Чтение онлайн

— Как ты думаешь, это слова художника?

— Нет, он пишет от другого лица. И себя тоже указывает, — ответил Уэбб. — Возможно, он хочет сказать, что на картинах этих лежит проклятие или благополучие. На иконах изображены погибшие люди, так здесь утверждается. Невинные…

— Знаешь, я кое с чем непонятным столкнулся здесь, в Германии, в одной клинике для душевнобольных. Одна из пациенток клиники сказала, что девушка, изображенная на иконе, мертва.

— Но на иконе, ведь, изображен мужчина, — сказал Уэбб.

— Я говорю о другой иконе. Она принадлежит кисти того же художника Германа Кухта. Но изображена на ней молодая монахиня.

— Где ты ее взял?

— Я же отправился после нашей встречи в Германию, это западнее Кобленца. Там расположена клиника Отто Зутера. Это он являлся обладателем одной из восьми икон, приобретенных на аукционе.

— Почему ты говоришь, что он обладал. Ты выкупил икону у него?

— Нет. Он погиб.

— Как это, погиб? Несчастный случай? — удивленно спросил Уэбб.

— Может быть, — Коу с ужасом вспомнил свой недавний пророческий сон. — Он сгорел или задохнулся при пожаре. Его частная клиника сгорела. Погибло еще несколько пациентов.

— Какой ужас.

— Но икона странным образом уцелела. Огонь ее не тронул. Пожар местные фермеры локализовали. Но это не все еще.

— Что?

— На меня в этой клинике напали. Какой-то мужчина хотел застрелить, но случай спас. Он погиб. Пол здания обрушился вместе с ним. Если бы не случай, я бы не разговаривал с тобой сейчас. Да… документов при нем не оказалось. Зачем ему нужна была моя смерть?

— Может, из-за картины, — сделал догадку Уэбб.

— Я тоже пришел к этому выводу, — сказал Коу. — Кто-то, как и я, собирает иконы.

— Ты будь осторожнее, а то я буду скучать, если в следующий раз ты мне не позвонишь, и я не услышу твой голос, — сказал Уэбб, в голосе его было слышно сочувствие и тревога за жизнь старого товарища.

— Не дождешься, — весело ответил Коу, — я еще поживу. Кстати, на обратной стороне иконы изображены те же надписи на латыни. Текст идентичен, слово в слово, кроме одного.

— Чего же? — заинтересовался Уэбб.

— Число другое. Помнишь, на первой иконе было…

— Триста тринадцать, — опередил его Уэбб.

— Верно. На второй это число меняется, 315. Что бы это значило? Шифр какой-то?

— Не знаю пока, надо думать. Я не все тебе сказал. Кроме того текста, что я тебе прочел. По-видимому, это чье-то предупреждение, возможно, не художника. Но кроме этого, здесь ниже приведены всевозможные пророчества о наводнении, землетрясении, пожаре, нашествии полчищ насекомых и прочее. Имеется здесь даже самоубийство и банкротство, что не характерно для многих проклятий, что в древних письменах, в разных источниках имеются. Например, в десяти казнях Египетских.

— Ничего себе! — удивился Коу.

— Это еще не все, текст большой, ведь полотно немаленькое. Завершает текст заклинания и, возможно, какие-то ритуалы. Текст последнего я так и не смог перевести. Он не поддается переводу. Просто какой-то набор непонятных слов.

— Что это значит. Ерунда какая-то, — сказал Коу.

— Я бы не стал спешить с выводом, — сказал Уэбб, — я предполагаю, что это зашифрованный текст, или текст, написанный на другом языке.

— Ты же говорил, что текст на латыни, — удивился Коу.

— Все верно, кроме заклинаний. — Они написаны теми же буквами из древнего языка, но их сочетание… Эти слова не из латыни, возможно, это какой-то более древний язык. Он использует те же буквы, но слова не принадлежат латинскому языку.

— Ты можешь перевести эти заклинания?

— Я не уверен, — пониженным голосом ответил Уэбб. — Вот эта загадка с текстом меня и заинтересовала. Вот почему я говорю не о материальных причинах в твоем деле, а о тех, что нельзя пощупать, так как эти данные принадлежать очень древним временам. Когда-то я уже сталкивался с подобными загадками. Но они были проще.

— А это тебе не по зубам.

— Не знаю. Может, я просто фантазирую, и все проще, — сказал Уэбб.

— Я тоже так думаю, — согласился Коу. — Пока я уверен, что надо продолжать поиски художника. Он единственный, кто может дать ответ. Кого он изобразил на своих иконах и что, черт возьми, означают все эти надписи? Кстати, дед мальчика, Лукас Корра, прямо таки убежден, что дело здесь нечисто, и пахнет мистикой. Ну, ладно, Уэбб, всего тебе хорошего, успехов в исследовании. Ищи его по фамилии — Герман Кухта, может что-то и найдешь. А я отправляюсь в Мексику, к некоему Алекса Торнеро. Он недалеко от Мехико живет, если адрес верный.

— Постой, — внезапно сказал Уэбб. — А что еще изображено на иконе, кроме монахини?

— Да ничего особенного, — ответил Коу. — Только монахиня, сложившая руки у пояса.

После длительного перелета в Мексику, Руперт разместился в гостинице в городе Мехико. Хорошо отоспавшись от тяжелого пути, он, захватив с собой портфель, отправился на север, где согласно адресу, проживал Алекса Торнеро. Дом, точнее роскошная вилла, был расположен за городом в живописном месте: небольшое озеро, пышная зелень деревьев и заворожительные горы дополняли этот пейзаж.

Вилла представляла собой настоящее произведение искусства, которое может приобрести весьма состоятельный человек. Длинные аллеи, украшенные по сторонам диковинными вьющимися растениями, аккуратно подстриженные газоны в виде животных, несколько экзотических мраморных фонтанов, посередине которых красовались головы крокодилов и каких-то хищных кошек.

Трехэтажная вилла была окружена частной территорией с размером не менее десяти гектар. Руперта удивило количество слуг — пока он шел по аллее в сопровождении охранника, он насчитал более десяти человек.

— Хозяин дома любит роскошь, — заметил Руперт.

Но охранник, по-видимому, был немногословен. Он что-то буркнул и, не оглядываясь, продолжил идти в направлении дома.

На мраморном белоснежном крыльце, сочетающемся с белесой дверью, охранник остановился. Он велел Руперту подождать, а сам растворился где-то в чреве трехэтажного дома. Вскоре на пороге появился пожилой мужчина, по-видимому, это был дворецкий.

— Вас интересуют хозяева дома? — спросил он у Руперта, оценивая его взглядом.