Игра лжецов
Шрифт:
Лили попыталась поднять руки в универсальном «я сдаюсь»-жесте. Но Аниту было не остановить.
– Я просто отмечаю, если парни вокруг меня красивые и приятные для общения – это преступление?
Не совсем ложь и не совсем правда. Как и в случае Мэттом, Анита обращала внимание не столько на внешность, сколько на абсолютную бесполезность и безопасность этих парней. Они могли быть высокими и мускулистыми, возможно даже грубиянами, не понимавшими слово «нет». Но не один из них не был способен на те зверства, которые Анита видела из-за своих «дядюшек» и «братьев». Ни один из них не мог сравниться с её отцом.
Конечно, она уже общалась с другими «гражданскими» мужчинами – учёба в частной школе, закрытые вечеринки среди золотой молодёжи. Но в те времена отцу докладывали о каждом её движении, он выдавал Аните настоящие задания. Как себя вести, с кем общаться, что делать. Дон знал о каждом проступке и недостойном поведении. Поступление в Йель же стало инициативой Аниты. И никого кроме водителя и телохранителей Адрианно Каваллонне из другого штата, за пределом своей территории, найти не смог. Анита несколько раз проверила.
Только здесь, в университете, вдалеке от знакомого общества Анита начала встречать по-настоящему разных людей. Да, даже того строгого и принципиального ассистента профессора, который отказывался встречаться со студентками. Да, даже ласкового щеночка Мэттью.
И да, она действительно продолжала думать о грёбанном Франциске – не только как об исполнителе задания, но и как о странном, бесящем, красивом парне. Ему хотелось врезать покрепче за наглость и хамство, но… эти их препирательства были достаточно забавными.
И никто ещё не смотрел на неё с таким жаром во взгляде – будто хотел сожрать её целиком.
– Да всё я понимаю, – вернул Аниту в настоящее голос подруги. – Просто… будь осторожна, хорошо? Я поэтому и волнуюсь. Ты непривычная, и обращаешь внимание на каждого красивого и приятного, а это очень низкая планка.
Анита продолжила упрямо есть свою лапшу.
Завтра ей предстояло посетить три последние лекции перед выходными. В пятницу занятий не было. Алессандер планировал приехать вечером в четверг. Анита договорилась, что возьмет им кофе и круассаны в обмен на обещание поехать по длинной дороге, той, что идёт вдоль побережья. Два часа в приятной компании и с красивым видом, что может быть лучше?
А на выходных Франциск должен был прийти на вечеринку Дельта Омикрон Пи, проследить, чтобы Льюис, Кристофер, Эван, Ник и Рой напились до беспамятства, и отвезти на другую локацию, где никто не услышит их криков.
И всё – Анита сможет расслабиться, подумать больше о том, ждёт она свидания с Мэттом или нет, исправить свои оценки, может, наконец-то сходит на какую-нибудь вечеринку. Наверняка «популярнейшее» братство будет занято другими делами и не станет мешать нормальным людям.
«Твой отец и не подозревает, что ты задумала, да?» – пришло последнее сообщение от Алессандра.
«Нет, и так всё и должно оставаться».
Глава 4. Донна Каваллонне
Большой особняк в стиле Позолоченного века стоял в самом центре спокойного, защищённого и безопасного района Бруклина, напротив Проспект-парка. Несколько лет назад этот особняк выкупили у оскароносной актрисы. С тех пор немногое изменилось – разве что цвет штор в больших французских окнах да высота забора вокруг заднего дворика.
Адрианно Каваллонне не хотел жить в гигантском загородном поместье. Нет, он любил поддерживать репутацию – быть ближе к своим людям, к своим делам, находиться в центре жизни на своей территории. Но правила для его семьи при этом звучали кардинально противоположно. Чтобы не нарушать размеренную жизнь спального района и не привлекать излишнего внимания, Адрианно оставил вхожими в свой дом лишь пару доверенных людей. Капореджиме решали все дела как раз в загородном поместье, встречи организовывались там же, заключались сделки. Толстые каменные стены и отсутствие посторонних на пару километров вокруг делало поместье намного более удобной базой.
Но здесь, за тяжелыми дубовыми дверями? Здесь Адрианно Каваллонне предпочитал встречать свою дочь с распростёртыми объятиями и расспрашивать её об успехах в университете.
– Всё хорошо, папочка, – послушно отчитывалась Анита, отдавая горничной сумку с вещами. – Есть проблемы, но я всё исправлю.
– Меня не волнуют твои оценки, – с сильным итальянским акцентом спорил Адрианно. – Я хочу знать, что у тебя всё спокойно, нет лишнего стресса – стресса, да, правильное слово. Мне нужно, чтобы ты свои силы посвящала важным делам, пиккола 7 .
7
Piccola – в переводе с итальянского «малышка».
Анита очень походила на своего отца – оба высокие, со светлыми волосами. Правда почти все виски Адрианно уже покрывала седина. Он начинал отвоёвывать своё королевство молодым, а вот получение звания отца оставил на потом.
Седина стала едва ли не единственным признаком истинного возраста дона Каваллонне. Адрианно даже в свои годы оставался внушительным, здоровым и сильным мужчиной. Он мало пил, не курил и никогда даже не притрагивался к наркотикам. Берёг тело и здоровье – ведь от них зависели его ум и его сила.
Анита прошла по полированному паркету следом за отцом в одну из обеденных комнат. Здесь, за длинным столом, он предпочитал решать не дела, а простые семейные вопросы.
– У нас есть планы на этот уикенд, вот над чем ты должна стараться, а не над этим глупым, никому не нужным американским дипломом, – ворчал Адрианно, устраиваясь в кресле перед своим драгоценным ежедневником в кожаной обложке и чашкой кофе. – Нас пригласил к себе на вечер дон Луккезе. Вечер для своих, конечно же, но там обещает быть парочка важных людей – из министерства юстиций, из торговой палаты, вроде бы даже один сенатор…
– Нас позвали в большую лигу? Ты же вроде не хотел иметь с ними ничего общего?
– Мне не нужен твой сарказм, пиккола, – Адрианно поднял взгляд, и Анита тут же замолчала, аккуратно взяв в руки собственную чашку с обжигающим кофе. – Дон Луккезе лично сказал мне, что хотел бы встретиться с тобой – и познакомить со своей дочерью. Ему нравится моя принцесса, м-м? Хочет показать своей малышке правильный пример.
Анита сильно сомневалась в этом. Дон Луккезе был старомоден, и его дочь никто в свете не видел с начала её обучения в частном пансионе. Речь не могла идти ни о каком наследовании титула. Семья Луккезе была одними из «Пятёрки», слишком лакомый кусочек, чтобы его упустить из-за неопытного руководителя. Нет, старик Луккезе, в отличие от Адрианно, не планировал передавать бразды правления. Не зря все самые значимые и умные подчиненные дона начали исчезать при таинственных обстоятельствах…
– Конечно, папочка. Как скажешь.
– И мне нужен отчёт о доходах этих твоих компаний, – нетерпеливо пощёлкал пальцами Адрианно. – Не смей уезжать в Коннектикут не подготовив мне эти бумаги. Ужесточение контроля на границах из-за новых этих анти-миграционных законов всё нам портит – куча груза застряло в Мексике. Мы теряем деньги.
Адрианно грязно выругался на итальянском и начал свою длинную тираду на двух языках о президенте и законах. Он считал лицемерным то, что Соединённые Штаты родились из-за мигрантов, а теперь ограждаются от них, будто какое-то средневековое королевство с сошедшим с ума правителем.