Чтение онлайн

Столь оживленная переписка Греффюля открывает нам лишь узенькую щель, через которую виден верхний уровень амстердамских спекуляций. Однако она позволяет увидеть, до какой степени голландская игра была обращена на внешний рынок, в какой степени там существовал международный капитализм. Две книги «встреч» (rescontre)из бухгалтерских документов Луи Греффюля могли бы нам позволить большее: подсчет прибылей от этих сложных операций 445. Rescontre(в Женеве говорили «rencontrer) —это ежеквартальное собрание оперирующих акциями маклеров, которые производили компенсацию и подсчитывали убытки и прибыли рынка срочных сделок и рынка [страховых] премий. Две книги Греффюля — это перечень операций, которые он в данном случае производил за своих корреспондентов. Сегодняшний вексельный агент безошибочно бы там сориентировался, но историк не раз теряется в них. Ибо от репорта к репорту операцию зачастую

==93

Быстрый рост французских банков

Карта составлена Ги Антониетти (Antonietti G. Une maison de Banque `a Pans au XVIl" si`ecle, Greffulhe Montz et Compagnie (1789—1793).1963, приложение). Надлежит заметить, что банк Греффюля был тогда самым значительным парижским банком, что французская столица сделалась финансовым центром, оказывавшим широкое влияние на Европу, и что заштрихованные круги соответствуют, по занятной номенклатуре Антониетти, «шестиугольнику крупных операций» — имеются в виду шесть главных торговых центров — Лондон, Амстердам, Женева, Лион, Бордо, Нант. Не создается ли впечатления некоего равновесия между шестью вершинами шестиугольника?

приходится прослеживать через несколько rescontres,чтобы получить возможность в конце пути подсчитать доходы, которых иной раз там и не бывало. Признаюсь, у меня не хватило терпения проследить эти расчеты до конца.

==94

1eFrancis J. Op. cit.,p. 23, 87.

447 Ibid.,p.27.

448 A.N., G7, 1699, Лондон, 29 мая 1713г. * В сражениях при Бленхеймс (1704г.), Рамийи (1706г.) и Ауденарде (1708г.) Мальборо с помощью австрийских и голландских союзников нанес поражение франко-баварским и французским войскам во время войны за Испанское наследство.— Прим . перев .

449 Francis J. Op. cit.,p. 32.

450 Savant J. Tel fut uvrard.1954, p. 55.

В ЛОНДОНЕ ВСЕ НАЧИНАЕТСЯ ЗАНОВО

В Лондоне, который так долго завидовал Амстердаму и копировал его, игры довольно быстро оказались теми же самыми. С 1695 г. Королевская биржа (Royal Exchange)узнала первые сделки с государственными бумагами, индийскими акциями и акциями Английского банка. И почти сразу же она сделалась «местом встречи тех, кто, уже имея деньги, желал их иметь еще больше, равно как и того более многочисленного класса людей, кои, ничего не имея, питают надежду привлечь к себе деньги тех, кто оными обладает». Между 1698 и 1700 гг. биржа ценных бумаг, которой тесно было в Royal Exchange,обосновалась напротив, на знаменитой Иксчейндж-алли.

Вплоть до основания Фондовой биржи в 1773 г. кафе на Иксчейндж-алли были центром спекуляций «в сделках на срок, или же, как говорили, скачек Иксчейндж-алли» 446. Кафе «Гарауэй» и «Джонатан» служили местом встреч маклеров, занимавшихся государственными акциями и фондами, в то время как специалисты по морскому страхованию посещали кафе Эдварда Ллойда, а по страхованию от пожаров — кафе «У Тома» или «Карей». В конечном счете Иксчейндж-алли можно было, писал около 1700 г. один памфлетист, «пройти за полторы минуты. Остановитесь у дверей «Джонатана», повернитесь на юг, пройдите несколько шагов, затем сверните к востоку — и вы придете к дверям «Гарауэя». Оттуда дойдите до следующих ворот, и вы окажетесь на Берчин-лейн... Засунув свой компас в футляр и обойдя кругом мир ажиотажа, вы снова окажетесь у дверей «Джонатана»». Но крохотный этот мирок, набитый до отказа в часы пик, со своими завсегдатаями, своими взволнованными группками [людей], был гнездом интриг и центром могущества 447. Куда отправятся протестовать французские протестанты, разгневанные договором, который только что в Утрехте (1713 г.) восстановил мир между королевой английской и королем французским,— протестовать в надежде возбудить против трактата негоциантов и таким путем помочь вигам? На биржу и в «кафе, оглашаемые их криками» (29 мая 1713 г.) 448.

Эти малые чувствительные миры возмущали другие, но и внешний мир в свою очередь непрестанно их возмущал. Новости, которые колебали котировку, здесь, как и в Амстердаме, не всегда фабриковались внутри. Война за Испанское наследство была щедра на драматические происшествия, от которых в данный момент, казалось, зависело все. Богатый еврейский купец Медина додумался приставить к Мальборо во всех его походах своих людей и выплачивал этому жадному и прославленному полководцу по 6 тыс. фунтов стерлингов в год, которые с лихвой себе возмещал, узнавая первым, через специальных курьеров, исход знаменитых битв Мальборо: Рамийи, Ауденарде, Бленхейма * 449. Говорили же, что известие о Ватерлоо послужило к выгоде Ротшильдов! Один анекдот стоит другого: не преднамеренно ли задержал Бонапарт известие о Маренго (14 июня 1800 г.), чтобы сделать возможным сенсационный биржевой переворот в Париже? 450

==95

Лондонская биржа, перестроенная после пожара 1666 г Фото Мишеля Кабо

См Dickson P G M The Financial Revolution in England1967, 505—510, Morgan V , Thomas W A The Stock Exchange1962. p 60—61

Как и амстердамская, лондонская биржа имела свои привычки и свой собственный жаргон: «оценки» ("puts")и «отказы» ("refusals"),касавшиеся сделок на срок; «быков» („bulls")и «медведей» („bears"),т.е. покупателей и продавцов на срок, которые на самом-то деле не имели ни малейшего желания ни продавать, ни покупать, а собирались только спекулировать; «верховую езду» („riding on horse back"),что означало спекуляцию билетами государственной лотереи, и т.п. 451 Но в целом мы находим в Лондоне, с небольшим запозданием, ту же практику, что и в Голландии, включая и Rescounters days,прямую кальку амстердамского Rescontre-Dagen,«дней встречи». Так, когда в 1734 г. правительственные запреты приостановили „puts"и „refusals",воспрепятствовав, по крайней мере на какое-то время, покупке и продаже воздуха, мы видим, как и в Амстердаме, расцвет Rescounters,которые в иной форме способствовали той же практике. И, как и в Амстердаме, в Лондоне вмешивались и предлагали свои услуги маклеры — маклеры товарные (зерно, красители, пряности, пенька, шелк) и маклеры фондовые (stock brokers),специалисты по игре на курсах. В 1761 г. Томас Мортимер энергично возражал против

==96

Лондон: деловой центр в 1748 г.

Этот чертеж, выполненный по рисунку 1748 г., показывает знаменитые места и постройки: Ломбард-стрит, Ройял-Иксчейндж на Корнхилл и — самую знаменитую из всех — Иксчейндж-алли. Заштрихованные части соответствуют домам, уничтоженным пожаром 1666 г.

Ibid..p. 65.

этого отродья. «Каждый сам себе брокер» („Every man his broker") —так называлась его книга, и в 1767 г. одна тяжба послужила поводом для облегчающих мер в этом направлении: будет официально уточнено, что пользоваться услугами маклера не обязательно 452. Все это, однако, только подчеркнуло важность такого ремесла в биржевой жизни, да и тарифы были к тому же относительно необременительными — 1/8% с 1697 г. Выше маклеров угадывалась деятельность крупных купцов и банкиров — золотых дел мастеров, а ниже маклеров — активность, и отнюдь немаловажная, тех юрких личностей, что назывались на профессиональном жаргоне «джобберами» („jobbers"),т.е. посредников, [официально] не допущенных к этой деятельности. В 1689 г. Джордж Уайт обвинял «эту странную разновидность насекомых, именуемых stock-jobbers», втом, что они произвольно понижают и повышают [курсы] акций, дабы обогащаться за счет ближнего, и «пожирают на нашей бирже людей, как некогда саранча —

==97

Еввропа, механизмы на верхнем пределе обменов

4"3 Schulin Е. Ор cit,р. 249 et 295.

454 Dickson P. G M Ор. cit.,p. 504.

455 Morgan Е V., Thomas W. A Ор cit.,p. 17.

456 Dickson P. G. M. Ор . cit.,p. 506.

пастбища Египта». Но разве не Дефо написал в 1701 г. небольшую книжку без указания имени автора, озаглавленную «Разоблачение злодейства сток-джобберов» 4 ?

Несколькими годами позднее, в 1718 г., театральная пьеса «Смелый ход ради жены» („A Bold Stroke for a Wife")ведет зрителя в кафе «Джонатан», в среду дельцов (dealers),присяжных маклеров (sworn brokers)и особенно джобберов. Вот образчик диалога: «Первый джоббер:Южные моря из 7/8 [процента]! Кто

купит?

Второй джоббер:Акции Южных морей, срок оплаты в день св. Михаила 1718 г. Категория лотерейных билетов!

Третий джоббер:Акции Ост-Индской?

Четвертый джоббер:Итак, все продают, никто не покупает! Джентльмены, я — покупатель на тысячу фунтов в следующий вторник из 3/4 [процента]!

Официант:Свежего кофе, джентльмены, свежего кофе?

М-р Трейдлав, меняла:Послушайте, Габриэл, вы не выплатите разницу с того капитала, о котором мы договаривались на днях?

Габриэл:Ну конечно, м-р Трейдлав, вот вексель на «Суордблейд компани» („Sword Blade Company").