Чтение онлайн

– Ладно, только играй правильно. Не совершай необдуманных поступков.

Я докупил для Славы еще фишек, и мы снова сели за игровой стол. На следующей раздаче Славе пришла хорошая карта – одномастные туз-король, и он выиграл раздачу на терне, когда пришел туз, и все остальные сбросили карты. Однако, окрыленный своей победой, он захотел и дальше выигрывать. Слава вступал в игру в трех следующих раздачах. Я не видел его карт, но все заканчивалось тем, что Слава проигрывал, в результате снова потеряв практически все фишки. Я решил закончить на этом сегодняшнюю игру.

– Ну, ты же видел, как я выиграл? Еще пара таких раздач – и я получил бы сегодня кучу денег.

– В покере не бывает сослагательного наклонения. Ты либо выиграл, либо проиграл. А все рассуждения о том, что было бы, если бы пришла хорошая карта, – это полная ерунда. Зачем ты сделал рейз на баттоне с картами дама-десять?

– Да они меня уже боялись после того, как я выиграл предыдущую раздачу. Я думал, получится переблефовать.

– Слава, никто тебя не боялся. Эти люди собираются здесь каждую неделю и играют в покер. Они не профессионалы, но очень хорошие любители, у которых набиты рука и глаз. Пока ты борешься с ними и что-то им доказываешь, они забирают твои деньги. Разве ты не понял, что покер – это наука, в основе которой математика, а не азартная игра?

Я был разочарован результатом. Мне казалось, что я даю Славе настоящий ключ к успешной жизни, раскрываю тайну управления миром. А Слава берет и необдуманно меняет все это на какие-то спонтанные эмоциональные игры. Как будто бы я дал ему несколько золотых слитков, а он не придумал ничего лучше, как начать жонглировать ими, и потихоньку потерял их все.

– Кость, ты сейчас заговорил прямо как моя мама. Она тоже мне с детства талдычила, что в жизни есть простые правила, что нужно хорошо учиться, много знать, упорно работать, быть серьезным и ответственным, и тогда все в жизни будет хорошо: у меня будет карьера, много денег и уважения. Всё звучит очень здорово и правильно. Но это ведь не жизнь!

– Как это не жизнь? Это как раз и есть самая настоящая жизнь – схватка, борьба, в которой побеждает сильнейший и умнейший, – я не соглашался со старым другом. – Благодаря своему уму, воле и выдержке, ты можешь заработать деньги. А благодаря деньгам ты станешь сильнее.

– Ну и в чем удовольствие от всей этой силы и ума? Я посмотрел на этих людей. Они все там сидят с кислыми лицами, пытаясь считать какие-то шансы и варианты. Не похожи они на людей, которые живут полной жизнью.

– У них в жизни все очень неплохо, – я включился в спор, хотел переубедить Славу. – Вот, например, дядя Женя, сидел с краю, такой полный седой мужчина. У него своя строительная компания, дома в Италии и Швейцарии, яхта. А Дамир, с которым ты так ожесточенно боролся в предпоследней раздаче, – у него своя сеть автомоек и шиномонтажных, которые дают ему несколько миллионов чистой прибыли. А еще…

– Ну и зачем ты мне все это говоришь? Я же прекрасно вижу, что в них нет живой жизни, несмотря на все их миллионы и яхты. Ты что, стал таким же, как они? Таким же, как моя мама? Она мне всегда говорила, что вначале надо серьезно потрудиться, хорошо заработать, а потом уже можно будет отдохнуть. Она приводила в пример пару знакомых богатеев, которые действительно пахали всю жизнь, чтобы заработать на машину квартиру и дачу. Но это были старые унылые импотенты, которые отдали свою жизнь ради денег, а теперь, имея эти деньги, даже не могут ими воспользоваться, потому что привыкли всю жизнь только пахать и отказывать себе в удовольствиях. Нельзя откладывать радость на потом, она может быть только здесь и сейчас.

Слава выплеснул накопившееся возмущение. Ему казалось, что он, пройдя армию, остался самим собой, а я – его лучший друг – за это же время превратился в одного из тех самых взрослых, над которыми мы раньше посмеивались. Я слушал его внимательно. Все эти мысли были знакомы мне. Еще совсем недавно я думал и подходил к жизни так же, как и Слава. Но теперь эти же идеи казались мне жалкими и смешными. Все разговоры про умение радоваться жизни, жить настоящим и чувствовать «живую жизнь» для меня теперешнего были чем-то вроде утешительного приза для тех, у кого ничего другого в жизни нет. Ведь тот, кто не может победить, заработать деньги или добиться своих целей, должен как-то себя утешить, доказать себе самому и всем окружающим, что ни в деньгах, ни в победе нет никакой ценности. Слава и ребята из вау-хауса как бы символически отказывались от всех социально приемлемых и материальных благ, не желая ради них жертвовать собой и своей свободой. Раньше я разделял их взгляды. Но сейчас я ясно понимал одну вещь: для того, чтобы отказаться, нужно иметь. Чтобы отказаться от миллионов, нужно сначала стать миллионером; чтобы отказаться от пьедестала почета, нужно сперва стать победителем. Тот, кто осознанно отказывается от достигнутого ради своих убеждений и принципов, заслуживает уважения. Как, например, миллионер, который отдает все деньги на благотворительность и уезжает жить куда-нибудь в глушь. А тот, кто, не заработав ни копейки, со взглядом, полным гордости и презрения, отказывается от миллионов, достоин в крайнем случае лишь насмешки. Слова Сократа: «Я знаю, что я ничего не знаю», – звучат мудро и заслуживают уважения. Но если то же самое говорит алкоголик дядя Петя, то это просто констатация факта.

Возможно, в этот момент я смотрел на старого друга точно так же, как на меня когда-то смотрели взрослые, которым я проповедовал свои завиральные теории о живой жизни, свободе и счастье, – с усмешкой и снисхождением. Я действительно прошел по этому пути несколько дальше и знал, что Славе еще предстоит пережить. А он с упорством, достойным лучшего применения, сопротивлялся требованию жизни, пытался плыть против течения, оставаться на месте. Мне было жаль его. Слава почувствовал моё отношение и сказал:

– В этом покере, если подходить к нему так серьезно, нет живой жизни. И мне очень жаль, что ты стал таким же, как они.

– А в чем есть эта твоя живая жизнь? В том, чтобы лазить по подвалам и чердакам? Пить Жигулевское пиво с сухариками? Спать с какими-то стремными бабами? – все-таки меня задели слова Бронислава и мне захотелось ударить в ответ. – Слава, это все разговоры в пользу бедных. Я это понял и смог выйти на новый уровень. Надеюсь, ты тоже поймешь и сможешь.

– Дело не в подвалах, не в Жигулевском и не в бабах, а в том, чтобы жить на полную и радоваться жизни каждый день! Я не могу себя изменить и не собираюсь этого делать. Ты же знаешь, что такое живая жизнь, ты же пробовал так жить! Как ты мог это забыть?!

– Я ничего не забыл. Все это были прикольные развлечения для одиннадцатого класса. И я сейчас точно так же продолжаю развлекаться. Только теперь я тусуюсь с действительно интересными и успешными людьми, а не с районными маргиналами. У меня есть свои деньги, чтобы позволить себе любые развлечения. Я сплю с такими женщинами, о которых мы раньше даже мечтать не могли. А ты, похоже, остался там же, где был. Ты не растешь, не развиваешься. Ты что, хочешь и в тридцать и в сорок лет жить так же: на чердаке заброшенного дома, пить пиво и лазить по подвалам?

– Мне плевать, что со мной будет в тридцать или сорок лет! Может, я даже не доживу до этого возраста. Я про это не думаю. Для меня главное – не предавать себя и жить полной жизнью, несмотря ни на что. Ты говоришь, что я не развиваюсь. Зато ты, вот, стал больно развитый. Ходишь такой высокомерный, говоришь только о своих деньгах, делаешь вид, что ты лучше и умнее других. Ты попросту стал жлобом, точно таким же, как и все остальные. И кроме денег у тебя ничего в жизни нет.

– Да пошел ты! – я уже не на шутку взбесился. – Мне жалко на тебя смотреть. Ты закончишь жизнь на помойке, пьяный, грязный и беззубый, бормоча про свою зззивую зззизнь, потому что кроме этого тебе нечего будет сказать.

– И ты иди на х*й, мой друг. У тебя в жизни точно все будет хорошо. Только счастлив ты никогда не будешь.

После высказанного мы стояли друг напротив друга и смотрели глаза в глаза. У меня чесались руки. Я хотел наброситься на Славу и начать бить его изо всех сил, применить на нем все изученные приемы рукопашного боя. Так я хотел доказать, что сила, а значит и правда, на моей стороне. Но Слава не горел желанием драться. Плюнул себе под ноги и пошел в другую сторону. Я еще некоторое время стоял один и глядел вслед уходящему другу.