Чтение онлайн

— Боитесь? Чего? Ах, да, понятно, вы такая же, как моя мама, тоже думаете, что его дети — чудовища. Никогда ее не прощу за то, что она сделала. Вам рассказывали о нас?

— Да, я все знаю.

— И ваш ребенок не простит, если вы его убьете, — очень серьезно сказала Ира. — Не берите грех на душу. Вас как зовут?

— Зоя.

— Вы давно... с ним?

— Меньше года.

— Бедная вы, бедная.

Ира осторожно взяла ее за руку и неловко погладила.

— Не бойтесь ничего, Зоя. Рожайте. А я вам помогу.

— Чем же вы мне поможете? — горько усмехнулась Зоя. — Вы сами нуждаетесь в помощи.

— Ни в чем я не нуждаюсь, — внезапно огрызнулась девушка. — Мне никто не нужен, я сама справлюсь. А если вам будет трудно с маленьким, я помогу. Может, у него будут те же болезни, что и у меня и моих младших, так я вам подскажу, что и как. Вы на меня не смотрите, я такая страшная и необразованная, но ваш ребенок будет другим. Вы бы видели мою Натку! Она такая красавица, прямо кинозвезда. И умница, очень талантливая. Вы тоже сможете гордиться своим ребенком. И не думайте ни о чем плохом.

— Зачем вы меня уговариваете? — устало спросила Зоя. — Что вам с этого?

— Пожалуйста, — Ира умоляюще заглянула ей в лицо, — пусть ваш ребенок родится. У меня ведь совсем никого нет...

Внезапно Зоя поняла ее. Эта девочка так одинока, и она, пусть неловко, пытается создать хотя бы видимость семьи. Потому и предлагает Зое свою помощь. У Иры и будущего ребенка общий отец, значит, они, хоть и наполовину, но все-таки родные. И Зоя — мать этого ребенка, тоже почти родственница. Ире так хочется, чтобы ее семья состояла не только из беспомощных инвалидов, о которых надо постоянно заботиться. Ей хочется нормальной жизни, хочется, чтобы ей звонили по телефону и приходили в гости и чтобы ей тоже было куда прийти в праздник или в день рождения. Прийти не в больницу, а в обычный дом, подарить подарок и сесть за празднично накрытый стол. Ташков рассказывал, что его коллега, решая какие-то свои задачи, познакомился с Ирой, поманил ее иллюзией теплых человеческих отношений, потом погиб. Но даже если бы не погиб, у них все равно ничего не вышло бы, потому что для него это была только работа. Связь, вызванная служебной необходимостью. Бедная девочка.

Зоя решительно поднялась со скамейки.

— Спасибо вам, Ира.

— За что?

— За утешение, за то, что помощь предложили. Вы очень славный человек. Пусть у вас все будет хорошо.

— Значит, вы не передумали насчет ребенка? Не будете рожать?

— Не знаю. Я ничего не знаю. Простите меня. До свидания. Она повернулась и быстро пошла к выходу с платформы.

Аякс любил устраивать свое жилище со вкусом и комфортом. Он уже давно понял, что нет смысла злиться и раздражаться от того, что тебе что-то не нравится или что-то не устраивает, если есть такая замечательная вещь, как деньги. Деньги могут решить любую проблему и устранить любое неудобство. Поэтому свою московскую квартиру он обустраивал терпеливо и любовно, делая все по собственному вкусу, а потом принялся за дачу. Сейчас и квартира, и дача полностью отвечали его высоким требованиям, и Аякс с комфортом проводил время как в Москве, так и за городом. Он был прекрасным семьянином, нежно любил жену и сына и обожал свою мать, которая постоянно жила как раз на теплой благоустроенной даче и к которой он с огромным удовольствием ездил. Мать никогда не была в курсе того, чем занимались ее покойный муж и единственный сын, а достаток воспринимала как доказательство того, что ее мальчик смог успешно адаптироваться в новых экономических условиях.

Если оставить в стороне происламский криминальный промысел Аякса, то в целом он был человеком приятным во всех отношениях, имел множество друзей-приятелей, а также людей, которым делал разные одолжения и которые считали себя обязанными ему. Глядя на его улыбчивое лицо и веселые глаза, никому и в голову не пришло бы, что этот человек хладнокровно отдает приказы об убийствах, а двух молодых девушек, наделенных необычайными способностями, цинично рассматривает всего лишь как товар, который нужно «хорошо показать», чтобы выгодно продать.

Отправив жену с сыном на три недели во Францию, на Лазурный берег, Аякс все это время приезжал каждый день к матери на дачу, где его ждал горячий вкусный ужин, длинный теплый вечер с неспешными разговорами на открытой веранде и чай с неизменным вишневым вареньем, которое Аякс любил с самого детства. Сегодня он тоже был здесь, и они с матерью уже приступили к традиционному чаепитию, когда огромная овчарка, до того смирно лежавшая у ног хозяина, вдруг поднялась и нервно зашевелила ушами.

— Грета беспокоится, — заметила мать. — Опять, наверное, кто-то отирается возле калитки.

— Я посмотрю, — Аякс поднялся и накинул на плечи легкую куртку. Пойдем, Грета, проверим, кто это там бродит. В сопровождении овчарки он подошел к калитке и сразу увидел гостя, который с безразличным видом оглядывал окрестности.

— Ищете кого-нибудь? — добродушно спросил Аякс, не выходя за ограду.

Вопрос был задан для проформы, потому что гостя он знал в лицо. Этот человек неоднократно выступал связником между Аяксом и чеченцами.

— Вам просили передать: через три дня начнутся боевые действия, и может понадобиться приют в горах.

— Хорошо, я понял. Что-нибудь еще?

— Больше ничего.

Аякс не спеша зашагал обратно в сторону дома. Грета трусила рядом с ним, то и дело недовольно оглядываясь на то место, где только что стоял чужой.

Значит, через три дня в Чечне начнутся интенсивные бои И если кто-то из руководителей оппозиции или влиятельных командиров будет ранен, его отправят в карпатскую усадьбу, где люди Аякса обеспечат высококвалифицированную медицинскую помощь и надлежащий уход в обстановке полной безопасности. Для этих целей, собственно, и была год назад арендована усадьба. В Карпатах полно маленьких аэродромов, где можно посадить самолет с раненым, а все организационные вопросы держит под контролем полковник Уциев, всю жизнь прослуживший в Закарпатском военном округе и имеющий там сильные коррумпированные связи. В усадьбу завезено новейшее оборудование, там прекрасная операционная и напичканная электроникой палата интенсивной терапии, там на ноги поставят человека с самыми безнадежными травмами, лишь бы он был жив. И срочная переброска врачей тоже была отлажена, и врачи эти были заранее подобраны и готовы в любую секунду ехать на аэродром. Уж сколько раз бывало, что официально сообщается о гибели какого-нибудь деятеля в период военных действий в Чечне, а через полгодика он появляется на арене собственной персоной живой и здоровый. И никто не может сообразить, где же он был эти полгода и почему прошла информация о его гибели, а сам воскресший только многозначительно улыбается и произносит скупые слова о воле Аллаха.

Через три дня. Это значит, что через три дня в усадьбе не должно остаться никого из посторонних. Ни Наташи, ни Асланбека Уциева, сына того полковника, ни врача-иранца. Только Василий и медсестра Надя. Ну и охрана, разумеется. Дело надо завершать в течение этих трех дней.

— Кто там был, сынок? — озабоченно спросила мать, когда Аякс поднялся на крыльцо.

— Мужик какой-то заблудился, дорогу к станции спрашивал. Мама, давай еще чайку сделаем, этот остыл уже.

— Я сейчас подогрею чайник, — с готовностью поднялась она.

— Сиди, сиди, — Аякс тепло улыбнулся, — я сам. Заодно и Грете корм насыплю. Пойдем-ка, девочка, — он потрепал овчарку между ушами, отчего та сладко зажмурилась, — пойдем к миске.

Выйдя на кухню, он плотно притворил за собой дверь, зажег газ на плите, налил в чайник воды и достал из кармана трубку сотового телефона.

— Свяжитесь с Поллуксом, — вполголоса произнес он, — и передайте, что эксперты могут приехать в течение трех дней. Вы поняли? В течение трех дней, не больше. После этого пусть не приезжают. Через три дня контрольный экспонат будет уничтожен.

Грета с недоумением и обидой смотрела на хозяина, который произнес заветное слово «миска», а сам и не думает ничего в эту самую миску насыпать. Зачем звал? Стоит посреди кухни, говорит в таинственную черную коробочку какие-то непонятные слова и даже не посмотрит в ту сторону, где лежит яркий пакет, из которого обычно высыпаются такие вкусные, чуть солоноватые кусочки корма. Лучше бы она осталась со старой хозяйкой, та хоть и не такая любимая, как хозяин, зато добрая, всегда дает со стола что-нибудь вкусненькое.