Чтение онлайн

О своем привилегированном праве на власть (халифат) Имам говорит и во многих других случаях, жалуясь Господу на несправедливость курайшитов и их приспешников. Так, в хутбе «Шикшикийа» [76] он поднимает вопрос о способности и мудрости:

«Нет, клянусь Аллахом, некто сам себя облек в одежды халифа, зная, что мое место по отношению к этой должности подобно оси по отношению к мельнице. Вода науки и познания падает с меня потоком, и птица мысли человечества не долетает до меня» [77] .

В ответ на аргументы переселенцев из Мекки (мухаджирун), которые ссылались на свою принадлежность к числу сподвижников Пророка и к племени Курайш, Его Святость напоминает о своем родстве с Пророком и выступает с острой критикой действий трех халифов – Абу Бакра, ‘Умара и ‘Усмана. Критика имама ‘Али в адрес Абу Бакра основана на том, что ‘Али более достоин поста халифа. Следовательно, почему же Абу Бакр облек себя в одежды халифа и даже назначил халифом после себя другого человека? А критика Имамом ‘Умара касается узурпаторского характера его власти, духовного и нравственного состояния, в том числе грубости, суетливости и часто повторяющихся ошибок с его стороны. В период правления ‘Усмана государство настолько погрязло в коррупции, что это подготовило почву для убийства халифа: хотя к этому делу имели определенное отношение и стремившиеся к власти приближенные ‘Усмана [78] , в том числе Му‘авийа [79] .

‘Али, несмотря на все эти неурядицы, предпочитал молчание и компромисс, не считая нужным хвататься за меч. Так, он говорил: «И я закрыл глаза, в которых была соринка (т. е. не пожелал воспользоваться их помощью и поддержкой), и пил, несмотря на приступ удушья, и терпел приступы стеснения в груди» [80] . В ответ на слова Абу Суфйана, пожелавшего под надуманным предлогом защиты ‘Али поднять смуту, Имам сказал: «О люди! Рассеките волны раздора ковчегом спасения, отвратитесь от пути гордыни и снимите короны превозношения» [81] .

Упрекая своего отважного мужа, Захра [82] сказала: «О сын Аби Талиба, почему ты притаился в углу комнаты? Ведь ты тот, от страха перед которым отважные мужи потеряли сон. А ныне ты проявляешь слабость перед жалкими людьми. Было бы лучше, если бы я умерла и не дожила до такого дня». ‘Али, нежно утешая ее, ответил: «Нет, я не изменился, я остался таким, каким был прежде. Но благоразумие требует иного подхода».

Значительная часть Нахдж ал-балага отведена проповедям, назиданиям и наставлению в житейской мудрости. Элементы проповеди в Нахдж ал-балага разнообразны. Они посвящены таким аспектам, как благочестие, упование на Аллаха, терпение, аскетизм, воздержание от приверженности к бренному миру, к его благам и пышности; воздержание от вожделения и праздности, от тенденциозности, угнетения и преследования людей. К ним относятся и такие проблемы, как поощрение благодеяния, любовь, необходимость поддержки угнетенных людей, защита слабых, а также поощрение стойкости и отваги, единства и солидарности, отказа от раздоров. Кроме того, в этой части указывается на необходимость учиться на примерах истории, люди призываются к размышлению, к аргументированным дискуссиям, говорится о неминуемости смерти, грядущей потусторонней жизни и о Судном дне.

Теперь приступим к разъяснению некоторых из этих понятий.

Благочестие, или богобоязненность (таква), означает воздержание, избегание и отчуждение. Праведность – это духовная сила, которая достигается в результате длительных упражнений; она укрепляет, защищает и насыщает дух. Поэтому праведность – это своего рода защищенность, а не ограничение. А отсутствие праведности обусловливается вожделениями. Его Святость по этому поводу изрек:

«Знайте же, рабы Аллаха, что благочестие есть крепость, надежно защищающая, а греховность – крепость разрушающаяся, людей своих не охраняющая и просящим убежище безопасность не предоставляющая. Нет же, благочестием жало грехов обрубается, а достоверной убежденностью конечная цель постигается» [83] .

«Истинно, благочестие – ключ к наставлению, поклажа на день возвращения, от всякого рабства освобождение, спасение от всякого уничтожения» [84] .

В Нахдж ал-балага считается, что между человеком и благочестием существуют взаимные обязательства: они оберегают друг друга. О взаимном оберегании человека и благочестия ‘Али говорит: «Им ото сна пробудитесь, в данном бдении по нему устремитесь, в сердцах своих его ощутите… Так берегите его и им себя оберегайте» [85] .

Аскетизм (зухд). В Нахдж ал-балага понятие аскетизма по количеству повторений стоит на втором месте, после благочестия. Аскетизм по смыслу равнозначен отречению от мира. Аскетизм обратно пропорционален страсти. Аскетизм означает безразличие и отречение, а страсть – притяжение и склонность. Безразличие бывает двух видов – природное и духовное. Природное безразличие означает, что естество человека не склонно ни к чему, подобно естеству страждущего, который не желает употреблять пищу. А духовное, или рассудочное, или сердечное безразличие – это безразличие стремящегося к счастью и совершенству человека по отношению к вещам, которые привлекательны для его натуры. Его Святость по этому поводу изрек:

«О люди! Аскетизм – это обуздание (слишком высоких) надежд, и благодарность за благодеяния, и отвращение при виде запретного» [86] .

«Весь аскетизм заключается меж двух слов из Корана, – сказал Аллах, Преславен Он, – дабы не печалились об утраченном и не радовались об обретенном» (ал-Хадид 57: 23). «И кто об утраченном не печалится и об обретенном не радуется, тот объял аскетизм с обеих сторон» [87] .

Следовательно, аскетизм – это духовное состояние, а аскет в силу своих духовных и эсхатологических привязанностей к внешним материальным проявлениям жизни безразличен. Данное безразличие заложено не только в мыслях, рассуждениях, чувствах и сердечных привязанностях – аскет и на практике проявляет простоту и скромность, избегая всякой пышности и помпезности.

Следует обратить внимание на то, что ислам выступает против монашества и отказа от мирских благ и считает эти качества несовместимыми со своим мировоззрением. Монашество – это отстранение от людей и стремление к индивидуальным молитвам. И на основе мысли о том, что дела дольнего и горнего миров отделены друг от друга, следует или стремиться к воздержанию и аскетизму, или избрать путь праздной и сытой жизни. Но исламский аскетизм, выступая сторонником простой жизни и отказа от пышности и сладострастия, вместе с тем находится внутри потока жизни и в центре социальных связей. Исламский аскетизм зиждется на трех основных столпах, или принципах:

а) Получение материальной выгоды от мира, от его физических и природных благ не является единственным фактором обретения благоденствия и счастья.

б) Судьба и счастье индивида неотделимы от судьбы и счастья общества.

в) Дух, находясь в состоянии своего рода единства с телом, тем не менее, обладает большей степенью подлинности, чем тело; и больше, чем тело, нуждается в питании, очищении и укреплении.

Следовательно, выяснилось, что ислам призывает к аскетизму (зухд) и осуждает монашество (рахбанийат). Аскет и монах – оба избегают сладострастия и удовольствий, но с той разницей, что монах считает общество и общественные обязательства частью предосудительных и низменных, мирских и материальных деяний и избегает их, уединяясь в монастырях или в горных скиниях, а аскет обращает лицо к социуму, к диктуемым обществом обязанностям, обязательствам и нормам. Разница в образе действий аскета и монаха кроется в присущих им мировоззрениях. Философия аскетизма основана на альтруизме (признании превосходства интересов других людей над собственными интересами), сочувствии, практическом соучастии в горе обездоленных и несчастных, на свободе и свободолюбии, на пользовании духовными и нравственными благами [88] .