Чтение онлайн

На иконе был изображен монах. Руперт приблизился к столу, рассматривая икону со всех сторон, затаив дыхание.

— Мне она не понадобилась, — сказал Торнеро, — и никакие чудеса она не делает. Обычная мазня. Если хотите, берите ее себе, вы ведь за этим приехали.

— Вы мне дарите ее? — спросил обескураженный Руперт.

— Я же сказал, забирайте, она ваша. Может вам она принесет больше пользы. Для меня она была лишь бумагой, пустышкой.

Внезапно, распахнулась дверь, и в кабинет влетел Сесора. Его дыхание участилось, а глаза были в смятении.

— Что, Сесора? Что на этот раз? — спросил твердым голосом Торнеро.

— Это они. Ну, те, что были вчера.

— Кредиторы, — приглушенным и подавленным голосом сказал Торнеро.

— Вы можете идти, — обратился он к Руперту. — Если у вас нет ко мне больше дел.

— Нет. Я благодарю вас за подарок, — сказал Руперт и удалился вместе с Сесорой.

Слуга проводил Руперта за ворота. К ним подошли какие-то люди: один полицейский и двое в штатном.

— Можем ли мы видеть господина Алекса Торнеро? — спросил один из мужчин, одетый в штатском.

— Хозяин дома, — ответил слуга.

— Мы вчера у вас были. Вы сказали, что его нет, — твердым и решительным голосом сказал полицейский. — Теперь мы точно знаем, что он в доме. Сегодня ему не удастся увильнуть. Этим утром я получил ордер на его арест, и на арест всего его имущества.

— Мой хозяин знает об этом. Он готов вас принять, и просит лишь …

— На этот раз мы не будем идти на поводу у него.

— Постойте, — вмешался полицейский, — что он просил?

— Он передал мне, чтобы вы дали ему всего лишь десять минут.

— Он улизнуть хочет, — сказал мужчина в штатском.

— Нет, — ответил слуга, — он…

Двое мужчин в штатском, не дожидаясь разрешения, ввалились в ворота, отталкивая Сесору в сторону.

— Не мешайте правосудию, — сказал один из них слуге.

Слуга покорно отошел в сторону.

Руперт наблюдал все со стороны улицы.

— Я не могу дать Торнеро и минуты, — сказал, наконец, полицейский.

В этот момент прозвучал выстрел. Звук шел откуда-то изнутри дома. Все вздрогнули. Полицейский опрометью бросился в дом.

— Ну вот, — сказал ехидно один из мужчин в штатском. — Кажется, Алекса Торнеро обошел нас и теперь.

Руперт положил завернутую икону на заднее сиденье машины, которую он арендовал в Мехико, и повернул ключ зажигания. Он ехал почти по безлюдной дороге. Навстречу изредка проезжали одинокие машины. Он тяжело вспоминал рассказ Торнеро и его последний нелегкий поступок. Что толкнуло его на самоубийство? Ведь он совсем недавно был довольно преуспевающим бизнесменом, миллионером, крупной шишкой, а теперь… его нет. Жизнь для него перестала иметь смысл.

Одинокие деревья пролетали мимо Руперта. Его взгляд был направлен на склоны. Вдали нарисовалось крупное дерево с пышной кроной, отбрасывающей большую тень. Руперт решил остановиться у дерева, в тени. Ему не терпелось увидеть обратную сторону иконы, что лежала позади него.

Машина съехала с дороги. Руперт вышел из машины, и вынул из нее икону.

— Рамка такая же, — заметил он.

Руперт осторожно и, используя небольшой ножик, освободил полотно от рамы. Перед ним раскрылась обратная сторона полотна. Он с удивлением и мистической предосторожностью медленно провел по полотну рукой, ощущая под пальцами слой краски.

Где-то вдалеке показалась машина. Она ехала по направлению в Мехико на большой скорости. Неожиданно сбавила ход, и, не доезжая до Руперта, остановилась. За рулем были двое мужчин. Руперт бросил икону на заднее сидение, сел в машину и, вернувшись на дорогу, продолжил путь.

В зеркале заднего вида он увидел, как машина, что была позади него, прибавила ходу. Руперт тоже прибавил газа. Спустя некоторое время, машина, в которой сидели преследователи, догнала машину Руперта, и даже попыталась столкнуть ее на обочину. Преследование с маневрированием продолжалось минут десять, пока машина Руперта не выехала на трассу, где было много машин. Здесь Руперт был в безопасности. Преследователи не рискнули напасть. Они вовсе исчезли из виду, и Руперт потерял их. Но надолго ли?

С тревогой в сердце он вернулся в гостиницу. Он попросил перевести телефонный разговор с Лондоном в свой номер. Руперт звонил Брайану Уэббу. На втором конце провода раздался знакомый голос.

— Привет! Это я, Коу.

— Привет, дружище! — сказал Уэбб.

— Есть что-то для меня?

— Кое-что есть, — ответил Уэбб. — Как там в Мексике?

— Я добыл третью икону, — ответил Коу. — Она мало чем отличается от предыдущих: монах, те же надписи и число.

— Какое?

— Три, два, один, на этот раз. Похоже, что это какой-то шифр, — предположил Руперт. — Может он ключ к расшифровке той части текста, о которой ты говорил?

— Нет, я почти уверен, что нет.

— Что же это тогда, по-твоему? — спросил Руперт Коу.

— Это номер страницы.

— Что? Книга!

— Да, Коу. Это не иконы, а страницы с какой-то книги.

— Большой объем, тебе не кажется? — спросил Коу.

— Ты прав, меня это тоже удивило. Представляешь вес 321-й страницы?

— Не малый, но что все это значит?

— Не знаю, но искать надо книгу, — ответил Уэбб. — Что тебе еще известно? Чем больше фактов соберем, тем легче и быстрее доберемся до цели. Понимаешь?

— Разумеется, — согласился Коу. — Человек, который купил ее, находился в России.

— Что? В России? В каком городе? Известен адрес?

— Увы, нет.

— Надо поговорить с этим парнем.

— Он мертв, его убили, — ответил Коу. — А еще меня преследовали, и хотели столкнуть вместе с машиной.

— Я предупреждал тебя, — сказал Уэбб. — Это дело сложное и опасное, может, ты откажешься от него, а заказчику скажешь…

— Не могу, Уэбб. Он старый друг моего отца, да и потом, я не привык на полпути бросать незаконченное дело.

— Ну, смотри, я тебя предупредил.

— Спасибо, Уэбб. Я рад, что ты за меня волнуешься.

— Возможно, это русская мафия — самая опасная в мире, — сказал Уэбб.

— Не бойся, мне не привыкать. Моя профессия окружена тайнами и опасностями. — Он задумался, а потом продолжил, — Похоже, эти иконы приносят одни лишь неприятности людям. В клинике, потом здесь…

— Ты не забывай про Австралию, — заметил Уэбб. — Именно с этого началось твое дело.

— Ты прав, бедный мальчик, внук Лукаса Корра, он до сих пор находится в тяжелом состоянии. Я звонил ему.