Чтение онлайн

— У тебя четыре машины.

— Нет.

— Андрей тебя потом заберет.

— Так пусть Андрей сейчас тебя отвезет.

— Это долго. Ключи, — говорю я, теряя терпение.

— На. — Кирилл швыряет мне связку. — Иди. Надеюсь, почтальон подаст на тебя в суд.

— Заголовок уже вижу, — ржет Тимур. — «Чуть не умер от утки».

Братья снова взрываются смехом, а я выхожу, хлопая дверью. Придурки.

Через двадцать минут я стучу Кате в дверь. Тишина. Стучу сильнее. Тишина.

Звоню ей — не отвечает.

— Да вы серьезно… — бормочу я и набираю еще раз.

— Алло… — сонно отвечает она.

— Открой дверь.

— Что?

— Я у твоей двери. Ты можешь спуститься по лестнице?

— Я же сказала, я что со мной все в порядке.

— Ты не в порядке, Катя. Открой.

— Уф… — она сбрасывает.

Через минуту дверь открывается, и она появляется в проеме — бледная, сонная, злая.

— Ты что тут делаешь?

Я выдыхаю с облегчением и притягиваю ее к себе.

— Проверяю, как ты.

— Я в порядке, — бурчит она и разворачивается к лестнице.

Она поднимается наверх, а я иду за ней, как хвост. Катя залезает в кровать, натягивает одеяло до подбородка.

Я сажусь на край, не зная, что сказать.

— Мне надо поспать, — шепчет она.

— Ну… — я оглядываюсь по комнате и понимаю, что не уйду. — Я тебя тут одну не оставлю.

Она улыбается, не открывая глаз.

— Осторожно, Илья. Ты сейчас звучишь, как настоящий влюбленный парень.

Глупость какая. Я хмурюсь, встаю… и снова сажусь. Ну да. Что мне делать теперь?

Десять минут я просто сижу рядом, пока она засыпает. К черту.

— Катя, — тормошу ее. — Что тебе нужно? Я соберу тебе сумку.

Она сонно морщит нос.

— Зачем?

— Я забираю тебя к себе.

— Я в порядке.

— Ты не в порядке, Катя. Перестань спорить и скажи, что собрать! — рявкаю я.

Она натягивает одеяло на голову.

— Уходи.

— Ладно. Я сам.

Я иду в ванную, хватаю косметичку, кладу туда щетку и пасту. Беру прокладки и тампоны, пачку таблеток. Оглядываюсь: что еще?

На тумбочке две книги. Я беру верхнюю — и вижу между страницами тот маленький цветок, который сорвал ей вчера. Она его сохранила. Я держу этот сплющенный розовый лепесток в пальцах и вдруг понимаю, сколько эмоций в одной такой мелочи.

— Ты что там копаешься? — сонно кричит она из спальни.

— Умираю от ужаса, сколько волос в твоей бритве, — отвечаю я.

Она смеется, и от этого смеха у меня внутри становится теплее. Я аккуратно кладу цветок обратно и возвращаюсь.

Катя лежит на спине и смотрит на меня мутным взглядом.

— Я собираю тебе сумку и забираю к себе, — повторяю я.

— Это и есть мой дом.

А точно ли? Я сглатываю ком в горле и не отвечаю. Подхожу к комоду, открываю верхний ящик.

— Мне все эти бабкины трусы тоже паковать?

Катя взрывается смехом.

— Ой, посмотрите на него… такой весь русский мужик ворчливый!

Я усмехаюсь.

— Я тебя еще перевоспитаю, командир, — говорит она нарочито «по-народному».

Я приподнимаю бровь.

— Ты что, под кайфом?

Она показывает пальцами «чуть-чуть».

— Немножко.

Я улыбаюсь, тяну ее за руку.

— Пошли. Поедем домой.

Я просыпаюсь от далекого крика птицы. По теням на стене понимаю: уже сумерки — значит, я проспала почти весь день. Краем глаза замечаю Илью: он сидит за маленьким столиком у окна, ноутбук открыт, и он полностью в работе. Пальцы летают по клавиатуре с бешеной скоростью, потом он резко жмет «отправить».

По тому, как он яростно долбит по клавишам, ясно: он пишет кому-то, кто его вывел из себя, и объясняет, насколько.

Я улыбаюсь. Некоторые вещи не меняются.

Приподнимаюсь на локтях.

— Привет.

Он поднимает голову, его лицо сразу становится мягче.

— Привет.

Я хлопаю ладонью по кровати рядом. Он подходит и садится.

— Как ты себя чувствуешь?

— Нормально.

Он убирает волосы с моего лба.

— Завтра тоже выходной. Я уже договорился.

— Я не…

— Это не обсуждается, — перебивает он.

Илья смотрит на меня так, будто ему нужно сказать что-то важное.

— Я записал тебя к нормальному врачу.

Я хмурюсь.

— «Нормальному» — это «дорогому»?

Он закатывает глаза.

— Зачем?

— Потому что это ненормально.

— Для меня нормально.

Он резко выдыхает и встает.

— Я не буду это обсуждать, Катя. Я уже все сделал: завтра в два ты идешь к специалисту. Я еду с тобой.

— Ты не едешь, — фыркаю я и откидываю одеяло, потому что я сейчас вообще не в настроении терпеть его командирский тон.

Он приподнимает подбородок.

— Почему это?

— Потому что… — я запинаюсь, подбирая слова. — Мы же даже не…

— Не что?

— Мы официально не вместе, — выпаливаю я и ухожу в ванную.

— Что? — он заходит следом, уже злой.

Я достаю прокладку.

— Если мы не вместе, что ты вообще здесь делаешь? — рявкает он.

— Ты сам меня сюда привез. Я тогда еле стояла.

— Чтобы позаботиться о тебе.

Меня накрывает стыд. Он прав, я веду себя как капризный ребенок. Я выдавливаю кривую улыбку:

— И я это ценю. Спасибо.

— И мы вместе. То, что никто не знает, не делает это менее важным. — Он скрещивает руки. — Я имею право знать, что происходит с твоим телом.

Я закатываю глаза.

— Слушай… спасибо за заботу, но мне надо разобраться с этим самой, ладно?

Он смотрит на меня ровно и упрямо.

Я поднимаю прокладку:

— Ты можешь… выйти?

Он все еще смотрит.

— Илья, дай мне минуту.

Он резко разворачивается и уходит обратно в спальню.