Чтение онлайн

Среди кипарисов точно вспыхнуло нефтяное пятно в сотню футов в поперечнике.

Барка покачнулась под ударом очередного камня. Бревна полетели в воду. В трюме панически заржали лошади. Им вторил кое-кто из команды. Товарищи мои при свете пламени выглядели мрачновато.

А Меняющий Облик продолжал сажать в болото пятно за пятном, пока заросли не превратились в сплошной погребальный костер, перед которым оба моих костерка выглядели на редкость нищенски. Рев пламени заглушил вопли пиратов. Я выиграл эту ставку.

А Меняющий Облик продолжал жечь.

В реве пламени возник оглушительный вопль, затихший через некоторое время вдали.

Гоблин взглянул мне в глаза. Я ответил ему взглядом.

– Второй за десять дней, - пробормотал я. В последний раз мы слышали этот вопль в битве при Чарах.
– А что до друзей... Госпожа, что я нашел бы, если бы вскрыл те могилы?

– Не знаю, Костоправ. Теперь - не знаю. Я не ожидала снова увидеть Ревуна. Это правда.

Тон ее был в точности похож на лепет напуганного, попавшего в беду ребенка.

Я верил ей.

На светлом фоне скользнула какая-то тень. Ворона, летающая ночью? Что же тогда последует дальше?

Спутница Взятого тоже видела тень. Глаза ее были прищурены и внимательны.

Я взял Госпожу за руку. Теперь, когда к ней вернулась ее ранимость, она нравилась мне гораздо больше.

Глава 20

ЛОЗАН В ПЛАВАНИИ

Лозан хмуро осмотрел лодку.

– Не обосраться бы со страху...

– Что такое?
– осведомился Корди.

– Терпеть не могу лодок.

– Так чего пешком не пойдешь? Мы с Ножом тебе помашем, где бы ты ни встретился нам, с пыхтеньем бредущий по берегу...

– Имей я твое чувство юмора, Корди, повесился бы и избавил мир от многих мук. Ладно, плыть так плыть.
– Он направился к выходу из гавани.
– Ты видел Бабу с ее выкормышем?

– Копченый немного раньше тут сшивался. Наверное, они уже там. Пробрались втихаря, крадучись... Не желают, чтобы кто-нибудь знал, что Радиша покидает город.

– А мы?

– Он сейчас заплачет оттого, что девочки не пришли его не пускать, ухмыльнулся Нож.

– Он и дальше постоянно будет рыдать, - добавил Корди.
– Без этого у старика Лозана просто ноги не шевелятся.

Баркас был не так уж плох. Шестидесяти футов в длину, он был очень удобен для своего груза, состоявшего всего из пяти пассажиров. На это Лозан тоже пожаловался - как только выяснил, что Радиша не захватила с собою взвода слуг.
– Я-то рассчитывал, что обо мне будет кому заботиться...

– Ну, ты совсем раскис, - сказал Нож.
– Ты, может, еще захочешь нанять кого, чтоб дрался за тебя, когда попадешь в беду.

– Оно бы неплохо... Мы за других дрались достаточно; Корди, скажи?

– Да, пожалуй.

Команда шестами вытолкала баркас на стрежень, по здесь, у самого устья, течения почти не существовало. Затем они подняли льняной парус и развернули баркас носом к северу. Дул крепкий бриз, и суденышко пошло быстрее течения примерно со скоростью шага с ленцой.

Небыстро - однако никто особенно и не торопился.

– Не понимаю, зачем было вообще отправляться?
– сказал Лозан.
– Все равно не попадем, куда она хочет. Голову даю: река все еще перекрыта выше Третьего Порога. И дальше Треша нам не пробраться. Хотя для меня и это достаточно далеко.

– Учитывая, что продолжать путь пешим ходом ты не согласен, - заметил Корди.

– Не-ет, он помнит, что его ждет в Джии-Зле, - сказал Нож.
– У ростовщиков чувства юмора нет.

Две недели занял путь до Каторца, города чуть ниже Первого Порога. Копченого с Радишей друзья за это время почти не видели. А команда чертовски наскучила им. То была самая угрюмая банда речников на всем белом свете. Все они приходились друг другу отцами, сыновьями, дядьями и братьями, и им просто нельзя было давать воли. Радиша не позволяла даже остановок на ночь: кто-нибудь мог проболтаться, вследствие чего весь белый свет узнал бы, кто путешествует по реке без всякой охраны.

Это ранило чувства Лозана сразу с обеих сторон.

Первый Порог являл собою препятствие лишь для тех, кто поднимался вверх по реке. Течение здесь было слишком быстрым для парусов и весел, а отмели слишком редки и топки для бурлака. Радише пришлось оставить баркас в Каторце с тем, чтобы команда дожидалась их возвращения, и восемнадцать миль до Дадица, города, лежавшего за порогом, они проделали пешком.

По дороге Лозан с тоской глядел на несущиеся вниз по течению барки и ворчал.

Нож с Корди лишь посмеивались над ним.

Для плавания ко Второму Порогу Радиша наняла другую лодку. Здесь они с Копченым перестали прятаться ото всех. Она посчитала, что так далеко от Таглиоса их вряд ли кто-нибудь узнает. Первый Порог все же был четырьмястами восемьюдесятью милями севернее.

***

Через полдня после отплытия из Дадица Лозан подошел к Ножу и Корди, стоящим на носу.

– Ребята, вы не заметили там, в городе, таких смуглых карликов? Вроде бы следили за нами. Корди кивнул. Нож утвердительно хрюкнул.

– А то я боялся, что у меня просто воображение разыгралось. А может, и хотел, чтоб так оно и оказалось. Вы никого из них не узнали?

Корди покачал головой.

– Нет, - сказал Нож.

– Да вам, ребята, и челюстью шевельнуть лень!

– Лозан, ну откуда им знать, за кем следить? Кто бы они там ни были. Единственный, кто знает, куда мы направились, это Прабриндрах Драх, и даже он не знает, зачем.

Лозан хотел было что-то ответить, однако решил прежде поразмыслить.

– А Хозяева Теней?
– сказал он через минуту.
– Они могли как-нибудь прознать...

– Ага. Эти - могли.

– По-вашему, они могут нам помешать?

– А ты бы на их месте что сделал?

– Да. Пойду-ка вздрючу этого Копченого. Копченый вполне мог оказаться крапленой картой. Он заявлял, что Хозяева Теней не знают о нем ничего, а если и знают, то не могут верно оценить его компетенции.

Они с Радишей удобно расположились в тени и наблюдали за течением воды. Да, на реку стоило полюбоваться, с этим Лозан был согласен. Даже здесь она была в добрых полмили шириной.