Их именами названы корабли науки
Шрифт:
14 сентября «Литке» вышел из бухты Диксон в последний этап сквозного плавания. Льдов на этом этапе не было, и судно благополучно пришло в Мурманск 20 сентября 1934 года. Таким образом, сквозное плавание Северным морским путем из Владивостока в Мурманск было завершено успешно. Заслуги В. Ю. Визе, руководителя научной части похода, и капитана Н. М. Николаева были несомненны. Они провели судно в сложных условиях без аварий. Тем самым была вписана еще одна победная страница в летопись освоения северного морского пути.
ВЫСОКИЕ ШИРОТЫ
В 1933–1934 годах по поручению Главсевморпути во Всесоюзном арктическом институте под руководством Р. Л. Самойловича и В. Ю. Визе был разработан план экспедиционных исследований высоких широт арктических морей на экспедиционном судне с целью изучения комплекса природных явлений и выяснения возможностей плавания по высокоширотной трассе.
В 1935 году состоялась Первая высокоширотная экспедиция на ледокольном пароходе «Садко» под руководством Г. А. Ушакова и Н. Н. Зубова. Она успешно работала в северных частях Баренцева и Карского морей. Вторая высокоширотная экспедиция на «Садко» во главе с Самойловичем и Визе была подготовлена, но не состоялась, так как в 1936 году в западном районе сложились тяжелые ледовые условия и по решению руководства морскими операциями «Садко» был отозван для участия в проводке транспортных судов. Судно уже вышло в плавание из Архангельска, но его вернули и научный персонал был высажен и разъехался по домам. Было обещано, что на летний сезон 1937 года «Садко» будет предоставлен Третьей высокоширотной экспедиции.
В это же время реально встал вопрос о создании научной станции на дрейфующих льдах в районе Северного полюса. До челюскинской эпопеи преобладало мнение, что научную станцию на дрейфующих льдах Центральной Арктики можно создать только с помощью дирижабля.
Для этой цели Фритьоф Нансен еще в 1924 году организовал и возглавил международное общество «Аэроарктика». В 1930 году, незадолго до своей кончины, Нансен составил проект такой дрейфующей станции, даже нарисовал план дома-палатки для жизни на дрейфующей льдине. Станцию предполагалось высадить в период Второго Международного полярного года.
Смерть неожиданно положила конец планам Нансена. А без него эта идея так и осталась на бумаге.
В. Ю. Визе в своей книге «Международный полярный год», изданной в 1932 году, писал, что он еще раз поднимал вопрос об устройстве станции на дрейфующих льдах Полярного бассейна на конференции общества «Аэроарктика» в Берлине в ноябре 1931 года. Хотя ряд известных полярных исследователей считали такое предприятие вполне осуществимым, немецкая фирма «Граф Цеппелин» отказалась предоставить Дирижабль и направила его в рекламный полет на Землю Франца-Иосифа.
Успешные посадки советских самолетов на дрейфующие льды в лагере челюскинцев доказали возможность использования тяжелых самолетов для высадки группы ученых в районе Северного полюса. Тогда же, на льдине, в 1934 году, О. Ю. Шмидт обсуждал эту проблему с гидробиологом П. П. Ширшовым и радистом Э. Т. Кренкелем. А с осени 1935 года началась разработка плана воздушной экспедиции на Северный полюс.
В начале 1936 года план проведения экспедиции был утвержден и определен личный состав дрейфующей научной станции «Северный полюс»: И. Д. Папанин, П. П. Ширшов, Е. К. Федоров, Э. Т. Кренкель.
И. Д. Папанин пишет в своей книге «Жизнь на льдине»: «…намечался еще один участник станции, Северный полюс — известный полярный океанограф Владимир Юльевич Визе… Но неумолимая врачебная комиссия забраковала Владимира Юльевича из-за болезни сердца, и, таким образом, выполнение программы по гидрологии легло на плечи гидробиолога П. П. Ширшова, которому активно помогали остальные участники дрейфа. Готовя нашу станцию, мы часто пользовались ценными советами и консультациями В. Ю. Визе».
Владимиру Юльевичу очень хотелось быть в составе дрейфующей станции, но он понимал, что трудности, с которыми встретятся участники дрейфа, потребуют крепких сил и железного здоровья. А он не хотел быть обузой или виновником неудачи и потому не настаивал.
В. Ю. Визе подчеркивал, что станция на дрейфующих льдах будет иметь большое научное значение. По поводу высадки станции на дрейфующие льды 21 мая 1937 года в статье «Научное значение операций по завоеванию Северного полюса» он написал:
«Сейчас над Северным полюсом поднят Советским флаг. Создана и приступила к работе полярная станция. Эта величайшая победа большевиков в Арктике входит в историю ее исследования как непревзойденный пример, достойный только нашей родины».
И далее:
«Устройство метеорологической станции в сердце Арктики имеет, конечно, также большое значение для прогнозов погоды, в особенности долгосрочных».
Там же Визе говорил о важности гидрологических и биологических исследований, изучения льдов, земного магнетизма, полярных сияний в районе Северного полюса.
Несмотря на пошатнувшееся здоровье, Визе не сдался. Он снова стремится в Арктику и дает согласие быть научным руководителем Третьей высокоширотной экспедиции на ледокольном пароходе «Садко».
26 июля 1937 года «Садко» вышел из Архангельска, 14 августа он вместе со льдами продрейфовал через пролив Вилькицкого в море Лаптевых. Выйдя у островов Комсомольской Правды из тяжелых льдов, «Садко» направился прямо на восток по «белому пятну» северной части моря Лаптевых. В 150 милях к востоку от пролива Вилькицкого «Садко» вышел на большие глубины, тем самым впервые зафиксировав границу материковой отмели. На больших глубинах были выполнены океанографические станции. В слое 200–700 метров была обнаружена прослойка теплых атлантических вод. До этого за северную границу моря Лаптевых принималась линия, идущая от северного мыса острова Комсомолец Северной Земли к северной оконечности острова Котельного. Визе предложил считать край материковой отмели естественной северной границей моря Лаптевых.
Дойдя до непроходимых льдов, «Садко» повернул на юг и по 76-й параллели пересек море Лаптевых с запада на восток. Далее «Садко» плавал к северу от Новосибирских островов. В 1937 году еще была жива легенда о Земле Санникова, и участники экспедиции хотели «открыть» эту землю. Более того, на борту «Садко» находились личный состав и строения (в разобранном виде) будущей полярной станции, которую предполагалось создать на Земле Санникова; если же Земля Санникова не будет открыта, то станцию построят на одном из островов Де-Лонга: Генриетты, Жаннетты, Беннетта, Жохова или Вилькицкого.
Ни после открытия островов в северо-восточной части Карского моря в 1930 году, ни после съемки Северной Земли в 1930–1932 годах существование Земли Санникова не было доказано или опровергнуто. Вот почему участники экспедиции с большим интересом шли в этот район.
Владимир Юльевич так описывает поиски неизвестной земли в очерке под названием «Остров Генриетты»:
«В те дни, когда „Садко“ бродил в тумане к северу от Новосибирских островов, каждые пять минут измеряя эхолотом глубину моря, на судне едва ли кто-нибудь ложился спать. Спардек был полон желающими первыми открыть Землю Санникова. Но увы, проклятый туман не давал на это никаких надежд».