Имперец. Книга 1. Живыми не брать!
Шрифт:
Рыжий, пригнувшись к полу, ныряет внутрь. Я следом, надо его подстраховать.
В помещении царит хаос. Все перевернуто, оконное стекло заодно с рамой вынесло на улицу. Дым от разрыва понемногу вытягивается наружу, и становится видно пулеметчика. Он ещё жив, бьётся на полу и выгибается дугой. Не жилец - горло разорвано осколком, и разгруз на груди весь уже промок насквозь.
Щелкает выстрел Рыжего, и боевик замирает на полу.
Странное дело, но и очкастый деятель тоже жив! Хотя и очень плох, ему тоже прилетело изрядно. Основной удар пришелся ниже пояса. Он сидел за столом, а гранаты рвались на полу. Поэтому часть осколков задержал стол, за которым этот тип и расположился. Даже очки уцелели и всё так же поблескивают золотом оправы.
Он скорчился на стуле и что-то шипит сквозь зубы.
Подхожу ближе.
– Бинт…
– Чего?
– Меня надо перевязать!
– Зачем?
– Вы не поняли?! Я же заложник!
Удивительным образом уцелевший ноутбук отображает сейчас картинку, передаваемую камерами слежения - в том числе лестницу, по которой все мы шли. И стоит этот ноутбук прямо перед очкастым.
– Твоя работа?
– Меня заставили!
– Угу. Папа попросил?
Он дергается, лицо его темнеет.
– Спешишь к нему? Вынужден огорчить - встречи не будет.
– Не имеете права! Вы должны оказать мне помощь!
– Как той девочке внизу?
– Это не я!
– Но ты - видел?
– Я не мог им помешать!
– Мог. Главарь говорил с тобою уважительно, стало быть, послушал бы сына уважаемого человека. Ну, убили бы её просто, зачем же так-то?
– А! Ей уже всё равно…
– Мне тоже.
– Вы будете смотреть, как раненый человек истечёт кровью?!
– Рыжий, ты тут человека видишь?
– Нет, командир. Не вижу таких. Покойников - этих наблюдаю.
– А они ведь не разговаривают?
– Нет. Должно быть, ветер шумит, здесь такой сквозняк…
Парень сует руку в стол. Нагибаюсь и прижимаю её к углу. Так и есть - там у этого типа пистолет, и сейчас он сжимает его в руке. Вот и славно… любая экспертиза найдет на нем твои пальчики - фиг кто-то теперь выставит очкастого невинной жертвой.
Какое-то время он ещё дергается - не хочет помирать просто так. Ох, и злобный же ты гаденыш…
Потом его рука слабеет, глаза начинают мутнеть. Всё, отбрыкался. Очкастый обмякает на стуле.
На лестнице звучат шаги.
– Девять!
– Два!
– откликается Рыжий.
– Заходите!
В проеме двери появляется Граф.
– Командир, внизу чисто. Двое холодных.
– И у нас, - быстрый взгляд на парня, - тоже двое. Оказали активное сопротивление, стреляли…
– Понятно, - кивает боец.
Отпускаю руку борзого типа и вытираю ладонь об его одежду.
– "Вышка" - четвертому!
– На связи.
– Здание зачищено. Четверо холодных - оказали активное сопротивление. Дежурная смена станции погибла вся - духи расстреляли, а один из сотрудников оказался пособником боевиков.
– Ваши потери?
– Нет потерь, Рыжий колено ушиб. Саперов сюда нужно, здание заминировано.
– Высылаем, встречайте.
– А главарь там как?
– Взяли. И его, и охранника, никто и пикнуть не успел.
А уже в штабе я попросил показать мне тех спецов, которые так ловко ухитрились запудрить мозги боевикам, вовремя подменив картинку и имитировать всё это время радиообмен. Из-за уставленного всяческой аппаратурой стола поднялся худощавый лейтенант. Смущаясь, протянул мне руку.
– Лейтенант Григорьев.
– Звать тебя как?
– Анатолием, товарищ капитан.
– Значит, так, Толя. Из кожи вывернись - но сегодня вечером ты у нас! Понял?
– Э-э-э…
– Это приказ, лейтенант! Усек?
– Усек… так точно!
– Расслабься. Мы тут тебе все по гроб жизни обязаны. А долги надо отдавать!
У меня были все причины для таких слов. Под лестницей саперы нашли заряд тротила. Весом около десяти килограммов. И подорвать его очкастый мог в любой момент. Если бы увидел нас на экране. А ведь эту камеру, как и заряд, мы благополучно зевнули…
Тогда я подарил ему трофейную "Беретту", взятую у убитого боевика. Компьютер, конечно же, оружие серьёзное. Но пистолета не заменяет. Во всяком случае - не всегда.
А сейчас мы мирно сидим у него на кухне. Вчерашний лейтенант подрос и заматерел, в глазах появилась мудрость. Да и выглядит вчерашний лейтенант теперь, куда как солиднее.
– Вот ты что - решил банк надуть?
– С какого бодуна?
– Мил друг, как ты не просекаешь? Для чего тебе, да и всем прочим тоже, банки деньги дают? Ну, скажи мне - какая им польза от сопляка шестнадцатилетнего, работы не имеющего и мозги пропивающего на вечеринках? Дофига они с него денег поимеют?
– Да какие там деньги!
– машу рукой.
– Я-то хоть работаю, а они…
– Вот!
– назидательно поднимает он палец к потолку.
– Смотри сюда. Десять лет этот обалдуй скакал и ни о чем не думал. Однако ж - малина кончилась, и пришли к нему суровые дяди из коллекторского агентства - плати! Чем он платить станет?