Чтение онлайн

В 6.40 по позициям 267й пехотной дивизии, способной "сесть на пятки и вцепиться в спину" ударили тяжелые "Акации". Первыми пострадали позиции тяжелой артиллерии и танки. Огонь подхватили "Ноны СВК", уничтожая живую силу: артиллеристов и танкистов. А "Акации" продолжали наносить точные удары – беспилотник, запущенный в небо с рассветом прекрасно видел результаты обстрела… Ударили по передовым позициям возимые минометы – взлетали в воздух комья земли, обломки бревен и жердей, куски железа и человеческих тел. Завораживающее зрелище – если бьют не по тебе… Закончив обстрел дальних целей "Акации" перенесли огонь на передовую: командные блиндажи и доты, 3х скатные убежища для пехоты… Ничто не могло выжить после попадания 152мм снаряда весом под 40 килограмм.

– Леонид Григорьевич – отрывая от милой любому военному картины разрушения и уничтожения врага – не увлекайтесь приятным зрелищем – в 7.00 выход. – А может ударим после артподготовки ? – азартно предложил Петровский – 280я пехотная немцев на подходе – остудил его я.

– Жаль, очень жаль – вздохнул он. – Навоюетесь еще. Война не скоро закончится… Главное – бойцов берегите. И учите драться как надо. Ну и себя берегите, естественно… В 7.00 наши части отступили с передовой и походным маршем двинулись к Скрепне. У бойцов и командиров только и было разговоров об артналете и недоумение – почему не атаковали, почему отступаем ? После того, как их накормили хлебом, тушенкой, чаем с сахаром и выдали по пачке папирос курящим - жизнь окрасилась совсем в другое цвета. Вдогон им никто не кинулся – некому было…

Я поставил в колонны по три двухствольные 23мм ЗУшки: в голову, середину и конец колонны – на всякий случай. На марше самолеты вряд ли налетят – мало времени, а вот в Скрепне – вполне могут… До заслона пешим ходом минут тридцать – сорок. Вполне достаточно, чтобы перебросить всю технику в новые места временного базирования. Сказано – сделано ! "Акации" перебросил на зачистку засад на дорогах; "Ноны СВК" - на обработку засады по фронту леса. Туда же ударит и часть возимых минометов. Кроме этого - оба взвода СУ 122-54. Нам важно не полное уничтожение, а потеря охоты преследования. Ну уж это то мы у них отобьем ! СУ – 100 сопроводят Т-34, поддержат огнем пехоту. В каждую группу зачистки по краям дороги я решил поставить по полуотделению: два пулемета МG; два автоматчика и снайпер. И решил опробовать новинку сезона – РПГ-7. Каждому полуотделению придавалась такая группа: оператор – стрелок и два "мула" - носильщиков 10 выстрелов – по 5 на брата. Вся эта обьединенная группа шла сзади пехоты – помощь на случай столкновения с противником. Все прошло, как и задумано: передовые части лучших красноармейцев подошли к опушке леса, в которой находилась засада и остановились. Открыли огонь "Акации", к ним присоединились СУ-100, добавили свое 120мм минометы. А после арт.огня вперед неторопливо двинулись самоходки,Т-34, БМП-50 с десантом прикрытия. Пулеметы бронетранспортеров, самоходок, танков поливали свинцом все, что вызывало малейшее сомнение. А пушки ставили свою весомую точку. Незначительные очаги сопротивления гасились мгновенно и безжалостно. Немцы побежали в лес… Преследовать их не стали – группы зачистки постреляли немного по окраинам леса. Только в одном месте попалась группа упертых немцев – решили показать, что они за бойцы. Выстрел из РПГ-7 (ручного противотанкового гранатомета) осколочно-фугасной гранатой показал – слабые… Всю технику с фронтального участка, после разгрома, отправил порталом на базу. Остались группы сопровождения до Скрепни…

Прыгнул со своим взводом в Скрепню. Там все в порядке. Батареи захвачены, немцы уничтожены, много трофеев – но нам они не нужны…Подошла сначала одна колонна, за ней вторая. С собой в Скрепню я взял только взвод зениток - 6 машин и расположил три из них на восточной стороне, а три - на западной стороне остановившихся на отдых войск. По три машины из колонн расставил с севера и юга. Полный квадрат… К концу отдыха пожаловали гости – три звена Ю-87 "Штука" - 9 машин решили наказать дерзких недочеловеков. Еще не утих панический крик – ВОЗДУХ ! как зенитчики открыли огонь. Мы как раз говорили с комкором о своем, о "женском". Петровский, правда не дрогнул, не рванул в укрытие – только искоса глянул на меня, на приближающиеся бомбардировщики, да так и застыл… А мне так даже и не интересно – не сижу за установкой. Загрохотали зенитки: самолеты противника теряли отвалившиеся крылья и части фюзеляжа; горели, взрывались и подали, подали на землю ! Минута боя и небо чисто от самолетов, только столбы дыма поднимаются к небу с места падения. А кто то шустрый уже рванул к спускающимся на парашютах пилотам. Ну и пусть – нам не жалко… Петровский повернулся с умоляющим выражением:

– Может оставите нам хотя бы пару ? – Не оставлю – безжалостно отрезал я. – Никто из ваших так стрелять не умеет, учится – нужно время, а его у вас нет ! И к тому же техника секретная… А по пути вас не обстреляют – немцам сначала надо понять – что случилось: куда делась целая эскадрилья ? До Губичей отсюда 20 километров. Дойдете за четыре часа. Раненых уплотните в машинах до максимума – поедете медленно, машинам ничего не будет. Посадите слабых по максимуму на броню и в машины. Разведчиков – в машину отдельно – им силы будут нужны для разведки. Ну что комкор: мы свое дело сделали – мы уходим… Я встречу вас в 232ой. Пожал руку, повернулся и ушел: долгие проводы лишние хлопоты…

Перебросил технику на базу. Артиллеристы стали не спеша приводить в порядок технику. Встречать "выходцев" решил другой артиллерийской группой – не стоит умножать сущее без меры – к чему лишние разговоры: а как, а почему… Встретили как полагается: артиллерийским огнем и атакой на позиции немцев самоходками и БТРами. Радостное – ДОШЛИ… Подкинул снарядов и продовольствия – боеприпасов у нас как грязи, а вот с продовольствием еще не напряг, но с таким темпами скоро сам по миру пойдем с протянутой рукой ! Но уж если назвался Cпецназом – держи марку ! Хотя – есть у меня одна задумка… На прощанье переговорили с Петровским.

– У вас теперь собралась серьезная сила – 61я, 154я, 232я и ваши ! Правда потрепаны сильно, но под вашим общим командованием больше довоенного корпуса будет. У Пуганова в его группе три дивизии почти полного состава: я так думаю – давно я у него не был. Увидите скажите – скоро навещу… Так о чем я ? Да. Не собачтесь из за власти – решите полюбовно. Так ему и передайте мои слова – полюбовно ! Он не дурак – поймет… Выйдете из окружения – не спешите сообщать командованию – дайте людям отдых хотя бы день – два. В отношении команд – ударить, прорвать, уничтожить – если нет возможностей – посылайте всех на хер ! Основание – дайте боеприпасы, артиллерию и поддержку с воздуха. Ах нет ! Значит и наступления нет ! По поводу всяких приказов, особенно… Явиться в штаб для получения… советуйтесь с Пугановым и отвечайте – лучше вы к нам. А приедут с угрозами – набейте морду и отправьте во свояси. И еще, последне – никаких передислокаций в другие места – скоро вам будет на месте работы невпроворот. В самом крайнем случае – говорите – приказ генерал-полковника Спецназа Громова ! И помните – берегите людей, но три шкуры спускайте в подготовке – ни какой жалости – потом спасибо скажут, когда уцелеют ! Ладно Леонид Григорьевич – пока, скоро увидимся… Подождите товарищ генерал-полковник – остановил меня Петровский.

– Помните я вам сказал, что капитан не виновата ? Я кивнул. – Дело вот в чем. Есть у меня одна вещь. Досталась она мне давно. Когда я сильно захочу - мой собеседник начнет говорить: много и одну правду. Нужно только задавать ненавязчиво нужные вопросы. Вот ваша капитан и сказала все, что она думает… Я молча смотрел на него. – Вы спасли мне жизнь, вы спасли столько рядовых бойцов, не думая о себе, карьере, славе… Мы все у вас в долгу – многие считают так ! Поэтому я прошу вас принять от меня этот подарок – он достал из кармана портсигар с пятью черными камнями в виде креста в центре и протянул мне.

– А не жалко ? – Нет, не жалко. Вы ведь, как я понял, вращаетесь в таких высотах… А там те еще гиены… У меня же он мог просто пропасть – вы же говорили, что меня должны были убить. Он может попасть к врагу, что еще страшнее. А у вас он будет в целости и принесет больше пользы. Я протянул руку и взял портсигар. ГЕНЕРАТОР ПОДЧИНЕНИЯ - сообщил мне голос. Изготавливались тайно дворфами по заказу клонов. Редкость. Создает вокруг человека, вступающего в контакт с владельцем генератора поле, гасящее магическую энергию и снимающее блокаду с контроля за выражением чувств и мыслей. Однако ! – Спасибо Леонид Григорьевич ! Отдарюсь при случае. – Пустое. Я рад, что он нашел достойного владельца…

Вернулся под вечер на базу и сразу получил неприятное сообщение от охраны – на озере появился небольшой моторный катер с немцами. Прошелся вдоль одного берега, вдоль второго… Купальню нашу не заметил – я усилил маскировку, но все равно – нас искали, искали повсюду. На карте захваченных немцами земель оставалось все меньше "белых", необследованных пятен. А Полесье – одно из главных: жаль, но придется уходить. А так не хочется – сколько связано с этим местом хороших воспоминаний и… плохих… Вытянул стажеров с уловом, новую колонну пленных, раскидал по специальностям и… оп – па – обнаружил… двоих засланцев из абвера. Проводить дознание не стал - и настроения нет и сведения ни к чему, да и хлопцы из западенцев – насквозь не наши. Вывел за пределы базы да и пристрелил.

– Леший ! – позвал я собутыльника. Приятель вышел из угла хмурый. – Новость знаешь ? – Принесла их нелегкая… Значит уходишь ? Может сказать Водяному – пусть утопит их к ихней то матери ! – Так новых пришлют, еще глазастее. Или хуже того – нашлют бомберы, те и начнут бомбить по площадям – этого добра у них хватает, наши олухи еще добавили… - пробурчал я.
– Так что хочешь – не хочешь, а сниматься придется… - И не посидим с тобой – вздохнул Леший. – Так не сегодня же снимаемся – может завтра – с прищуром глянул на него. Лешего аж передернуло: