Чтение онлайн

— Не уезжайте из Италии, пока я не убью Николо.

Она кивает, обнимая дочь.

Я бросаю взгляд на Данте.

— Пусть люди присмотрят за Джадой и Лилианой и оставь нескольких мужчин здесь, в особняке.

— Да, босс.

Развернувшись и направляясь к Хейвен, я говорю:

— Массимо, пожалуйста, отвези Дакоту обратно к моей матери. — Останавливаясь перед женой, я говорю ее матери: — Мне нужно провести с Хейвен несколько дней, так что она не будет навещать тебя. Надеюсь, ты понимаешь.

Дакота кивает.

— Конечно. Уверена, вам есть о чем поговорить. — Она обнимает Хейвен. — Я тебе позвоню.

— Хорошо. Люблю тебя, мам.

— Я тоже люблю тебя, милая.

Когда они отстраняются друг от друга, я беру Хейвен за руку и вывожу ее из особняка.

Как только мы остаемся в Порше одни и я выезжаю за ворота, она говорит:

— Спасибо, что выслушал тетю Джаду и Лилиану. — Она снова кладет руку мне на бедро, и я чувствую, что могу к этому привыкнуть. — И за то, что позволил Лучано вернуться.

Я лишь киваю, ощущая сильное желание побыть наедине с Хейвен в нашем доме.

Мне так много хочется рассказать ей о Диего и мистере и миссис Мессина.

Мои мысли возвращаются к Николо и Вито, и я чувствую, как гнев закипает в моей груди.

Честно говоря, Вито меня больше не интересует.

Я просто хочу прикончить Николо.

Я достаю телефон из кармана, подключаю его к Порше и набираю номер Массимо. Он отвечает почти сразу.

— Что случилось?

— Как только отвезешь Дакоту домой, подготовь частный самолет. Мне нужна команда из наших лучших людей, особенно Данте, Рикко и Маттиа. Послезавтра мы летим в Хорватию.

— Ладно. Как ты держишься?

Мои руки крепче сжимают руль, и, избегая правды, я отвечаю:

— Мне просто нужно время, чтобы все обдумать.

— Хочешь, я приеду?

— Нет, все в порядке, — отвечает за меня Хейвен. — Я позабочусь о Лео.

Он на мгновение замолкает, а затем говорит:

— Позвони мне, если тебе что-нибудь понадобится.

— Спасибо, Массимо.

Я нажимаю на экран, завершая звонок, а затем смотрю на Хейвен.

— Ты хочешь позаботиться обо мне?

— Да. — В ее голосе слышатся собственнические нотки, которые мне ужасно нравятся. — Ты ведь мой муж.

Лео

Когда мы переступаем порог, я направляюсь прямиком к столику в гостиной, чтобы налить себе выпить.

Как только я делаю глоток виски, Хейвен хватает мой пистолет. Мое тело напрягается, когда она достает его из-за пояса моих брюк, и я жду, что она сделает.

Она протягивает руку мимо меня и кладет его на приставной столик.

Я медленно выдыхаю, и когда она обнимает меня сзади, прижимаясь щекой к моей спине, мое тело мгновенно расслабляется.

Я закрываю глаза и наслаждаюсь этим невероятным ощущением – быть в объятиях женщины, которую люблю.

Женщины, которую я люблю.

— Какой я была в детстве? — спрашивает она.

— Ты была ураганом энергии, — шепчу я, и уголок моего рта приподнимается в грустной улыбке. — Cazzo, ты никогда не делала то, что тебе говорили, и сводила свою мать с ума.

— Да?

— Всякий раз, когда я приезжал, мне всегда приходилось уделять тебе столько внимания, сколько ты хотела, прежде чем я мог провести время с Диего.

Хейвен проводит рукой по моему прессу, а затем кладет ладонь на мое сердце и обнимает меня еще крепче.

Я ставлю стакан и накрываю ее руку своей. Глядя на океан, я даю волю воспоминаниям, которые так долго старался подавить.

— Я был там в тот день, когда миссис Мессина привезла тебя домой из роддома. Тебе потребовался час, чтобы уснуть, поэтому я катал твою коляску туда-сюда по коридору.

— Мне до сих пор требуется час, чтобы уснуть, — шепчет она.

Моя грустная улыбка на мгновение становится шире, и я поглаживаю ее руку.

— Когда я обычно ночевал у вас, твоя мать изо всех сил старалась уложить тебя в постель. Но ты постоянно сбегала, чтобы поспать между мной и Диего. В конце концов, твоя мать сдавалась и позволяла тебе остаться с нами. Утром твой единорог всегда оказывался у меня на лице, а ты лежала на мне сверху. — Мой голос становится тихим, мне ужасно хочется заплакать, но я сдерживаюсь. — Я обожал так просыпаться.

Хейвен обходит меня, и когда я вижу слезы на ее щеках, поднимаю руку к ее лицу и смахиваю их.

— Я хочу вспомнить свою семью, — признается она. — Если ты так о них заботился, они, должно быть, были замечательными людьми.

— Были. Дом твоей семьи был единственным местом, где я чувствовал себя в безопасности. Твои родители были такими щедрыми и любящими. Они даже были готовы приютить меня. — Я перевожу дыхание, когда меня накрывает волна печали. — Диего всегда обрабатывал мои раны после того, как отец избивал меня. Твоя семья была бескорыстной.

Из глаз Хейвен снова текут слезы, и я тут же смахиваю их.

— Мне было невыносимо больно потерять Диего и твоих родителей, но то, что я не мог найти тебя, — я качаю головой. Эмоции захлестывают меня на несколько секунд, и мне приходится сделать глубокий вдох, чтобы продолжить, — это убивало меня.

Она кладет руки мне на грудь, и на ее лице появляется выражение, очень похожее на любовь.

— Теперь я здесь.

Я обхватываю ее лицо руками и долго смотрю на нее, после чего наклоняюсь и нежно целую ее в губы. Наши взгляды встречаются, и я шепчу:

— Твоя пропажа убила меня, а твое появление вернуло к жизни. Ты – мое начало и конец, stellina mia. Теперь, когда ты вернулась ко мне, я не позволю ничему и никому снова отнять тебя у меня. — Я провожу ладонью по ее волосам, пристально глядя ей в глаза. — Мое сердце принадлежит тебе. Всегда принадлежало и всегда будет принадлежать.

— Не странно ли то, что я помню только тебя?

Я качаю головой.

— Вовсе нет. — Уголок моего рта снова приподнимается. — Ты всегда говорила, что я твой любимый человек.