Чтение онлайн

– С почином вас, Дмитрий Петрович.

– Благодарю. И хоть почин невелик, но позвольте с первого выигрыша всех вас угостить, дабы удача не отворачивалась, – он сделал небрежный жест левой рукой, подзывая официанта. – Кто что изволит? Я лично ничего не имею против французского коньяка, но предпочитаю наш, шустовский пяти звездочек.

– Поддерживаю ваш выбор, Дмитрий Петрович. Шустовский под лимончик куда приятнее идет, – откликнулся Иван Оскарович.

– Полностью разделяю ваши вкусы, – кивнул предприниматель.

– Любезный, – обратился к официанту господин Образцов, – нам всем шустовского самого наилучшего. Да не в рюмках, в стаканах коньяк принеси.

– Не извольте сомневаться, – откликнулся официант. – Нам ваши вкусы известны.

От стола по залу потянулся аромат дорогого табака.

Экстравагантная дама продолжала прогулки по залу, оглядывая игроков через лорнет и начиная время от времени нервно теребить свои гигантские пуговицы. Пожилые дамы в сопровождении мужчин набрались смелости и переместились к рулетке.

– Да вы везунчик, молодой человек! – воскликнул Александр Федорович. – Третий раз кряду!

– Могу вас уверить, господа, что везение здесь ни при чем! – отозвался купец первой гильдии. – В конечном итоге, как бы фортуна ни крутилась, деньги тянутся к деньгам!

– Не смею возражать, что в жизни именно так все и происходит. Но за картами бывает всякое.

– А я вот вам, Иван Оскарович, попробую сие доказать, – не унимался купец.

– Извольте, будем благодарны за урок.

– Но, как мне кажется, настала пора господину Тихонравову нас угощать?

– Всенепременно, – откликнулся Николай Тихонович и позвал официанта.

Каждая завершенная партия, независимо от того, на чьей стороне была удача, отмечалась доброй порцией коньяка. Впрочем, пока это не особо сказывалось на играющих, разве что глаза заблестели да на щеках румянец появился.

Банкомет вновь раздал карты.

– Две! – ровным голосом произнес сидящий от него по левую руку купец.

– Одну, – сбрасывая карту, в свою очередь попросил статский советник.

– М-да-с! – огорченно произнес его товарищ. – А вот все четыре! Была не была!

– Одну, – спокойно сделал заявку господин Тихонравов.

Банкомет в порядке очереди поменял игрокам карты. Наступила пауза, каждый сосредоточенно изучал свои карты, стараясь не ошибиться в сложившейся комбинации. Похоже, коньяк все ж таки оказывал свое действие.

– Ваше слово, Дмитрий Петрович, – подбодрил своего соседа по столу Иван Оскарович.

– Да, да, конечно, – чуть рассеянно откликнулся тот. – Удваиваю.

Он уверенным жестом, не глядя, взял из стопочки золотых червонцев подле себя четыре монеты и положил их в центр стола рядом с четырьмя другими, служившими первой ставкой в партии.

– Принимаю, – улыбнулся Иван Оскарович, и горстка монет увеличилась еще на четыре штуки.

– Удваиваю, – весело продолжил Александр Федорович, извлек из кармана бумажник, пошуршал ассигнациями, выложил свою ставку, но бумажник оставил на столе, показывая, что и на этом торг прекращать не намерен.

Последний из игроков глубоко задумался, чуть отрешенно глядя поверх голов своих соперников. Наконец принял решение:

– Еще раз удваиваю!

Остальные трое переглянулись, а он сам достал дорогую папиросу, прикурил от услужливо поднесенной официантом спички и с удовольствием затянулся, откинувшись на спинку стула.

– Ну что ж, принимаю, – чуть пожал плечами купец и положил на стол деньги, уравнивая ставку.

– Да что ж это такое, – обиженным тоном произнес Иван Оскарович и аккуратно сложил свои карты рядом с деньгами. – Пас!

– А я принимаю, – столь же весело, как и чуть ранее, откликнулся второй иркутянин. – И сто сверху.

Как бы тихо и солидно ни шла игра, коли дело доходило до таких ставок, это становилось ощутимым для каждого, кто присутствовал в зале. Все, включая пожилых дам, одна из которых все еще пребывала в крайнем возбуждении по причине нежданного для нее выигрыша тридцати шести рублей при сделанной ставке в один рубль, притихли и обратили взоры к четырем игрокам. Даже молоденький официант застыл с подносом в руках за спиной купца, чуть приоткрыв рот. Единственные, кто оставался спокоен, были крупье и оба банкомета, повидавшие на своем веку и не такое. Банкомет даже счел нужным сделать незаметный для прочих знак официанту: негоже так стоять и пялиться на чужие деньги и чужие карты. Тот понял, виновато улыбнулся и, вскинув серебряный поднос на кончики пальцев левой руки, умчался за очередным заказом. Господин Тихонравов, до этого мгновения смотревший отстраненно как раз на его поднос, сверкавший ровно зеркало, улыбнулся ему вслед и кивнул:

– Принимаю!

– В банке тысяча триста рублей, – не выказав ни малейшего замешательства, сообщил банкомет.

– Вот! Это мне по нраву, – хохотнул купец, извлекая из внутреннего кармана невероятно пухлый бумажник. – Принимаю, и десять тысяч сверху.

При этих словах даже банкометы переглянулись.

– Да-а-а… – протянул Александр Федорович. – Ничего не скажешь – красиво, с размахом. Но, как мне кажется, у меня совсем не та карта, чтобы такую ставку поддержать. Пас, господа!

Все взоры обратились к последнему из партнеров по игре. Тот побледнел, но держался хорошо.

– Господа, могу ли я рассчитывать, что вы примете от меня долговую расписку? – почти спокойно произнес он, хотя на виске у него задергалась тоненькая жилочка.

– Николай Тихонович! – укоризненно произнес Иван Оскарович. – У нас же уговор! Вы уж не обессудьте, но так поступать не следует. Так что принимайте ставку или бросайте карты. Впрочем, раз уж мы с Сашей вне игры, пусть решает Дмитрий Петрович.

– При всем моем уважении… – развел руками Дмитрий Петрович. – Но к распискам, даже от столь достойных людей, я уж давно доверия не испытываю. А вот, скажем, залог принять готов.

– Залог? – задумался его соперник. – Что ж. Скажите, господа, а могу я попросить отсрочку минут на сорок? При себе у меня таковой суммы нет, но это не означает, что ее у меня нет вовсе.

– А вот это вполне по правилам. – Иван Оскарович вопросительно посмотрел на купца. Тот кивнул в ответ:

– Отчего хорошему человеку не дать отсрочку? Зовите управляющего, любезный!