Чтение онлайн

Глава 6

Ресторан для пассажиров первого класса вмещал больше четырехсот человек и поражал великолепием итальянского палаццо. Бесконечные колонны гордо поднимались к потолку, украшенному белой и золотой лепниной. Длинные столы покрывали белоснежные скатерти, а на них стояли серебряные и фарфоровые предметы сервировки с монограммами компании Кунарда. Вращающиеся кресла, обитые голубым бархатом, позволяли пассажирам со всеми удобствами ждать заказанных блюд.

Кабинки вдоль стен зала отделялись друг от друга ширмами и зеркалами. Меня нисколько не удивило, что после того как Адам назвал имя профессора Линвуда, официант провел нас к одной из них.

Очевидно, профессор был все же достаточно заметной фигурой среди пассажиров, чтобы иметь право на отдельный столик. Я порадовалась, что его неудачи не сумели полностью отразиться на его репутации выдающегося физика. В данных обстоятельствах его давняя дружба с отцом показалась мне поистине благословением Божиим, и я благодарно улыбнулась, когда он поднялся приветствуя нас.

Когда он увидел меня в кремовом вечернем платье, его голубые глаза блеснули, а кустистые брови поднялись. Портниха уверяла, что платье выгодно подчеркивает тонкость моей талии и белизну плеч. Я впервые надела его и оттого чувствовала себя неловко. Однако это продолжалось лишь до тех пор, пока я не огляделась по сторонам и не увидела, что другие женщины тоже одеты в шелка и атлас. Большинство дам были замысловато причесаны, волосы их для пышности дополняли шиньоны, и все это венчали перья и драгоценности. Моих же собственных волос с лихвой хватило бы на то, чтобы сделать высокую прическу и вдобавок еще распустить часть их по плечам. Но помня недавнюю сцену в каюте, я умышленно зачесала их наверх.

– Добрый вечер, Шарлотта... Адам. Разрешите представить вам мою племянницу Памелу и племянника Ларри.

Черноволосая женщина кивнула, бросив на меня скорее пристальный, нежели дружелюбный взгляд. Ее изящную шею украшала нить мелкого жемчуга. На лице выделялись глаза - большие и темные. Четко очерченные скулы и тонкий прямой нос говорили об аристократическом происхождении.

У меня создалось впечатление, что на всех людей она смотрит свысока, и я не явилась исключением из правила. Лишь мрачная красота Адама зажгла в ее глазах огонек интереса. Без сомнения, она была женщиной, привыкшей получать желаемое. И у меня мелькнула мысль, что было бы любопытно посмотреть, как Адам справится с ситуацией, если Памела обратит на него внимание.

В противоположность ей брат был невысок, со светло-каштановыми волосами и почти квадратным лицом. Но зато он сразу понравился мне улыбкой - дружеской и застенчивой одновременно.

– Приятно познакомиться с вами, Шарлотта. Дядя постоянно рассказывает нам о своей жизни в Оксфорде. Очевидно, он был очень дружен с вашим отцом.

Как только мы уселись за стол, Памела заметила:

– Дядя сказал, что вы молодожены, поэтому я подумала, что вы предпочли бы поужинать отдельно.

Я тотчас поняла, какая беда нам грозит. Эта дама была из тех, кто обожает срывать покровы с тайн и выведывать секреты. Несмотря на мое стремление разоблачить Адама Демореста, внезапно я осознала, как это было бы опасно. Что ж, если благополучие отца зависит от того, насколько хорошо я сумею справиться с ролью жены этого негодяя, то мне придется постараться. И я ответила как могла - спокойно и невозмутимо:

– Я очень обрадовалась, что такой старый друг моего отца, как ваш дядя, находится на борту.., поэтому захотела, чтобы Адам тоже разделил его компанию.
– Первая часть моей сентенции - чистая правда, подумала я и обрадовалась, что мой голос прозвучал достаточно естественно.

– Счастлив познакомиться со столь славным семейством, - добавил Адам. Ларри рассмеялся.

– Боюсь, что не все члены семейства Линвуд подходят под это определение. Из всех нас известности добился только дядя Алекс. Мой отец сумел лишь потерять свою долю наследства после неудачных инвестиций.

– Ларри!
– резко оборвала его сестра.
– Уверена, что не всех интересуют наши семейные предания.
– Она повернулась к дяде.
– Надеюсь, вы не станете возражать, если я приглашу к нашему столу Фредерика Хейнлина... Помните, он сопровождал леди Алмсбери в прошлом году, когда мы ездили на Цейлон.

– По-моему, он тебе понравился, сестричка, - поддразнил ее Ларри.
– Я видел, как ты смотрела на него хищным взглядом.

– Не смеши меня!

– Ну, дети, - вмешался профессор.
– Прошу вас, не впутывайте нас в ваши глупые ссоры. Конечно, не возражаем, Памела. Я хочу, чтобы это путешествие было приятным для всех. Ну а теперь позвольте провозгласить тост за молодоженов.
– И, улыбнувшись нам, он поднял бокал.
– За Шарлотту и Адама... Желаем им счастья.

Ну что ж, за это вполне можно выпить, подумала я. Правда, моя интерпретация тоста несколько отличалась от профессорской. Дело в том, что он не произнес одного слова - слова "совместного".

В этот момент к нам подошел приятель Памелы, и я изумилась, увидев юного блондина. Если ей, на мой взгляд, исполнилось около тридцати, то ему не больше двадцати пяти. Это был высокий, стройный и довольно красивый молодой человек.

– Очень рад.
– Когда он целовал мне руку, его усы пощекотали мою кожу. Зовите меня Фредди.

Во взгляде, который он бросил на меня, я почувствовала восхищение и не могла не заметить, что это не слишком понравилось Памеле. Мне безумно захотелось расхохотаться и подмигнуть юноше. Его присутствие за нашим столом было подобно шампанскому - слегка ударяло в голову, но не давало забыться полностью. Фредди был торговым агентом немецкой часовой фирмы, и я нисколько не сомневалась в том, что он с легкостью сходится с людьми, что, безусловно, помогает ему находить как новых клиентов, так и приятных компаньонов на время поездок.

Еда была превосходной. На закуску нам подали паштет из дичи, затем французский луковый суп, салат, а потом фирменное блюдо - телятину, тушенную в оливковом масле. Овощи прихотливо прятались под густым соусом. Все было так же вкусно, как и десерт, принесенный на огромном подносе под конец трапезы.

Я от души смеялась над забавными историями Фредди и анекдотами профессора. Однако, увидев непроницаемое лицо Адама, почувствовала себя невероятно скверно, хотя он чрезвычайно старательно играл роль заботливого мужа, то и дело спрашивая меня:

– Еще шампанского?.. Превосходный соус, не правда ли?.. Милая, хочешь чего-нибудь на десерт?
– И если я слишком резко отказывалась, предостерегающе смотрел на меня своими серыми глазами.

Я позволила ему поведать присутствующим трогательную и насквозь лживую историю нашего романа и обнаружила, что внимательно прислушиваюсь к его ответам на вопросы профессора, касающимся профессиональной карьеры и прошлого. Не знаю, было ли его заявления о том, что он рос в Бостоне в семье выдающегося врача, такой же выдумкой, как и рассказ о нашей женитьбе, и действительно ли он учился в Гарвардской юридической школе, но находясь посреди океана, невозможно было проверить ничего из сказанного им. Адам прекрасно знал это, и его наглость доводила меня до белого каления.

Я ничего не забыла - ни то, как, лаская, он распустил мои волосы, ни то, как потом сказал:

"Ты тоже виновата в этом" и разозлился из-за случившегося. Но все же не так сильно, как я. Даже теперь при воспоминании о происшедшем в каюте кровь прилила к моему лицу.

Я опустила глаза и поднесла к губам салфетку, но через мгновение обнаружила, что на меня в упор смотрит Фредди Хейнлин. Безусловно, он заметил румянец на моих щеках и понял, что тот вызван какой-то смутившей меня мыслью.