Чтение онлайн

— А кто это?

— Графиня Гольтшат, — сказал Жан немного смущенно. Тереза где-то слышала это имя.

— Хозяйка Роз, — припомнила она.

— Да. Она основала это заведение около пяти лет назад с позволения самого императора, — сдавленно и неохотно сказал Жан.

— Вы не любите Роз, Жан?

Прежде чем ответить, алхимик почесал кончик носа и поправил шейный платок.

— Я не люблю саму идею, что женщина является в нашем мире предметом купли-продажи. Это отвратительно. Что Розы, что покупка «права». Я считаю, что все это нужно искоренить и прекратить.

— Но как тогда женщинам зарабатывать себе на жизнь? — Тесс снова расслабилась, подставила лицо свежему речному воздуху и закрыла глаза. Хоть берег и был далеко, лодка Ла Росси довольно уверенно шла по легким волнам и тонуть кажется не собиралась.

— Мы должны решить эту проблему! Наше общество должно решить ее. Обеспечить рабочие места, установить культуру обучения и профессиональной подготовки.

Тесс от изумления чуть не поперхнулась.

— П-профессионально подготовки женщин? Но мэтр, кто будет брать на работу девчонок? Только что посуду мыть да готовить. Что еще мы можем?

— Многое! Вот вы, Тереза, вы же прекрасно справляетесь в должности моей помощницы. Почему бы всем алхимикам Галивара не брать на эту работу женщин?

— Ну… может быть потому, что вам самому приходится таскать все эти ваши неподъемные банки с растворами? Я их даже поднять не могу. Не думаю, что все алхимики согласятся на такое. Вы как я поняла, не такой как придворный алхимик, верно ведь?

— Значит нужно изобрести такие банки и такие растворы, которые будут легче! Или машину, что будет поднимать их вверх и вниз.

Тесс посмотрела на Ла Росси и тепло ему улыбнулась. Что ни говори, но фанатичный ученый и зануда, а он был добряком. И будь таких людей в их мире побольше, все могло быть иначе. Вот только их не было. Были такие как Леонид Фетаро, как Эверетт Шеферд… и как она. Тесс посмотрела на Жана с тоской. Эх, будь она той старой Терезой Доплер с улицы Черемухи в Междуречье, наверное была бы восхищена Ла Росси до глубины души. И она и была восхищена, но как тепличной лилией, которую стоит вынести на открытое окно и она разом загнется. Ла Росси был добрым и самоотверженным, но он был таким, потому что мог себе это позволить — так думала Тереза. Он мог позволить себе нанять девчонку, потому что денег у него было полно. Мог позволить продавать лекарства за бесценок, потому что зарабатывал на чем-то другом. Если бы ему нужно было кормить себя и, например, младшего брата или жену с детьми, Тесс свято верила, что он задрал бы цены и на легочный раствор и на средство от загноения ран. Любой сделал бы так! Никто бы не устоял, не обрек бы себя на нищету только чтобы спасти незнакомых людей. А если бы сделал, значит он просто идиот. Вот только Жан сделал это, а на идиота он был совсем не похож.

От таких мыслей настроение Терезы стало портиться. Воздух реки вдруг показался пронизывающим и колким, Тесс уже пожалела, что так опрометчиво выбросила шляпку, не обзаведясь другой.

— А почему вы не отдали рецепт своего легочного раствора другим алхимикам? Чтобы его готовили на местах, а не возили по всей стране? — спросила Тесс с вызовом. Ей хотелось найти в Жане хоть один изъян, потому что рядом с ним, сама себе Тереза казалась очень уж корыстной и нехорошей. Ей легко было мнить себя не хуже прочих в компании ворья из Междуречья или подлого Леонида, и даже надменного жестокого Шеферда. Но с Ла Росси все было иначе.

— О, я отдал! — заверил он с грустью. — Внес в реестр государственных открытых лекарственных препаратов как только прошли первые успешные испытания.

— И?

— Его стали производить на местах, но цену поставили такую, что он был по карману только знати. Я не мог смотреть на это и стал производить его на своих мануфактурах в огромных количествах и отпускать по минимальной стоимости. Из-за насыщения рынка местные алхимики не могли продавать раствор по цене, которая была бы им выгодна и отказались от производства вовсе.

— О… — Тесс в это верила всей душой. Кто же станет производить то, что нельзя с выгодой продать.

— Да. Теперь моя фабрика в Гладро производит только легочный раствор. А в Белой роще я поставил его на линии три дня из семи.

— Мэтр, вы же разоритесь. А если вы разоритесь, кто будет делать раствор дальше? Об этом вы не думаете?

— Разумеется, Тереза. Думаю и думаю с ужасом. Я предлагал государю принять закон о всеобщей медицине, но его мысли, увы, посвящены войне.

Тесс хмыкнула.

— Но у вас ведь тоже есть контракты с армией.

Ла Росси вопросительно поднял бровь. Левую как и всегда. Правая только невнятно дернулась.

— Баронесса Ларенье мне говорила. — пожала плечами Тереза.

— Когда расписывала вам приемлемые партии на приеме у графа Шеферда, полагаю? — он горько вздохнул. — Да, я вынужден брать государственные контракты. Но только на форму из непромокаемой ткани, медикаменты и наборы первой помощи. Оружием я не занимаюсь принципиально, хотя мог бы заработать на нем миллионы.

— М-миллионы?! — задохнулась Тесс. Со счетом у нее проблем не было, она знала сколько в миллионе нулей, но представить себе такое богатство ей не хватало воображения.

— Армейские контракты лучшее, что может получить алхимик. Огромные заказы и отплачены короной. Престижно и прибыльно. Наши мушкеты давно не обновлялись, Ретт вот тоже хотел бы, чтобы я занялся ими, но я не желаю. Это ужасно, делать вещи, которые забирают жизнь.

Тесс хмыкнула.

— Но ведь оружие не только убивает. Оно еще и защищает того, у кого оно в руках.

— Я с этим несогласен. — мягко, но твердо возразил Жан и улыбнулся ей. Тесс поняла, что уже совсем привыкла к его отталкивающим гримасам и перестала на них реагировать. Она просто понимала когда он хмурился, а когда смеялся, хотя лицо его всегда было перекошенным и дергающимся.

— А как вы сдружились с графом Шефердом, мэтр?

— С Реттом? О, мы вместе проходили практику у метра Дюналя. Он был там единственным оборотнем, а я единственным провинциалом. Нас обоих не хотели там видеть, но мне помог мой третий грант с общегаливарской выставки алхимических новшеств, а Ретту его фамилия. Графу Шеферду не так просто отказать в нашей с вами столице, вот мэтр Дюналь и не отказал. К сожалению, Эверетт так и не смог закончить тот курс.

— Почему? — Тесс не особенно было интересно что там Шеферд мог и не мог, однако она слушала и запоминала. Кто его знает какие мелочи могут пригодиться Леониду. На мгновение ей стало стыдно перед Жаном, который доверчиво выкладывал ей все о своей дружбе, но Тесс отмахнулась от этих мыслей. Что толку корить себя? В конце-концов, она не Жана предает, а просто узнает кое-что о Шеферде… Ничего и страшного, ведь так?

— Его отец прознал и немедленно вызвал его в полк. Остаться значило потерять звание и попасть под трибунал. Приказы генерала капитану нельзя проигнорировать.