Чтение онлайн

— Его русское прозвище, — ответил он. — Наталью зовут Наташа, меня Костя. Это используется, чтобы показать привязанность и близость.

— Я понимаю. — я скрестила руки на груди. — Она стала настоящей женщиной. Когда она возвращается в Москву?

— Скоро, — ответил Константин. — Она... сомневается.

Это меня удивило.

— Наталья? Сомневается? Не это обычно ассоциируется с ней. Она сомневается или выжидает?

— Это еще предстоит выяснить.

Я бросила на него быстрый взгляд.

— Нам нужно вернуться к тому, о чем мы говорили ранее.

— Думаю, я бы предпочел вернуться к тому, чем мы занимались ранее.

Его глаза заблестели в свете фойе.

Румянец залил мои щеки от его слов. Я все еще ощущала его внутри себя, его прикосновение к моей внутренней плоти. Нам пришлось отпрянуть друг от друга, как рождественские гирлянды, и по отвращенному взгляду, который Артем бросил в нашу сторону, он точно знал, что происходило под одеялом.

Я не была смущена. Все знали, что они с Роксаной поступали и похуже.

— Ты знаешь, что я не это имею в виду.

Константин сунул руки в карманы.

— Почему ты так решительно настроена на это, Елена? Я ясно дал понять, что думаю.

— Я тоже ясно дала понять, — съязвила я. — Я единственная, у кого есть хоть какое-то подобие плана, Кон. Прошло три года, и ни один из вас не приблизился к ней.

Мускул на его челюсти дернулся. Этот спор раздражал его.

— Она сейчас активна, Елена. Она облажается, и мы окажемся рядом, чтобы схватить ее. В конце концов, мы одолеем ее.

— Как долго, Кон? Еще три года? Должна ли я уйти и вернуться с шестилетним ребенком?

Он бросил на меня мрачный взгляд.

— Я ни за что не позволю тебе рисковать своей жизнью.

— У меня лучший план, и ты это знаешь. Ты ненавидишь это, но ты это знаешь. — я постучала пальцем по виску. — Как думаешь, кто еще взвесил все за и против, проблемы и решения? У меня есть ответы на вопросы, которые ты даже не задавал.

— Я сомневаюсь не в твоем уме, Елена.

— Ясно, что это так, — огрызнулась я. — Ты позволил Роману помочь тебе против Татьяны. Поставил нас друг против друга в соревновании и смотришь, кто победит.

— А если я поставлю вас друг против друга в бою? — осведомился Кон. — Тогда кто победит?

— Татьяна предпочитает мозги бою.

Его смех заплясал по мрамору и штукатурке.

— Сила не дается тебе в конце викторины, Елена. Это мир, в котором ценится не интеллект, а насилие. Если кто-то говорит тебе иное, он лжет. — он добавил: — Я глубоко уважаю твою гениальность, Елена. Ты знаешь, что я люблю это. Но ты достаточно умна, чтобы знать, что мир вращается вокруг солнца, покрытого кровью невинных.

Я не отступила. Кон прав — этот мир не ценил интеллект, особенно умных женщин. Я знала это на протяжении всей своей жизни.

Но этот мир создан людьми.

Татьяна не мужчина.

Если хотите победить женщину, вы должны сражаться как женщина.

У меня много опыта, больше, чем у любого Вора Тархановых. Я боролась как женщина с самого первого вздоха.

— Я одолею ее, Константин. Позабочусь о нашей безопасности.

— А если нет? — он спросил. — Если она победит? Что ты хочешь, чтобы я сказал нашему сыну, когда он спросит, почему его мать не вернулась?

Покидать Николая... на самом деле мне и в голову это не приходило. Расставание с моим ребенком похоже на сдирание кожи с костей. Но чтобы обезопасить его? Я бы развела костер из своего скелета.

Словно услышав свое имя, Николай неуклюже вернулся в фойе. Мы с Константином прекратили разговор, не рискуя, что наш сын что-нибудь подслушает.

— Мама, мама, смотри!

Николай засмеялся, подпрыгивая. Он протянул ладонь, показывая мертвого таракана в центре.

— Нет! — я выбила его из его ладони. — Мы не берём на руки мертвых животных и насекомых.

— Почему нет?

Наталья выплыла из столовой. Евва держала ее за руку, но у нее не было таракана.

Николай удрученно посмотрел на упавшего таракана. Я подняла его на бедро, чуть не опрокинув от того, каким большим он становился.

— Я не хочу, чтобы он заболел, Наталья.

— Тараканы на самом деле очень чистые, — сказала она мне. — Это миф, что они отвратительны.

— Я так не думаю. — ответила Даника, войдя в комнату. Она остановилась рядом с Натальей и одарила ее очаровательной улыбкой, показывая, что все это очень весело. — Они выглядят отвратительно.

Николай показал кузине свою пустую ладонь.

— О-о-о.

— Э-э-э, в самом деле, Коля.

Я отвела его на кухню, чтобы помочь вымыть руки. Не дай бог, он засунет их в рот с остатками мертвого таракана, оставшимся на них. Константин остался в фойе, вполголоса разговаривая со своей племянницей.

Нико был расстроен тем, что я избавилась от его нового друга, и демонстративно извивался в моих руках, пока не использовал меня как рычаг, отодвигаясь как можно дальше.

Любая другая ошибка была бы совершенно нормальна. Желательно живым, но я могла бы сделать исключения. Все насекомые, кроме тараканов.

Я усадила его на скамейку и вымыла руки с мылом. Он сопротивлялся, пока я не уговорила его пузырями. В конце концов, он подчинился, даже попытался съесть несколько пузырьков.

Я вздохнула и выключила кран, вытирая его руки насухо полотенцем.

— Чем займёмся, мой дикий мальчик?

Николай улыбнулся мне.

— Вымой мне руки.

Какая-то часть меня рухнула под его невинностью. Николай ничего не знал ни о Татьяне, ни о ее порочности. Он не знал, что мы с его отцом ссорились из-за его будущего и будущего его семьи. В мире Нико его руки нуждались в чистке, и они были вымыты. Просто и эффективно.

— Мы закончили. Ты свободен. — я поцеловала его в щеку, вдыхая детский аромат. — Я имела в виду все остальное.

Он поднял руки.

— Я не знаю.

— Ты не знаешь, хм? — я пощекотала ему живот, и он откинулся назад, хихикая. — Я надеялась, что у тебя будут ответы, малыш.

— Не знаю! — повторил он.

— Да, — засмеялась я, но, посерьезнев, сказала: — Я тоже не знаю.

Когда мы вернулись в фойе, Евва пряталась за ногами Константина. Он успокаивающе положил руку ей на голову.