Чтение онлайн

Поташев внимательно рассматривал эскизы американского офиса. Они были оформлены способом «open space» – лишенное стен пространство, имеющее лишь наружные стены и колонны. Предполагалось, что большинство сотрудников размещаются в залах, разделенных на зоны высокими мебельными перегородками. Отдельные комнаты предназначены для отдыха, деловых встреч и топ-менеджеров. Поташевские проектировщики понимали, что американцы – достаточно практичные люди, поэтому используют каждый свободный метр с максимальной пользой. Офис «Уолл-стрит» был лишен всяческой лирики – вазочек, горшков с цветами, милых безделушек. Основное правило этого офисного интерьера: ничего лишнего, только то, что необходимо для полноценного рентабельного труда. Здесь собраны предметы, которые должны настраивать на рабочий лад, не отвлекать от процесса, а усиливать его эффективность. В то же время рабочее место должно быть комфортным. Стиль «Манхэттен» характеризуется динамичностью, деловитостью. Металл создает холодную, отстраненную атмосферу, идеальную для принятия разумных решений, стекло визуально увеличивает пространство и служит в психологическом плане объединяющим звеном для персонала, превращая его в команду с общими целями и устремлениями. Стеклянные перегородки, принятые в стиле «Манхэттен», символизируют условную связь с внешним миром, предполагая быстроту реакции на меняющиеся события. Молниеносная реакция, быстрота решения вопроса – все это характерно для американского менталитета.

– А вот вариант «украинского офиса», – сообщила присутствующим Аликова. – Киев немного отличается от остальных городов. Руководители столичных компаний стремятся не отставать от современности и отдают предпочтение европейскому подходу в интерьере. Пространство достаточно просторное, светлое, не вмещает лишних предметов, обстановка легка и мобильна, мебель многофункциональна, также приветствуется обилие металла и стекла. Перегородки невысокие, опять же для создания общности в коллективе и формирования личного пространства для каждого отдельного сотрудника.

– Мое мнение как специалиста по интерьерам, – опять вставил свои «пять копеек» Никита. – Скоро постсоветское пространство освободится от оков давно приевшейся кабинетной системы. Уже сейчас компании, быстро развивающиеся и имеющие значительный потенциал, стараются формировать свои офисы именно открытым способом, позволяющим более функционально использовать площадь помещения, а также подлежащим легкой конфигурации и перестройке. Киев – передовик в этом плане. Киевские офисы уже сейчас возводятся именно по принципу открытости и эргономичности. Снаружи офис остается таким же, как и принято было ранее, то есть – центральный вход, колонны, холл, а остальное уже преобразовывается в соответствии с европейской концепцией.

– Вы как-то приумолкли, орлы! – обратился Поташев к практикантам, которые лишь перешептывались. Для них все было внове. – Что скажет наш клиент-менеджер Ольга, которая больше всех общалась с заказчиком?

Оля Бажан, начальник отдела коммуникаций и продаж, миловидная девушка, напоминала сдобную булочку и внешней приятной полнотой, и запахом ванили и корицы, который источали ее духи. Она предложила неожиданное:

– Руководитель нашей компании-заказчика несколько лет прожил в Японии. Он мне сам рассказывал, и, по-моему, он в восторге от всего японского. Может, есть смысл сделать офис в японском стиле?

– Мы не пропустили твои подсказки мимо ушей, милая Олечка! – сообщила Анастасия и, словно фокусник, извлекающий из шляпы кролика, достала из папки эскизы японского пространства для работы. Она стала комментировать рисунки: – Японский стиль – это простая мебель, совокупность четкости и асимметрии, гладкие поверхности и повторяемость элементов. Японцы любят свет и простор, поэтому интерьер офиса выполнен в светлых тонах. Из материалов мы предпочли натуральный хлопок, шелк. В расположении рабочих зон принят принцип строгой иерархии. Все зоны разделены согласно структуре компании и занимаемой в ней должности. Обычные сотрудники располагаются в обширном помещении, не имеющем перегородок. Начальник отдела сидит напротив. Так положено в школьных классах. Начальник видит своих подчиненных и осуществляет полный контроль над их деятельностью.

– Итак, у нас есть три предложения для заказчика, – подытожил Поташев. – Можем договариваться о встрече. Оля, созвонись с ними!

– Алексей Максимович! У нас вопросы по проекту, – заволновались практиканты.

Своим явным желанием получить работу у Поташева в бюро, чем-то заинтересовать его они напоминали старшеклассников, а не дипломников вуза. Работать в его бюро в архитектурном мире Киева считалось большой удачей. Кроме неплохой зарплаты здесь были и не менее важные составляющие. Большое количество заказов, дружный коллектив и возможность профессионального роста – все эти факторы складывались воедино, и поэтому им хотелось, чтобы будущий шеф обратил на них свое внимание.

– Да! – вспомнил Поташев. – На всех трех эскизах нарисуйте «собачку Фаворского»! – Эти слова были обращены к Никите Беликову.

Тот кивнул и отправился работать.

Повисла благоговейная тишина. Наконец самый смелый из дипломников спросил:

– А зачем на архитектурных проектах, тем более при подготовке их для показа заказчику, рисовать собачку какого-то там Фаворского?

Все штатные сотрудники бюро заулыбались. Они знали ответ на этот вопрос.

– Дело в следующем, – объяснил Поташев. – Известный художник Фаворский, когда создавал иллюстрации к книгам, пририсовывал в уголке собачку. Когда редактор начинал возмущаться, к чему, дескать, собачка, тот с пеной у рта доказывал необходимость ее на рисунке. В конце концов здравый смысл побеждал и собачку с картинки убирали, успокоенный редактор отдавал рисунок в печать. Ну, художника и спрашивали, зачем, мол, ты эту псинку рисуешь, а он отвечал: «А если бы не было собачки, так он бы к чему-нибудь действительно важному придрался».

Анастасия решила детализировать объяснения шефа:

– Поэтому мы всегда на эскизе для заказчика пририсовываем условную «собачку». Ну, это может быть что угодно. Роль «собачки» иногда выполняет фонтан перед входом или аквариум в комнате для переговоров. Или любая другая лабуда, которая не в тын не в ворота, понимаете? Заказчик, как правило, горячо настаивает, чтоб лабуду убрали, мы нехотя соглашаемся… Зато самое важное и замечательное никто не трогает, и оно остается и воплощается.

– Кстати, рисовать «собачку», чтобы не прикасались к важному, придумал наш дорогой шеф Алексей Максимыч! – сообщила Ольга Бажан.

Все зааплодировали, Поташев приложил ладони к груди в знак скромного согласия со своим умением работать с клиентами и закрыл совещание.

Внезапно в офис к архитектору вошла его тетка – Мария Валерьяновна. Алексей удивился ее неожиданному визиту. Тем более что тетя не имела привычки являться без звонка.

– Алексейчик, угости тетю обедом в каком-нибудь тихом и уютном ресторане. – Тетя Маша сказала это без обычной своей хитренькой улыбки. Лицо ее было сосредоточено, и смотрела она на племянника внимательным взглядом проницательных глаз.

– Хорошо.

Руководитель архбюро сказал Даше – офис-менеджеру:

– Я отъеду примерно на час-полтора, телефон отключу. Все срочное переводи на Аликову.

Они поехали в ресторан «Старый рояль» на Шелковичной, это было недалеко от офиса Алексея, и сели за столик у окна. Сделали заказ: салат оливье (по просьбе дамы) и два стейка с картофельным пюре. На десерт тетя выбрала зеленый чай с круассаном, а племянник – «американо» с коньяком.

За едой говорили о всяких пустяках. Когда принесли кофе, Мария Валерьяновна обратилась к племяннику:

– Алексейчик! То, что я тебе сейчас расскажу, является государственной тайной. Поклянись здоровьем своих родителей, что никогда, никому, ни при каких обстоятельствах не расскажешь о том, что сейчас услышишь.

Эти слова заставили Поташева отодвинуть кофе и сделать большой глоток коньяка.

– Манюня! Ты меня пугаешь! Ну хорошо, клянусь! – Алексей потянулся за сигаретами и вопросительно взглянул на тетку.

– Кури! Ты же знаешь, я люблю запах твоих сигарет! «Parliament» – это тебе не «Беломор», – ответила та. Она помолчала, думая, с чего начать.