призраку была безразлична пыль, но он всё ещё испуганно таращил глаза на обрушившееся на глазах здание.

— Зацените натюрморт! Наверное, землетрясение, братцы, случилось, — предположил Мышь, отряхивая себя от пыли. — Хорошо, что мы не пошли в это здание, а то бы придавило.

— Нет, шеф, — огорчил его Никодим. — Не надо было бросаться такими сильными заклинаниями.

— Да, ну, — возразил ему Мышь. — Откуда мне знать заклинания. Просто этот домишко был уже очень старенький, вот и не выдержал лёгкого землетрясения, и немножко развалился. Ну, как у вас дела?

— Полные штаны восторга, — хором ответили подчинённые. — Вот же сраный кальмар.

Он не стал уточнять, что "немножко" это половина здания, и что у игрока вдруг обнулилась вся магия, даже та, что была в хранилище, и та исчезла, а он уже в хранилище слил приличное количество пунктов магии. Накопил на чёрный день, называется.

Призрак как-то странно посмотрел на человека.

— Да, точно, — кивнув коллегам, сделал вывод Мышь. — Оно само развалилось, от старости. Хлипенько раньше строили, не то, что сейчас.

Раз шеф считает, что само, значит — само, о чём спор. Подчинённые восприняли это вполне нормально. Только Никодим бубнил, что всё-таки с неизвестными заклинаниями надо завязывать, ибо чревато и народ может не понять такого авангардизма. Могут возникнуть трагические недопонимания.

Ага, так всегда бывает, когда всё неожиданно просто, появляется какое-нибудь эпичное препятствие.

Любопытного игрока всё-таки потянуло осмотреть руины. Хоть он и отбрасывал мысль, что это он виноват, что так само как-то получилось, но червячок сомнения грыз его душу. Червячка Мышь решил запинать ногами, чтобы не лез в душу. Своим товарищам он не стал говорить, что пришло сообщение от системы. Совершенно дурацкое сообщение, явно к нему не относящееся. Там было сказано, что грехи можно замолить и бла-бла-бла, короче, опять давай деньги. Какие такие деньги, тут ходишь, понимаешь, босым, а богам деньги давай. Так скоро последние казённые штаны снимут. Кстати, о штанах. Если обуви совсем кирдык пришёл, то штанам он придёт скоро: дырка на дырке, а сквозь дырки видно его пролетарское происхождение.

Из чувства сожаления о рухнувшем здании, Мышь повёл свой коллектив посмотреть хоть руины, оставшиеся от него. Катастрофа нанесла невосполнимый вред зданию: половина его обратилась в пыльные груды строительного мусора. Видно было на некоторых фрагментах, что на стенах когда-то были великолепные фрески и мозаичные картины, а теперь половина из них превратилась в мусор. Внутри стояли статуи на постаментах: часть из них была повалена и разбилась, при этом постаменты, когда падали, то варварски выворачивали ближайшие к ним плиты пола.