Чтение онлайн

Хамский задумчиво и исключительно интригующе пошуршал кустом. Я отогнал от себя пошлые инсинуации и попытался завязать разговор:

– Ваши мысли на тему, коллега?

Шуршание возобновилось и даже усилилось.

– Что вы делаете, Хамский?
– Не утерпел я.

– Видите ли, Принстон, по счастливому стечению обстоятельств, мы с вами оказались в кусте аконита. А у меня как раз подошли к концу его запасы...

– А женщина?

– Какая женщина?
– Озадаченно донеслось до меня, сквозь непрекращающееся шуршанье.
– Запасы женщин у меня еще к концу не подходили...

Охотно готов в это поверить, поскольку подвал Хамского напоминал, скорее, анатомический музей имени Франкенштейна, нежели хранилище запасов на зиму. Помнится, миссис Гадсон всегда заходила туда с закрытыми глазами, а потом вечно пыталась сварить в супе чью-нибудь руку или ногу.

– Ха-амский...
– Укоризненно протянул я.

– Принстон, вы - зануда.
– Торжественно объявил Мордред, поднимаясь, наконец, в полный рост.

– Вы правда хотите, чтобы я тоже огласил ваш полный диагноз?
– Парировал я, с наслаждением распрямляясь.
– Что будем делать?

– Вы меня удивляете, Принстон, - Хамский иронично на меня покосился.
– Разве не вы у нас вечно горите желанием с кем-нибудь о чем-нибудь поговорить?

– Что, - даже несколько опешил я.
– Вот так пойдем к ней и скажем правду?

– Правда, друг мой, страшное оружие!

Хамский загадочно улыбнулся, взмахнул полами пальто, и отправился претворять в жизнь очередную свою задумку. Мне не оставалось ничего иного, кроме как последовать за ним.

***

Если кто-то из вас, господа, сомневался, что Хамский может вот так запросто подойти и позвонить в дверь некой загадочной леди, может быть, даже убийцы, то спешу развеять все ваши сомнения. Потому что именно это он и сделал. Что характерно: дверь нам открыли практически сразу, будто бы незнакомка только и ждала нашего визита. Она уже избавилась от шляпы, распустив по плечам шикарные каштановые локоны. Пальто все так же оставалось на ней, незнакомка лишь расстегнула его.

– Джентльмены?
– Поинтересовалась она довольно приятным голосом с хрипотцой. Хамский беспардоннейшим образом пихнул меня локтем в бок. Я не остался в долгу, отдавив ему ногу. Леди, похоже, надоело ждать, и она решила форсировать события.
– С кем имею честь?

Мордред вздохнул, вышел вперед и изобразил самую убийственную из своих обаятельных улыбок. После неё обычно все молоденькие девицы совершали массовые самоубийства, беременные женщины разрешались раньше срока, а пожилых дам с обширным инфарктом увозили на 'скорой'. Наша незнакомка оказалась крепким орешком, однако, и у неё вид был слегка пришибленный.

– Позвольте представиться, - элегантным финтом Хамский снял шляпу, поклонился и одел её обратно.
– Мордред Хамский и Джозеф Принстон - частные детективы. Позвольте, - Мордред поднял безвольную руку дамы и запечатлел на ней поцелуй.

Я последовал его примеру. Кожа у неё была янтарная и будто бы светившаяся изнутри. Тонкий запах мяты и базилика, пожалуй, мог бы вскружить мне голову, не привыкни я с молодости к формалину.

– Корделия, - леди в черном отобрала у меня руку и осияла нас ответной улыбкой из серии тех, которым лишь немного не хватает, чтобы перейти в хищный оскал.
– Прошу вас, будьте как дома.

Несмотря на вежливое предложение, мы с Хамским предпочли не забывать, что находимся в гостях.

– Что же привело вас ко мне?
– Вежливо интересовалась хозяйка, провожая нас в гостиную. Мы с Мордредом сели на невысокий, художественно подранный, диван, а Корделия озаботилась приготовлением кофе.

– Видите ли, леди Корделия, мы обратили на вас внимание еще в городском парке.

Хамский ответил на вопрос только тогда, когда на низенький столик перед нами опустились две дымящиеся чашки. Он поднял одну из них, понюхал, сделал вид, что отпил крохотный глоточек, и поставил кофе обратно.

– Видите ли, господин Хамский, - Корделия изящно села в кресло напротив.
– Я просто не могу не привлекать внимания.

На этих словах она весьма провокационно облизала алые губы. Мы с Мордредом напряглись, но мужественно пытались удержать себя в руках.

– И вы хотите сказать, - мой друг пытливо заглянул в непроницаемые ореховые глаза Корделии.
– Что были в парке совершенно случайно?

– Именно, - она с удовольствием улыбнулась, обнажив сахарно-белые небольшие клыки. Мы знали, что она врет, она знала, что мы это знаем, но выхода из этой абсолютно бездоказательной ситуации я лично не видел.

Мой друг исповедовал иную жизненную философию. Он бестрепетно нарекал вход выходом и шел напролом.

– То есть, вы совершенно случайно наткнулись на труп, слушали разговоры полиции, медиков, журналистов, так?

– Абсолютно верно, - Корделию явно забавляли наши попытки вытянуть из неё правду.
– Видите ли, я - эстет. Люблю трупы, в них есть некая траурная завершенность...

– О!
– Хамский вскочил с дивана и начал прохаживаться по комнате.
– А как, в таком случае, вы относитесь к трупам вашего собственного изготовления?

– Намекаете, что я могу быть убийцей?
– Корделия последовала его примеру, и теперь они кружили по комнате, напоминая двух львов, запертых в слишком тесной клетке. Я чувствовал себя непрошенным зрителем, могущим в любой момент перейти в категорию желанного обеда.

– А вы можете ей быть?

– Все мы можем быть кем-то. И далеко не теми, кем кажемся.

– Интересная теория. А моя практика говорит о том, что убийцы любят возвращаться на место преступления в качестве зрителей.

Их странные танцы все ускорялись, и теперь, скорее, напоминали поединок: кто кого перехитрит и прижмет к стенке.

– Видимо, вы имели дело с очень предсказуемыми личностями. Без полета фантазии.

– Но вы не такая?

– А вы докажите.

В этот самый момент Корделия собиралась плавным оборотом обойти Хамского, однако тот сделал обманный маневр, и прижал свою добычу к стене, заключив её в кольцо вытянутых рук.

– Мне не нужно доказывать, - Мордред улыбнулся - предвкушающе и страшно.
– Я знаю, что вы далеко не та, за кого себя выдаете.