Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Игра воды. Книга стихов

Дьячков Алексей Владимирович

Шрифт:

В пути

Вдоль зажиточных изб, городских напугав,Сядут бабки с молочными банками.Время вывернет реку, как мятый рукав,Чтоб открыться своею изнанкою.Встанут пестрой стеной ветки, грядки, заборИ лиловые перья репейника.Как псалом торопливо знакомый узорПочтальон прочитает на велике.Как письмо в завитушках: Ну что, Пушкин, брат?Да все как-то тоскливо, не весело.И пейзажу не счастлив, и свисту не рад —Бессловесной мелодии, песенке.Так печально в единственный свой выходной,Когда вижу дымящие парочки —Как затягиваются цигаркой однойДвое поочередно на лавочке.Гармонист полустертые кнопки когдаТеребит загрубевшими пальцами.И стоит белой рябью она, как вода, —Нездоровая музыка станции.Когда листья последние оторвалисьИ порхают, как стая, над ивами.Когда мучает душу мою гармонист,Неземными свербит переливами.

Перед большой переменой

Не хочется думать, что сердце лишь мускул,Что жизни есть срок, и что свету – предел.Гранитный окатыш сползает моллюскомПо солнечным бликам в проточной воде.Когда я под утро лежу, эмбриономСвернувшись, под пледом, дыханьем согрет,Мне снится, что я – в кашалоте Иона,Мир темен и влажен, и выхода нет.Мне снится – лекторий пронзен словно спицейЛучом. И божественно тополь красив.Студент наблюдает на ветке синицуИ слушает март, а не факультатив.Горит однокурсницы прядь, разогретаПолуденным солнцем. Сверкают мелки.Пока увлеченный профессор – поэтаНе первого ряда – читает стихи.

Песня

Не пахнет рай ни волей ни тюрьмой.Глухая ночь и утро без изъяна.Дом полотняный, угол плотяной,Тряпичная игрушка обезьяна.Волшебный мир светящийся другойНапомнят хрупкий фантик карамели,Стакан граненый с чистою водой,Коробка старых красок акварели.Перед гирляндой елочных огнейЗавернутый в большое полотенцеПою я, как всамделишный Орфей,Плаксивую мелодию из детства.Ее, такую грустную, одну,Ее одну я вывожу упрямо,Завороженно глядя в пустотуС замызганного старого дивана.

Следователь

Я родину в запасниках конторыНайду, как свет в простенке богомаз,Когда тяжелый сумрак коридораМеня поджаркой луковой обдаст.Сырая рыба, мел, в разводах плесень,Избаловавший перцем общепит.На сковородке маслом постным «ВзвейтесьКострами…» зачарованно шипит.Я пистику ТТ под риоритуПодрежу мушку, выправлю прицел.Накину на плечо пальто и выйду,И, хлопнув дверью, встану на крыльце.Кавычки возвращаются и плюсы —Былье не белым снегом поросло.И гимн и Рита музыкой медузыДоносятся с далеких островов.

Стажер

В дорогу махнешь неуверенно —Поедет с пейзажем окно.И вспомнишь, чего с тобой не было,И то, чего быть не могло.Сойдутся в круг заросли зодчества.Раскроется света пучок. —Кино со студенткой заочницей,Повторно не сдавшей зачет.Все светлое, чем успокоитсяДуша в коммунальном углу,Вагон когда поезда тронетсяИ ты закричишь на бегу.Три солнечных вечера в Питере,Рябь Невки и блики ручья.Два тела сойдутся медлительноКогда, задыхаясь, урча,В одно – восьмилапое – сложатсяИ дрожью наполнятся вдруг.Божественным станет убожество,И плоть обретет себе дух.Страданье, какое не вынести,Заставит поверить, что все,Что было – лишь сказка и вымысел.Еще одно хокку Басё.

Наказание

За достоверность поручусь вопроса.Вопрос, что достоверностью считать.Поэт на каменистый остров сосланОсеннюю эклогу сочинять.В траве пожухлой думает о чем он? —О море размышляет не спеша,Пиджак накинув драный чесучовый,Крупнозернистой галькою шурша.Он водит песню, топчется на месте.Играет в сон, то плача, то смеясь.Осеннюю вдыхая прелесть/ плесень,Плетя слогов бессмысленную вязь.По мостику он сходит постепенноС ума к такой зеленой глубине,К волне, пред ним стоящей на коленях,Гудящей убедительно вполне.Какой-то бред, галдеж, апрельский пленум,Он помнит ад, как вытек рыбий глаз,Как бился за прекрасную ЕленуС Осоавхимом славный Вхутемас.Зачем же здесь, на острове убогом,Где чайки только изредка слышны,Он просит вдохновения у бога,А не спасенья собственной души.

Ока

На склоне сосны. Спуск. Коса.Песок. Высокая осока.На солнце дремит егоза.И платье на ветру промокло.Другие дети волны бьют —Постарше кто и одногодки.Один грустит мальчишка тут,Поджав коленки к подбородку.Он вдаль задумчиво глядит,На лес, трепещущие флаги.Там хор походную гудит,Гуляет пионерский лагерь.Наносит футболист удар,Вожатый прячет в куст заначку.И кто-то тоже смотрит вдаль,С коленки сковырнув болячку.

Послание славянам

Не первую зиму, какую весну,И осень давно не однуУчил он в Синопе, и прибыл в Корсунь,И дальше пошел по Днепру.Когда из родных и насиженных местДобрался до наших племен,Воздвиг на прибрежной горе чудо-крестВ честь града грядущих времен.Преследовал страх его, шел по пятам,Лечила тьма тяжких годин.Видал он и Новгород славный, и тамРечам своим дом находил.На клевере жил и крапиву жевал,И жажду росой утолял.Февраль отпускал, да апрель прижимал,И первый лист август ронял.И был в стороне, где зарос огород,Где воздух горчит от вины.Со вдовой где водит вдова хороводНа площади после войны.Там дивно страданьем торгуют купцы,На цифре зачахли умы.И там узкоглазы, беззубы и злыРосли неотмщенные мы.И долго в заросшее пылью окноВ печальном смиренье своемВползало, пылая, прекрасное то,Что нашей природой зовем.И пялился мальчик на бор недалек,Наевшись пустых макарон.И луч преломляя, пылал бутылек,И мерз за окном богомол. И грубой тату половина зариС ладони отцовской ползла.И предки играли в замри-отомри,И мать побеждала отца.И мудрые речи, простые слова,Листва, дребезжание рамОконных, и все, что звучало тогда,Доступно по-прежнему нам.Ауканье. Грохот подъездных дверей,Гуденье железки вдали.И все, что поведал апостол Андрей,и что мы вместить не смогли.

Домашнее задание

Сердечный сбор плывет над лесом —Сор травяной и пыльный лист.Шуршит, как Май Июлий Цезарь,Лентопротяжный механизм.И в сумерках встает над бездной,Над берегом крутым рекиЛюбви созвездье, о небесныхТелах науке вопреки.Так с возвращеньем запоздалымМы забываем о годах…Как старый сон, стоит над садомПредгрозовая духота.

Послание

Я не спрячусь в кустах за бараками,Под фонарь выйду к пьяницам, чтобБог Авраама, Исаака, ИаковаМеня здесь среди наших нашел.Среди горьких, запойных и конченныхБуду слушать я новый устав.Буду выть нерешительно: Отче наш,И в последний час нас не оставь!Воздух колкий, разряженный, ветреный,Злого ворона с сыром во рту,Велик «Минск» моему откровениюЯ свидетельствовать призову.Слушай мир с придыханием голос мой,Говор улиц, подъездов гудеж,Во дворе шум распущенной поросли —Ты меня уже здесь не найдешь.У окошка с распахнутой форточкойСтарым чаем запью супрастин.Буду у воробьев просить помощи,Сигареткой сгоревшей трясти.
Поделиться с друзьями: