Чтение онлайн

— У нас есть план, розочка, — тихо проговаривает. — Хреново, что Оскар вне игры, но мы справимся. Во всяком случае, на время сегодняшней сделки мы его на ноги поставим, а дальше уже без него обойдёмся.

— Он чуть не умер у нас на руках, — бесцветно выговариваю одними губами, словив перед глазами картину нашей поездки в машине до больницы. — Почему бы не дать ему просто прийти в себя?

— Ну вот, когда встретитесь, скажи ему об этом, — усмехается блондин и убирает свою руку.

А я прикусываю язык, чтобы не попросить его вернуть её обратно.

Мы подъезжаем к небольшому торговому центру и сразу заходим внутрь. За разговорами я даже забыла, что мы ехали в магазин за шмотками, в которых я теперь даже смысла не вижу. Единственное моё желание — это свернуть всю нашу акцию и не нарываться. Отдать эти пресловутые фотки тому, кто в них нуждается, лишь бы нас не трогали.

Похоже, вид у меня совсем пришибленный, так как Артур берёт меня за руку и скрещивает наши пальцы. Как завороженная смотрю на этот жест. Кровь будто вспенивается и поднимается бурным потоком к самому лицу. Я пылаю, в прямом смысле этого слова. И внутри, и снаружи. Вокруг нас не мало людей, в том числе и девушки. Они жадно оглядывают блондина, а потом переводят презренный взгляд на меня. Артур шагает вперёд, не замечая ничего вокруг. Лишь крутит головой в поисках нужного нам отдела. А я впитываю каждый саркастичный взгляд, как губка.

Неприятно. Неловко. Некомфортно.

Мы проходим мимо пары столбов, отделанных зеркалами. Выхватываю своё отражение и не вижу ничего зазорного в себе. Волосы чуть топорщатся, зато чистые и пахнут вкусно. Рубаха помята, ну так, в моей нынешней ситуации, хорошо, что я вообще одета. И лицо чуть уставшее, однако глаза блестят и румянец придаёт ему здоровый цвет.

Да пошли они все!

Моя спина выпрямляется. Подбородок задирается выше, а пальцы сильнее сжимают большую ладонь Артура.

Он смотрит на меня сверху вниз и усмехается.

— Пришли.

Внутри к нам сразу же подходит консультант.

Неловко улыбается и краснеет, стараясь скрыть смущение от нахождения рядом с таким видным мужчиной. Но на меня смотрит по-доброму. Заинтересовано слушает мои пожелания, которые я с трудом выдаю на своём ломанном французском.

Артур не лезет, молча ждёт у входа, периодически поглядывая на часы.

Я понимаю, что мне стоит поторопиться, поэтому не сильно привередничаю. Да я толком и не понимаю, во что нарядиться, чтобы выглядеть сносно, но при этом не испытывать неудобства в случае…. Ох! Я всячески гоню от себя неприятные мысли, но мозг то и дело подкидывает различные варианты возможных событий.

Как бы там ни было, а сейчас нужно сконцентрироваться на первостепенной задаче, а не уплывать в дебри своей безрадостной фантазии.

Я останавливаю свой выбор на брючном костюме светло-зелёного цвета с глубоким, но приличным декольте и тонкими бретелями. На талии идёт перекрестие ткани, переходящее в узкие брюки, подчёркивающие округлость бёдер и доходящие до щиколоток.

Выглядит немного по-деловому, но вполне комфортно, а главное, прилично. Завершаю образ балетками на небольшой платформе, без каблуков. Роста мне они не прибавили, зато драпать смогу быстрее ветра.

Я продолжаю смотреть на вещи через призму нависшей над нами угрозы и у меня никак не получается отвлечься или перестроиться.

Свои короткие волосы собираю на затылке с помощью заколки, приобретённой здесь же, и последний раз кидаю на себя оценивающий взгляд.

Даже дышится легче. Теперь лучше. Теперь соответствую им. То есть…. О чём это я?! Теперь смогу выглядеть более авторитетно в глазах Павла Филипповича. Я, как никак, в Париже. Главной столице моды и стиля. У меня, типа, выставка моя, личная. Сегодня. Значит должна покорять, а не покоряться.

Подхожу к кассе, прикладываю карту и ощущаю спиной жар мужского тела. Я по запаху определяю, что это Артур. Он стоит близко. Почти касаясь, обволакивая своей огненной аурой.

— Paiement reussi. (Оплата прошла успешно).

Девушка вежливо улыбается, пряча глаза. Я оборачиваюсь и задираю голову, так как Артур и шага не делает в сторону. Окунаюсь в голубую лагуну, обещающую райское, но жаркое наслаждение.

— Вообще-то, заплатить должен был я… — с серьёзным видом проговаривает совсем тихо.

— С чего это вдруг? — мой голос подводит, и пропадает к концу предложения.

— Для этого нужна причина?

— Обычно, да.

Я уже упираюсь спиной в прилавок, пытаясь сохранить, между нами, расстояние, а внутри себя благоразумие.

— Тогда, причина, в твоей ахуенной попке в этом наряде.

Боже! Я сойду с ними с ума.

Толкаю его в грудь и выхожу из закутка, направляясь к выходу. Лицо пылает, сердце колотиться, а самооценка возрастает до небес. Ощущаю на губах лёгкую улыбку, которую не удаётся стереть, приходится прятать.

Ему не стоит усилий нагнать меня, пристроившись сзади.

— Почему не рядом? — задаю вопрос, даже радуясь, что есть время немного отдышаться после его близости.

— Тебе повторить причину?

Я резко останавливаюсь и оборачиваюсь. Он успевает тормознуть, впиваясь в меня голодным взглядом.

— Вы ведёте себя, иной раз, как дети. А ты ещё и как озабоченный, у которого….

Он резко поворачивает голову в сторону и я, не раздумывая, повторяю движение за ним.

В здание заходит Кеша, с такой серьёзной рожей, что создаётся ощущение, будто он на войну идёт, а не в торговый центр. Рядом, словно шпала, возвышается женщина средних лет. Богато одетая и чувствующая себя хозяйкой, как минимум, этого мира. На ней море блестящих побрякушек. Увешана вся, с ног до головы. Золотой с чёрным смешались на длинном платье, и всё бы да ничего, но переизбыток всего сверкающего и золотого режет глаз. Сзади них несколько больших смуглых охранников в костюмах. Уступающих в росте Артуру, но не в разлёте плечевого пояса. Меня тянут за руку. Я еле успеваю перебирать ногами, чтобы не оступиться. И мы успеваем скрыться за угол ровно в тот момент, когда у Кеши голова поворачивается в нашу сторону.

Прижимаюсь к стене, тяжело дыша, будто стометровку пробежала в рекордно-короткие сроки. Почти утыкаюсь носом в ароматную грудь блондина и, кажется, начинаю задыхаться ещё сильнее.

Да что со мной?!

Я сама, будто изголодавшаяся по мужской ласке, реагирую на каждое касание, на каждый их взгляд!

— Фух, — слышу тихое над головой. — Кажется, пронесло.

Чуть задираю голову и вижу, как дёргается его кадык, во время озвучивания мыслей, которых я попросту не слышу. Широкая, смуглая шея совсем близко, и я смотрю на неё, как заговорённая, не в силах оторваться. Волевой подбородок с лёгкой, светлой щетиной, по которому безумно хочется провести пальцами. Вижу ухмылку немного пухлых губ. В свете ламп игриво сверкает серёжка в ухе.

Титаническим усилием воли опускаю глаза и утыкаюсь в прорезь рубашки, откуда на меня смотрит чёрное око черепа с дерзким оскалом, а между зубов у него зажат стебель красной розы. Какое-то предзнаменование или чистое совпадение?

Моё тело тяжелеет, но, как не странно, рука поднимается довольно легко.

Лишь отдалённо слышу голос разума: «Стой! Что ты, блин, делаешь?». Но он не долетает до адресата. Теряется где-то по пути, и я аккуратно, страшась собственного поступка, касаюсь края его рубашки. Провожу подушечками по пуговице, зажимаю между указательным и средним пальцами край ткани и отвожу чуть в сторону. Заглянуть поглубже. Посмотреть на татуировку полностью. Зачем мне это? Чтобы оправдаться. Чтобы найти для себя причины своей развязности. Чтобы не смотреть ему в глаза, когда он находится в такой близости. Я ощущаю его жар и покрываюсь мурашками. Они, волна за волной, пробегают по всему телу и группируются в области живота. Их концентрация так сильна, что я морщусь от прилива неимоверных ощущений там… внизу.