Чтение онлайн

Но не отступим, останемся здесь, отразим нападенье!"

Ей на это сказал шлемоблещущий Гектор великий:

"Ты мне и прежде всегда, Деифоб, наиболее милым

Был между братьев, которых родили Приам и Гекуба.

235 Нынче же больше еще я тебя уважать начинаю:

Ради меня ты один лишь посмел, увидавши глазами,

Выйти наружу из стен. Другие же там остаются!"

Снова сказала ему совоокая дева Афина:

"Милый! Отец и почтенная мать меня много молили,

240 Мне обнимая колени; товарищи тоже молили

Там оставаться: таким они все преисполнены страхом!

Но за стенами терзался мой дух несказанным страданьем.

Ну же, так прямо вперед! Сразимся скорей! И на копья

Скупы не будем! Посмотрим, чем кончится: нас ли с тобою

245 Он умертвит и снесет доспехи кровавые наши

К полым судам, или ты усмиришь его пикой своею!"

Так сказавши, коварно его повела за собою.

После того как, идя друг на друга, сошлись они близко,

Первым Пелиду сказал шлемоблещущий Гектор великий:

250 "Больше, Пелид, от тебя я не буду бежать, как доселе!

Трижды я город Приама кругом обежал, не дерзая

Встретить тебя в нападенье. Теперь же мой дух повелел мне

Стать и с тобою сразиться, - убью ли, иль буду убит я.

Но привлечем, предлагаю, богов во свидетели. Боги

255 Смогут лучше всего блюсти и хранить договор наш.

Тело твое не предам я бесчестью ужасному, если

Зевс мне победу пошлет и душу твою я исторгну.

Славные только доспехи с тебя, Ахиллес, совлеку я,

Тело ж ахейцам обратно верну. Поступить тебе так же".

260 Грозно взглянув на него, отвечал Ахиллес быстроногий:

"Гектор, навек ненавистный, оставь говорить об условьях!

Как невозможны меж львов и людей нерушимые клятвы,

Как меж волков и ягнят никогда не бывает согласья,

Друг против друга всегда только злое они замышляют.

265 Так и меж нас невозможна любовь; никаких договоров

Быть между нами не может, покуда один, распростертый,

Кровью своей не насытит Ареса, бойца-щитоносца.

Все добродетели вспомни: ты нынче особенно должен

Быть копьеборцем искусным и воином с духом бесстрашным.

270 Бегства тебе уже нет. Мгновенно Паллада-Афина

Пикой моею тебя усмирит. Целиком ты заплатишь

Нынче за горе мое по друзьям, перебитым тобою!"

Так он сказал и, взмахнув, послал длиннотенную пику,

Но, уследивши ее, увернулся блистательный Гектор,

275 Быстро пригнулся к земле, и пика, над ним пролетевши,

В землю вонзилась. Афина, подняв ее, вмиг возвратила

Сыну Пелееву, тайно от Гектора, пастыря войска.

Гектор на это сказал безупречному сыну Пелея:

"Ты промахнулся! Как видно, Пелид, на бессмертных похожий,

280 Не через Зевса узнал ты мой жребий, о чем говорил мне.

Просто болтал ты, речами меня обмануть домогаясь,

Чтобы, тебя испугавшись, про силу и храбрость забыл я!

Не побегу от тебя, не в спину ты пику мне всадишь!

Прямо навстречу иду! Пронзай меня в грудь, если только

285 Даст тебе бог. А пока берегися и ты моей пики!

О, если б в тело свое ты всю целиком ее принял!

Легче бы стала со смертью твоею война для троянцев,

Ибо для всех их являешься ты величайшей бедою!"

Так он сказал и, взмахнув, метнул длиннотенную пику.

290 Не промахнулся, в средину щита Ахиллеса ударил,

Но далеко от щита отскочила она. Огорчился

Гектор, увидев, что пика без пользы из рук излетела.

Остановился, потупясь: копья не имел он другого.

Громко тогда белощитному он закричал Деифобу,

295 Чтобы копье ему дал. Но того уже не было подле.

Все тогда Гектор в уме своем понял и так себе молвил:

"Горе мне! К смерти, как вижу я, боги меня призывают!

Я полагал, что герой Деифоб близ меня находился,

Он же внутри, за стеной, а меня обманула Афина!

300 Близко теперь предо мною зловещая смерть, ке далеко!

Не убежать от нее! Уж давно это стало угодней

Зевсу и сыну его Дальновержцу, которые раньше

Мне помогали всегда. Сегодня судьба настигает!

Не без борьбы я, однако, погибель приму, не без славы!

305 Сделаю дело большое, чтоб знали о нем и потомки!"

Так произнес он и, выхватив меч свой, остро отточенный,

Крепкий, огромный, который висел на бедре его мощном,

Ринулся, сжавшись в комок, как орел, на высотах парящий,

Если сквозь темные тучи он падает вдруг на равнину,

310 Нежного чтобы ягненка схватить иль трусливого зайца.

Так же ринулся Гектор, мечом отточенным махая.

И Ахиллес устремился, наполнивши бурною силой

Дух свой. Сработанным прочно щитом прикрывал себе грудь он, -

Дивным на вид. На его голове колебался блестящий

315 Четырехгребенный шлем, золотые над ним развевались

Волосы, в крепких гребнях укрепленные густо Гефестом.

Как между звезд остальных средь мрака ночного сияет

Геспер, которого в небе звезды не найдется прекрасней,

Так острие на пелидовой пике сияло. Ее он

320 Правой рукою качал и глядел, замышляя худое,

Не обнажится ли где прекрасное Гектора тело.

Все его тело однако скрывалось под медным доспехом,

Славным, который он добыл, убивши патроклову силу.

В том только месте, где шею от плеч отделяют ключицы,

325 Горло белело его; для души там быстрейшая гибель.

В это-то место копьем Ахиллес богоравный ударил,

И через нежную шею насквозь острие пробежало.

Ясень ему меднотяжкий гортани однако не пробил,

Чтобы с Пелидом он мог, говоря, обменяться словами.

330 В пыль опрокинулся он. И вскричал Ахиллес, торжествуя: