Чтение онлайн

– Блестящие выводы, Принстон!
– Хамский откинулся на спинку стула и театрально поаплодировал.
– Вы видели то же самое, что и я, но совершенно не хотите это замечать и обдумывать.

– Сразите меня, Хамский.

– Все просто. Она явилась на место преступления вовсе не посмотреть на голого мертвеца. Она пришла для того, чтобы мы её заметили и, более того, пошли за ней. Она несколько раз уходила от слежки - чтобы нам было интереснее, и, совершенно точно, ждала нас за дверью. Вопрос: зачем? Не затем ли, что хотела с нами познакомиться и посмотреть, на что мы способны?

– Кстати, - встрепенулся я, вспомнив важную деталь.
– А что вы вытащили у неё из кармана?

– О!
– Хамский торжествующе улыбнулся, помахивая в воздухе чем-то, что сначала было принято мной за маленькую записную книжку.
– А вот это десерт.

Он раскрыл её и продемонстрировал мне. Я резко почувствовал недомогание.

– Удостоверение сотрудника Адского Разведывательного Центра?! Чем вы им-то насолили, Хамский?

– Стал бы я запоминать такие мелочи!
– Вот в это я готов был поверить. Мордред шел по жизни с грацией слонопотама, редко замечая чьи-то отдавленные ноги или расплющенные тела.
– Факт в том, что мы с вами даже не уверены: настоящее ли это удостоверение. Сотрудники АРЦ засекречены даже сильнее, чем сведения о мире людей. Но если она и впрямь работает на эту структуру, то что-то мне подсказывает, что у Корделии Блэк есть и другие работодатели. В любом случае, об этой леди мы с вами еще услышим.

Я был настроен куда более пессимистично.

– Только бы это не стало вообще последним, что мы услышим в нашей жизни.

– Относитесь к этому легче, Принстон! Что самое страшное с вами может случиться? Ну, умрете. Так это событие одноразовое, и, поверьте, после него вам уже будет абсолютно все равно. Так зачем же переживать?

Да, Мордред Хамский искренне считал смерть недостаточно значимым событием для переживаний.

***

– Чем обязан, джентльмены?

К этому времени мы опросили уже всех акционеров, входивших в состав совета директоров 'Нью-Девилл Индастриал Строй Групп'. Лично на мой взгляд, все они имели равный мотив на убийство Флемминга, то есть, не имели его вовсе. Последний из опрашиваемых неожиданно заинтересовал моего коллегу. Нет. Не так. С последним респондентом Хамский резко проникся мгновенной и на диво взаимной антипатией.

Виктор Моро, сирен тридцати пяти лет, имел подтянутую фигуру и на редкость мерзкие тонкие усики. Он смотрел на нас мутными глазами голодной королевской кобры в брачный период. То есть, исключительно неприятно. Мне незамедлительно захотелось стереть это выражение надменного презрения с холенного лица вице-президента компании 'Нью-Девилл Индастриал Строй Групп'. Однако будучи чертом крайне сдержанным, я бы никогда не позволил себе столь вульгарный поступок. А вот Хамский был гением. И психом. И потому он мог позволить себе абсолютно все.

Для начала мой друг окинул Виктора взглядом королевы Лилит, увидевшей на полу раздавленного таракана. Потом Мордред улыбнулся - своей самой доброй и оттого самой страшной улыбкой. Господин Моро слегка побледнел и поерзал на стуле, явно почувствовав себя далеко не так уютно, как прежде. И вот, увидев, что клиент морально дозрел, Хамский нанес решающий удар.

– Виктор Моро, - довольно протянул мой коллега.
– Вы пунктуальны и педантичны просто до занудства. Занимаетесь отмыванием денег на Вулканических островах. Заказываете дешевые строительные материалы, а по документам проводите их как высококачественные. Потихоньку скупаете акции, пытаетесь подсидеть вашего начальника и самому стать полновластным президентом компании. Вы состоите в извращенной сексуальной связи с вашей секретаршей, но делаете это, скорее, из соображений статусности. На самом деле эта девушка волнует вас не более того кактуса на окне. И мы оба с вами знаем почему. О, не делайте такой вид, будто сейчас скончаетесь от инфаркта, вам все равно никто не поверит. И правду сказать, кто же поверит некрофилу-гомосексуалисту-мазохисту левого толка? Кстати, не напомните, почему вы убили Мориса Флемминга - он ведь не в вашем вкусе?

В продолжение вдохновенного монолога Мордреда, Виктор то краснел, то бледнел, несколько раз открывал рот, порываясь что-то сказать, а потом как-то внезапно весь посинел и едва не откусил себе язык, что для сладкоголосого сирена вообще смерти подобно. Пришлось временно перевести господина Моро из разряда подозреваемых в разряд пострадавших и оказать ему первую медицинскую помощь. После этого, более или менее пришедший в себя, Виктор смотрел на Хамского со странной смесью священной ярости и экзистенциального страха. Что, естественно, не могло не радовать моего друга, и внушало ему непоколебимую уверенность в своих дипломатических способностях.

– Фто?!
– Наконец, разродился сирен.
– Та как фы смеете?!

– Принстон, - повернулся ко мне Мордред.
– Почему они все такие неоригинальные и задают один и тот же вопрос?

– Может потому, что вы умудряетесь вывести из себя любого за три минуты?

Я философски раскрыл портсигар, который вынул из кармана Моро, когда оказывал тому первую помощь. У нашего подозреваемого определенно был хороший вкус, но из-за повреждения языка курение ему в ближайшее время все равно противопоказано.

– Надо улучшать результат, - задумчиво протянул Хамский, взял у меня сигару, закурил и снова обратился к Виктору.
– Итак, вы убили Мориса Флемминга потому, что тот отказывался продавать вам свой пакет акций?

– Это перехотит фсе гранисы. Я фынуштен фысфать слуфбу бесопасности!
– Резко выпрямившись в кресле, господин Моро попытался произнести это непоколебимо и внушительно. У него получилось бы, не шепелявь он так забавно.

Вот и Хамский не проникся. Он лишь самодовольно улыбнулся и выдвинул свой контраргумент.

– Завтра же подробности вашей интимной жизни будут на первых полосах всех газет.

– Фы ничефо не докашете!

– А когда это нашей прессе нужны были доказательства?

– Я опращусь ф полисию.

– Попробуйте, и они арестуют вас по подозрению в убийстве.

– Мы тофе мофем раскопать о фас постытные факты!

А вот тут Виктор здорово промахнулся. Ибо ничто на свете Хамский не любил большей любовью, чем черный пиар.

– Дерзайте! Я буду только рад. Видите ли, я - гений, мне можно все. А вот вам - почтенному мужу, отцу семейства, вице-президенту фирмы - нельзя ничего. Кто из нас в более выигрышной ситуации?

Моро сдался. Он даже как-то весь скукожился и обмяк.

– Сего вы хотите?

– Кто убил Мориса Флемминга?
– Я тоже решил поучаствовать в столь увлекательном диалоге.

– Не я.

Он ответил подозрительно быстро. Либо я становлюсь таким же параноиком, как мой друг, либо Виктор Моро действительно что-то скрывает.

– Кого вы подозреваете?

– Никофо. Морис фыл не столь знасимой фигурой.

– Враги, недоброжелатели, он занимался чем-то противозаконным?

– Не фнаю, погофорите с феной.

Хамский неожиданно встрепенулся.

– Нам пора, Принстон.
– Он с очаровательной улыбкой затушил сигару о край дорогого полированного стола сирена, и поднялся - как всегда энергичный и обаятельный.
– Было познавательно с вами познакомиться, господин Моро. Еще увидимся.

Фамильярно подмигнув подозреваемому, Мордред беззаботно отвернулся и пошел к выходу. Я последовал за другом, не удостоив Виктора прощанием. Не люблю существ, не умеющих быть благодарными за оказанную мною медицинскую помощь.