Игра лжецов
Шрифт:
– Твоё сравнение почти не имеет смысла. Сто неадекватов – это уже слишком много.
– Твои формулы не имеют смысла вот тут, – беззлобно огрызнулся Мэтт, указывая на экран её ноутбука. – Смотри, я покажу, как.
Он сидел совсем близко, положив одну руку на спинку стула Аниты. От него не пахло никаким одеколоном, только чистым телом, стиральным порошком и немного – дешевым дезодорантом. Анита всё ещё с подозрением относилась к его «братьям» и тому, как Мэтт их защищал, с какой восторженной любовью говорил о Дельта Омикрон Пи.
Но Аните нравилось, как щедр Мэтт на улыбки и ласку. Как откровенна его симпатия. Как он отличался от всех мужчин, с которыми Анита привыкла общаться.
И больше всего Аниту привлекало, что Мэтт считал её обычной, хоть и очень богатой, студенткой. Девчонкой, которая скорее всего завалит вводный курс по алгебре. И Аните настолько по душе оказалась эта иллюзия, что она сама подумывала сама позвать Мэтта провести вместе время – может быть, даже официально назвать это свиданием.
Однако чтобы сохранить иллюзию приходилось прикладывать усилия. Например, гигантским списком «семейных» задач Анита могла заниматься только за закрытыми дверями общежития. Папочка предпочитал возлагать на неё ответственность за бизнес-решения, особенно когда речь шла об официальных, законных делах. Это были полезные деньги, но дон Каваллонне никогда не интересовался их сетью отелей или выкупленными (по подозрительно низкой цене) домами и целыми кварталами в Бруклине, рекламными и страховыми компаниями, где семья приобрела контрольный пакет акций. И уж тем более он передал все бразды правления косметической компанией – её купили и подарили Аните на совершеннолетие, со словами, мол, «теперь твоя любимая тушь, о которой ты ноешь постоянно, не пропадёт с магазинов». Папочка часто её баловал.
Конечно, Аните помогали доверенные люди – руководители отделов, исполнительные директора. Компании не требовалось поднимать на ноги, только проверять, что старый поезд и дальше спокойно едет по проложенным рельсам. Но иногда Анита должна была дать официальное согласие или отказ на какое-либо предложение. На новые продукты, стратегию развития, полностью новое направление. Вот и сейчас она проводила поздние вечера сидя на кровати с ромашковым чаем в термосе и листая многостраничный отчёт о том, почему в «Пульсе» считают нужным перейти на ИИ-художников, сократив штат почти в треть.
Так что Анита была немного занята. Отложила идею с массовым убийством.
А потом в пять утра, отправляясь на пробежку, она заметила одного ублюдка из Дельта Омикрон Пи. Тот выходил из чьей-то комнаты крадучись и оглядываясь, как вор. Анита, ступая бесшумно, шла следом – следила, как высокий блондин пробрался по пустому коридору к запасному выходу из общежития.
Из-за двери, откуда он вышел, раздавался истошный девичий плач. Не похоже на закончившееся свидание.
Возможно, хороший человек зашёл бы в комнату. Спросил, что случилось, попытался помочь. Но Анита Каваллонне, несмотря на создаваемую иллюзию, не была хорошим человеком. Она чувствовала только злость, усталость, думала о своих проблемах.
И решила просто разобраться с этим так, как привыкла.
«Риспост» считалось агентством, где решат все ваши вопросы. Наёмные убийцы редко работали в группах, но организоваться во что-то вроде синдиката с единым менеджментом для упрощения связи с клиентами? Такое происходило сплошь и рядом.
На западном побережье с «Риспостом» сравниться не мог никто. Причём попасть в клиентскую базу могли только свои – надо было знать восемь кодовых фраз, отправить их в правильной последовательности.
Анита всё это помнила наизусть. Некоторые члены нью-йоркской мафии из «старой гвардии» считали ниже себя связываться с наёмниками – мол, доверять можно только членам семьи, а не продажным псам. Но вот папочка Аниты предпочитал практичный подход. «Риспост» уже несколько раз решало их проблемы.
«У меня необычный запрос», – написала Анита, когда ей скинули номер счёта для перевода аванса. – «Несколько видов грызунов сразу. И это публичное место. Нужно разобраться с крысами так, чтобы не доставить неудобства людям».
«Насколько публичное?».
«Студенческий городок Йеля».
На некоторое время в диалоге возникла тишина. Анита взяла во вторую руку свой телефон, чтобы полистать социальные сети.
«Неудивительно, что заказ переключили на меня. Здравствуйте. Я специалист, который вам нужен».
«Не сомневаюсь в этом. Я слышала только хорошие отзывы о вашей компании от своих близких», – напечатала Анита с улыбкой.
«А вот я пока могу дать только негативный фидбек. Нам нужно обсудить детали заказа лично».
Тут Анита нахмурилась.
«С чего бы? Мы всегда решали проблемы дистанционно».
Проблема была в деньгах? Анита использовала достаточно кодов, чтобы показать – она одна из бывших клиентов.
«Масштабная работа посреди одного из самых популярных университетов, что наверняка наделает много шума. Откуда мне знать, что это не подстава? Задание-самоубийство?».
Обычно в «Риспосте» не задавали так много вопросов. Не писали так откровенно, чтобы не оставить следы. И уж тем более не требовали личной встречи. Оспаривать решение клиента? Где это видано?
«Ваше агентство может потерять много клиентов, если я расскажу об этих сумасшедших вопросах. Вы исполнитель. Вам не нравится заказ? Попросите менеджера дать мне другого специалиста».
«Я единственный, кто может выполнить эту сумасшедшую работу. В этом ваша проблема. А моя проблема в том, что в Йеле учится и работает не так много людей, готовых выкинуть несколько миллионов долларов на зачистку от грызунов. И у них всех должно хватить мозгов, чтобы понять, насколько это плохая идея».
Анита чувствовала, как горят щёки от смеси возмущения и стыда. Кем бы не оказался этот наёмник – что он себе позволяет? Возможно, её план был не идеально продуман, но ради этого и нанимаются чёртовы киллеры. Хотела бы напрячься – сделала бы всё сама.
И что это значит, ей не хватало мозгов?
«Я всегда могу отдать свои деньги другим специалистам. Не собираюсь слушать ваше хамство».
«О, не нужно тут обижаться. Я не отказывался от заказа. Но чтобы обсудить все детали и взаимно обезопасить нас обоих от последствий такого дела нужно встретиться лично. Вы можете назначит место и время, чтобы чувствовать себя безопасно».
Это странно. Это опасно. Это может быть ловушка – кто знает, не федералы ли заслали подставного агента в «Риспост»? Заказ киллера такое же преступление, как и убийство.
Но, Господь свидетель, Анита хотела посмотреть этому – или этой – обнаглевшему ублюдку в глаза. Ей не хватало мозгов? Глупая идея?! Никто из Каваллонне никогда не терпел оскорблений, и она не станет.
Не давая себе времени на лишние размышления, Анита отправила адрес придорожного кафе на трассе I-95S, где обычно останавливались дальнобойщики и путешественники. Она знала людей, владеющих кафе, те помогли бы в случае засады.