Чтение онлайн

В храме было прохладно. Молодая женщина поежилась, открывая лицо. Полумрак развеялся, и она вглядывалась в убранстсво храма, похожее на убранство привычных ей храмов. Не было статуй святых, но Аделаида не придала этому значения. Ей хватило изображения Христа, котораый смотрел на нее с алтаря добрым и понимающим взглядом. Пробежав до самого конца прохода она упала на колени и разрыдалась. Кто этот новый Христос? Как жить, отрекаясь от прошлого и от дорогих людей, как жить зная, что после смерти никогда не встретишь их? Аделаида вспомнила свою подругу сестру Маргариту, и слезы потекли с удвоенной силой. Как ей не хватало ее советов! Как ей не хватало ее тихого доброго голоса! Маргарита удержала бы ее от шага в бездну... Но Маргариты не было рядом.

— Ты страдаешь, дочь моя...

Перед ней стоял священник. Аделаида подняла голову, пытаясь разглядеть на его лбу рога. Но лоб священника был чист, а глаза смотрели с сочувствием. Он был стар, сед и чуть горбился, но никаких признаков Сатаны не было в его чертах.

— Я хочу стать англиканкой, — сказала она тихо.

Священник радостно вспыхнул.

— Это верное и прекрасное решение, дочь моя, — проговорил он, подавая ей руку и помогая подняться, — что бы ни вело тебя сейчас, это верный путь к спасению...

Аделаида так не считала, но промолчала. Она шла в ад, и английский священник показывал ей путь. Смотря на его седины, ей было легче ступать по этому пути. Он был добр. Возможно ли, чтобы в ад вела сама доброта?

Спустя час Аделаида вышла из храма совершенно разбитой и безумно уставшей. Больше у нее не было прошлого. Она была одна в этом мире. Но, возможно, она заслужила будущее. И, возможно, ее новый Бог даст ей ребенка от сэра Джейсона Линна. Возможно... если она постарается принять Его, и станет усердно молиться, замаливая самый страшный грех. Предательство.

...

Сэр Джейсон пришел как всегда, вечером. Аделаида вышла его встретить, не зная, как себя с ним вести. Она была чиста. Рауль стал прошлым, и никогда больше не должен оставаться в ее сердце. Он больше ей не муж. Он больше не имеет на нее прав. Он...

— Вы так печальны, леди Аделаида, — сэр Джейсон склонился к ее руке, видимо, чувствуя неловкость и не зная, что говорить.

— Я была в церкви, — отозвалась она.

— Вы выезжали без меня?

Сэр Джейсон нахмурил брови. Аделаида смотрела на него, пытаясь понять, сможет ли любить его хотя бы так же, как любила Реми, раз уж не сможет перенести на него ту страсть, что до сих пор овладевала ею, стоило ей вспомнить о Рауле. Сэр Джейсон запретил ей выходить из дома без него, но она легко его ослушалась, хотя не могла бы себе позовлить подобного, когда мужем ее был Рауль де Санлери. Будет ли она уважать его, ценить? Или он навсегда останется для нее хорошим другом? Просто другом, с которым она свяжет свою судьбу перед распятием в своем новом храме. В том, что ведет ее в будущее, в ад.

— Я приняла вашу веру.

Глаза их встретились. Казалось, сэр Джейсон не понимал, что проихсодит, или делал вид, что не понимает.

— Зачем? — спросил он.

Аделаида усмехнулась, потом сама взяла его за руку и шагнула вперед, ничего больше не боясь. Самое страшное с ней уже произошло, и бояться больше нечего.

— Я сменила веру, чтобы стать вашей женой сэр Джейсон, — прошептала она, касаясь пальцами его плеча.

Он вздрогнул от этого прикосновения. А потом их губы слились в поцелуе, и Аделаидиа постаралась забыть о Рауле, который, казалось, усмехался ей в спину.

Ничем она не лучше его.

Возможно, даже хуже.

Свадьба не была радостной. Сэр Джейсон летел к Аделаиде, будто у него выросли крылья, а увидел посреди холла не счастливую невесту, а совершенно несчастную женщину. Было видно, что всю ночь она прорыдала, и что замуж за него ее толкают какие-то обстоятельства, а никак не желание связать с ним жизнь. Белое платье ее было украшено голубыми и розовыми цветами, а на голову Аделаида надела венок из этих же цветов. Но в глазах ее стояли слезы, и сэр Джейсон почувствовал себя насильником, который заставляет невинного ангела сойти в ад.

— Аделаида...

Он замер перед ней, вдруг осознав, что ничего не знает об этой женщине, кроме имени. Да и в имени он уже засомневался. Возможно, она придумала его, соврала, ведь за все время знакомства она ничего не рассказывала о себе. Он знал только, что она была замужем и что не сможет иметь детей. Что за трагедия стояла за этими словами? И смеет ли он жениться на ней, если она так этого не хочет? Смеет ли он коснуться ее, если это вызывает слезы на ее лице?

— Я готова, сэр Джейсон, — сказала она тихо, будто прошелестела, но не сдвинулась с места.

Он стоял перед ней совершенно растерянный. По щеке ее сползла слезинка, будто он готов был вести ее на казнь, а не в церковь, и ожидала ее плаха, а не алтарь.

— Аделаида...

Она чуть улыбнулась. От ее улыбки у него защемило сердце, и он опустился на одно колено, боясь даже коснуться ее руки.

— Аделаида, если вы не желаете, боитесь или... или просто не хотите этого, я готов забрать назад свои слова. Я отвезу вас туда, куда вы пожелаете.

Взгляды их встретились. Аделаида смотрела прямо, и в уголках ее глаз сияли слезы.

— Мне никуда не надо, сэр Джейсон, — сказала она, — и нет места, где меня ждут.

— Если вы не хотите быть моей женой, если я не нравлюсь вам, скажите об этом. — он опустил голову, со страхом ожидая ее ответа.

— Вы нравитесь мне, — сказала она, шагнула вперед и положила руку ему на плечо, заствив вздрогнуть и поднять на нее глаза, — вы хороший человек, сэр Джейсон, и я благодарна вам... за все.

Слеза снова потелка по нежной щеке, и он готов был на любые страдания, только бы прекратить это. Не так он представлял свою невесту в день свадьбы. Весь ужас был в том, что с тех пор, как он увидел Аделаиду де Ле Дор, он никого больше не представлял в роли своей невесты.

— Я обещаю быть вам хорошим мужем, Аделаида, — сказал он тихо, — я обещаю, что вы не будете плакать из-за меня.

Она помолчала, потом сжала пальцами его плечо.

— Я плачу не из-за вас, сэр Джейсон, — был ответ, — я совершаю самый страшный грех, и не могу иначе.

— Грех? — он поднял голову.

— Не просите объяснить, — Аделаида чуть отступила, но он схватил ее за руку и удержал рядом с собой, не давая сбежать.

— Мне не нужны объяснения, не говорите ничего!

Что же произошло с этой женщиной в прошлом? О каких грехах говорит она, о чем плачет? Сэр Джейсон мечтал быть частью ее, знать о ней все! Он готов простить ей любой грех! Но Аделаида не допускала его до себя, говорила загадками и даже свадьба теперь казалась ему актом насилия над ее волей, над ее душой... Рука ее была в его руке, и он поднес ее к губам, боясь, что Аделаида не позволит ему и этого. Но она не отняла руки, наоборот, провела второй по его волосам.

— Нам нужно идти, сэр Джейсон, — сказала она тихо.

— Вы не отказываете мне? — спросил он.

Она покачала головой.

— Нет, конечно.

В церковь они прибыли с опозданием и пришлось извиняться перед губернатором и его небольшим двором. Однако увидев невесту, бледную, но улыбающуюся, и такую красивую, что захватывало дух, гости переполошились и начали шептаться между собой. Сэр Джейсон приободрился, понимая, что все находящиеся в церкви мужчины ему завидуют. Аделаида вопреки его ожиданиям держалась спокойно, она явно умела вести себя с представителями высших слоев общества. Она подала руку губернатору, который был посаженным отцом, вежливо ответила его супруге, улыбнулась, засияв глазами, сдержанно и скромно говорила с гостями. Зря сэр Джейсон переживал, что она растеряется перед такими особами. Нет, в прошлом Аделаида явно не вела замкнутый образ жизни, и общением с губернатором ее было не удивить. Кто она? Уверен ли он, что правильно поступает, женясь на незнакомке? Но отказаться от брака с ней он не мог, физически не мог, понимая, что просто не сможет жить, если не будет видеть ее каждый день. Аделаида была необходима ему, как воздух, и он готов был жениться на ней даже если бы на рассвете его казнили за этот шаг.