Чтение онлайн

— Вижу его грот, — сказал Маленький Мика. — Они снова перекладывают паруса.

— Поторопись, Барли, — рявкнул Старик, холодно глядя на меня, когда я попытался тайком снова наполнить кружку. Полпинты едва хватало, чтобы промочить горло.

«Да будут полны бочки на том корабле», — подумал я.

— Похоже, они пытаются уйти в сторону шторма, — крикнул Тор. — Кажется, они из Фрейланда. Они убрали личный штандарт, прежде чем я успел различить цвета.

Ага. Это означало, что на борту находится некая важная персона. Возможно, они решили, что мы не станем их преследовать, если не будем об этом знать.

Фрейланд находился к западу от Кровавого мыса, лигах в десяти от того места, где он ближе всего подходил к материку. Каравелла, вероятно, шла из Портсмута в Сонгер или Рингерике — путь, который можно проделать за ночь.

Мы редко рыскали у берегов островного королевства, поскольку корабль-призрак редко там появлялся. Фрейланд мы оставили нашим конкурентам, тролледингцам.

Судя по выражению лица Колгрейва — по крайней мере, тому, что можно было понять сквозь шрамы, — он явно упал духом. Снова не Тот Самый. Потом он снова немного подумал. Бегство и игра с цветами могли оказаться уловкой. Он сам делал то же самое, чтобы успокоить подозрения флота Красных островов или Итаскии.

— Право руля еще на один румб, — приказал он. — Боцман, спускайся вниз и приготовь палубу.

Худой Тор ловко, словно обезьяна, спустился с мачты. Лишь Малыш умел быстрее его лазить по вантам. Но Малыш иногда срывался. Проснувшись ночью от громкого удара о палубу, ты сразу понимал, что он снова пытался показать, на что способен.

Спрыгнув на палубу, Тор начал выкрикивать приказы, ухмыляясь от предвкушения.

Ему нравились подобные кровопускания, и лишь тогда он чувствовал себя по-настоящему живым. Утомительные периоды ожидания были дьявольской ценой, которую он платил за мгновения кровавого экстаза. Впрочем, он не слишком страдал от временного затишья. Память его была столь слаба, что он редко помнил нашу последнюю победу.

Один из матросов начал раздавать оружие. Я взял абордажную саблю, спустился вниз за луком и стрелами, которые держал у себя в гамаке, затем направился на свой пост на полубаке. Я был лучшим лучником на корабле. Моя задача заключалась в том, чтобы прикончить рулевого и офицеров.

— Я бы стрелял намного метче, будь во мне чуть больше грога, — проворчал я Вельботу, который отвечал за передние абордажные крючья.

— Да и мы все тоже, — рассмеялся он. — Кстати, насчет меткой стрельбы — я тебе рассказывал про тринадцатилетнюю девочку, которая была у меня в Сакуэску? Не знаю, где она училась, но ее умениям можно было только позавидовать. Настоящая нимфа. Но ее родственники не одобрили мой выбор. — Он закатал левый рукав, показав длинный неровный шрам на плече. — С расстояния в двести пятьдесят ярдов, на бегу.

Я предавался грезам, делая вид, будто мне интересен его рассказ, который я слышал уже сотню раз, как и большинство из нас. Вряд ли он помнил о том, что уже рассказывал эту историю раньше.

Никакого воображения, Вельбот. По морю катились длинные волны высотой в ярд, похожие на отполированный нефрит. Ни единого проблеска белого, никакой глубины. Я не мог заглянуть под воду. Вероятно, оно было спокойным уже много дней. Не было даже плавающих водорослей, которые обычно поднимали со дна частые штормы в окрестностях мыса.

Следующий шторм не предвещал ничего хорошего — как это всегда бывало, когда он подобным образом набирался сил.

На полубаке, располагавшемся на двадцать футов выше главной палубы, качка чувствовалась сильнее. Мой желудок начал протестовать. Нужно было оставить проклятый грог на потом.

Но тогда было бы меньше места для напитков с каравеллы.

Ветер усиливался, меняя направление. Мы приближались к шторму. На волнах появились небольшие барашки.

Мы приближались и к Кровавому мысу. Я слышал приглушенный рев прибоя, различал гейзеры, поднимавшиеся от разбивавшихся о прибрежные камни волн.

От каравеллы нас отделяло меньше мили. Она теперь была повернута к нам кормой, но она была у нас в руках. Оставалось лишь ждать.

Подошли Барли и Святоша, ведя за собой нескольких лучших бойцов. Похоже, Колгрейв планировал идти на абордаж с полубака на корму. Меня это вполне устраивало. Оставалось лишь захватить их штурвал — и убивать.

Вельбот сплюнул за борт. Он был настолько неопрятен, что имел дурную славу даже среди нас.

— Может, там будут женщины, — мечтательно проговорил он. — Давно мы не захватывали корабль с бабами.

— Оставь одну Девственнику, — усмехнулся я. Это было второе прозвище Малыша, которым пользовались в основном для того, чтобы его подразнить.

Вельбот тоже рассмеялся.

— Ну конечно. Даже первые почести ему. — Лицо его помрачнело. — Когда-нибудь мы поймаем еще одного колдуна.

Подобное уже случалось прежде и внушало страх. Мы могли выигрывать сражения, где человеку противостоял человек, а клинку — клинок. Мы были лучшими бойцами на западном океане и доказали это сотню раз. Но против колдовства у нас не было защиты, кроме милости богов.

— Итаския. Мы больше всего причинили им вреда. Они пошлют корабль-приманку с первоклассным колдуном на борту. И где тогда наша удача?

— Прежде нам это удавалось.

— Но больше ни разу. Можешь спросить Умника. — Он не сказал, о чем именно.

В прошлый раз нам пытались противостоять пираты с Красных островов. Все висело на волоске, и нам в тот раз повезло, что Колгрейв был чересчур безумен, чтобы бежать. Барли прикончил колдуна за мгновение до того, как тот успел призвать демона, который разбросал бы обломки «Дракона» по половине западного океана.

Наши конкуренты на островах вовсе не испытывали к нам нежных чувств. Мы проявляли к их кораблям не больше сострадания, чем к чьим-либо другим.

Каждый из нас молился о том, чтобы мы нашли Тот Самый корабль до того, как нас найдет жуткая рука морской судьбы.

Я мог различить лица людей на каравелле. Пора было приготовиться. Открыв водонепроницаемый футляр, я тщательно осмотрел стрелы. Они были самыми лучшими, как и мой лук. Они стоили годового жалованья для большинства мужчин. В свое время я полностью окупил их за месяц, сдав их внаем вместе с собой.

Я внимательно разглядывал стрелы, трогая их и перебирая, и в конце концов выбрал серое древко с двумя красными ободками.

Вельбот с любопытством наблюдал за ритуалом, не пытаясь соблазнить кого-нибудь на пари, какую стрелу я выберу. В конце концов я всегда выбирал одну и ту же — мое самое счастливое древко. Эта стрела никогда не промахивалась.

Когда-нибудь я собирался обменяться стрелами с лучником на корабле-призраке. Говорили, что они несли смерть на расстояние в триста ярдов. Я не верил, что он может быть столь смертоносен, как я, пока у меня есть стрела с красными ободками.