Чтение онлайн

Откинув одеяло, я смутилась собственной наготы, и заозиралась в поисках хоть какой-нибудь одежды в маленькой комнатке, где умещалась только кровать, и небольшая тумбочка в углу. На ней я обнаружила оранжевый безразмерный балахон и нижнее белье, которое заставило грустно вздохнуть. Подобные штаны и майки носили только разве что древние упертые старушки, не хотевшие следовать моде. Ладно, другого выхода нет… не гордая я… Но как же у-у-ужа-а-асно!!!

Дверь было страшно открывать, но беспокойство за жизнь Гайяра, отца, подруг внутри буквально торопило меня, но ладонь, замершая на дверной ручке мелко подрагивало, а страх ледяными путами окутывал сердце. А вдруг… никто не выжил? С трудом сглатываю горький ком, вставший в горле и мотаю головой. Нет-нет, я не должна так думать! Нужно думать только о хорошем!

Резко распахиваю дверь, напряженно рассматривая длинный коридор из дерева, залитый солнечным светом. Ни души… И такая умиротворенная тишина, что невольно теряешься. Недавние мрачные события резко контрастировали со светом и уютом. Медленно подхожу к окну, словно боясь, и выглядываю. Я была на втором этаже и отсюда было хорошо виден небольшой фруктовый сад, за которым следовал огромный дремучий лес, разделенный голубой гладью озера. До уха донесся детский смех — ребятишки играли в догонялки в саду. Такие беззаботные, счастливые, что я невольно улыбнулась, с затаенной грустью вспоминая своих близнецов. Как они сейчас там? Хоть кто-нибудь присмотрит за этими непоседами? Присмотрит, даже если мы никогда не вернемся?

— Аовт, лазилр?

Испуганно резко оборачиваюсь, и натыкаюсь на такую же перепуганную маленькую девочку, которая отбежала от меня на несколько метров, и дрожа всем телом, едва слышно прошептала:

— Я… я ваш проводник…

— Ох, прости меня! Я не хотела напугать! — я делаю несколько глубоких вдохов, успокаивая свое колотящее сердце, а затем мягко улыбаюсь ей, — Как твое имя?

— Кеччи! — страх быстро уходит, сменяясь доверчивым взглядом. — Мама сказала, что я должна сопровождать вас и двух других девочек!

Девочки… Она говорит про моих подруг! Я прошу ее отвести меня к ним, и та с радостью показывает дорогу, при этом осыпая меня градом вопросов про внешний мир. Я пытаюсь рассказать про него, но выходило плохо.

Меня привели в такую же комнату, где я недавно очнулась, но на этот раз в кровати лежала Ника. После того, как Кеччи подтвердила, что моя подруга просто спит, я беспощадно растолкала целительницу, и о чем сразу пожалела, получив от нее ладонью по носу. До крови не дошло, но мои ругательва имели силу, и та моментально проснулась.

Пока та одевалась, я кратка рассказала, как меня вынесло порталом вместе с Гайяром прямо в небе. Нику же вынесло с Нортоном прямо в какое-то озеро, где их быстро нашли жители, и так же погрузили в сон.

Следующей была комната Саши. Демонесса к счастью, не пыталась отомстить мне, и, быстро сориентировавшись, уже через пару минут была готова. Правда, в отличие от Ники, пришлось упрашивать надеть нижнее белье, от которого та с презрением воротила нос.

Вот к мужчинам нам не удалось сразу попасть. Сначала девочка привела нас не большой зал, который был обедней, где сидели несколько женщин и мужчин. При нашем появлении они встали и почтительно чуть склонили головы. Мы с подругами недоуменно переглянулись, но последовали их примеру. Увы, их традиции мы не знали, и могли только повторять, надеясь, что делаем все правильно.

— Ты! — на меня указывает крючковатым пальцем старик с лысой головой и длинной седой бородой. Он был обращен все в тот же бесформенный оранжевый балахон, увешанный различными украшениями, а в руках держал посох, — Ты воплощение Дэрры?

Вздрагиваю от его вопроса, и напряженно замираю, прищуривая глаза. Как здесь относятся к Дэрре? Любят, или же ненавидят? Внимательно смотрю на женщин позади старика, и одна из них внезапно мягко улыбается, кивая головой.

— Вы правы, — осторожно отвечаю, — В прошлой жизни меня звали Дэррой. Вы знали ее?

— Мы не застали эти времена. — суровое выражение лица старика смягчается, — Ты уже покинула мир смертных, но дух Райана еще какое-то время был жив, когда основал наше племя. Мы хранители истины фениксов, помогаем им обретать вторую сущность.

Вот как, но это по крайне мере объясняет, почему я их не знаю. Вот только, дух Райяна был жив после смерти? Я не знала… Столько раз приходила на этот остров на его могилу, но ничего не почувствовала… Горько хмыкнула, качая головой, ощущая, как в груди на мгновение промелькнула боль из прошлого. Выбрал их, а не меня…

— Скажите, а где сейчас Райан? Что с ним? Он… жив?

Люди племени странно переглядываются между собой, и я чувствую, как в душе что-то с глухим звоном разбивается, и образуется пустота. Я опоздала… А теперь уже не имеет значения…

— О нет… — с ужасом выдохнула Саша, закрыв рот рукой, и одна из женщин поспешно замахала руками:

— Погодите вы, все мужчины живы!

Живы? Слава Святой Деве! Гайяр, папа, главное, что вы живы! Я шумно выдыхаю, с трудом сдерживая слезы облегчения, и слабо улыбаюсь, чувствуя слабость во всем теле. Они живы…

— Но не все так радужно. Нам проще вам показать. Идемте. — старик быстро, не смотря на возраст, покинул зал и зашагал по коридору.

Мы вместе с остальными последовали за ним, и вскоре вошли в просторную комнату, где я сразу ощутила мощную магию исцеления. В центре комнаты был нарисован алхимический круг, по краям которого сидело двое магов и вливали в него силу. Кровати были установлены в центре круга в форме трехлучевой звезды. Я сразу поспешила сначала к постели Гайяра, внимательно всматриваясь в каждую черточку его безмятежного спящего лица, и, не задерживаясь, сразу повернулась к отцу. Спокойное умиротворенное лицо… Святая Дева и жители племени, спасибо вам, что они живы!

— Мы исцелили их раны. — вновь заговорил старик, — Но не в силах исцелять сознание.

— Что с ними? — Ника хмурится, касаясь лба Гайяра, и раздраженно цокнула языком, чувствуя себя беспомощной без своей магии.

— Наш остров весьма непрост, и проникновение на его территорию всегда сопряжено с риском… для сознания. Все трое. — посохом указывает на мужчин, — Попали на остров весьма ослабленными, с когда смерть стала постепенно захватывать их тела… Их сознания сильно повреждено. Возможно, они больше никогда не очнутся.

— Но ведь существует способ спасти их? — по моей щеке стекает одинокая слеза, становится больно дышать. Мне страшно за жизни близких людей, невыносимо смотреть на их посеревшие лица.

— Да, но… — старик замялся, с неуверенностью оглядываясь на своих соплеменников, а затем понуро качнул головой, — Это настоящее самоубийство. Оттуда удалось вернуться только одному человеку…

Выслушав его, я молча прикрываю глаза, и беззвучно плачу. Даже сила полубога не поможет… Так горько, когда ты практически всемогуща, но не способна спасти близких.