Чтение онлайн

Такой вот непутёвый сон, который был то ли обычным ночным бредом, то ли посланием из дольнего мира. Этого я не знаю, в мире Кама-Нио всё так переплетено, что ничего точно сказать нельзя. Реальность может быть мороком, а иллюзия запросто оказывается чем-то материальным. В общем, на тот момент меня это волновало не сильно, что-то приснилось, да и ладно, сон запомнил и продолжил жить, как и раньше. Будет что-то в тему, подумаю над этим, а нет, так и не надо.

Ранним утром я проснулся от прикосновения сержанта Амата, который решил меня разбудить. Хотя обычно я просыпался сам. Всё тело ломило, ноги подрагивали, словно я пробежал кросс на большую дистанцию, в висках поселилась ноющая спазматическая боль, а в голове царил сумбур. Неосознанно я потянулся к «Полному Восстановлению» и, отойдя за кусты справить нужду, с помощью заклятья привёл себя в порядок. Тело снова стало лёгким, голова прояснилась, и я был готов продолжить путь к ущелью Маброк.

От перевала Жирмон-Хот по левому берегу реки Имин по широкой и хорошо утоптанной тропе, на которой были обнаружены отпечатки человеческой обуви и следы крупного хищника из породы кошачьих, отряд двинулся к своей цели. Впереди десяток Нереха. За ним — воины Амата. Дальше — центр, где были мы с магом, пара дружинников и вьючные лошади. А затем Квист со своими бойцами. Все были вооружены и готовы к тому, чтобы принять бой. А в паре километров от входа в ущелье Маброк я приказал надеть на себя броню. Никто не спорил, всё и так понятно. Впереди неизвестно что, а тут ещё из-за отсутствия животных и крупных птиц на сердце неспокойно.

На привале воины облачились в доспехи и кольчуги. Затягивали ремни, проверяли оружие, по новой натягивали арбалеты, которые не должны были отказать, а Верек раздал дружинникам средние эликсиры здоровья. Затем десятники проверили своих подчинённых, я ещё раз переговорил с ними, обсудил план развёртывания отряда в случае нападения, и снова мы в сёдлах.

Неторопливой рысью кони устремились туда, куда их направляли седоки. И как только первый всадник въехал в широкую теснину с крутыми склонами, лошади перешли на шаг. Воины смотрят в разные стороны, их глаза обшаривают серые безжизненные скалы с редкими вкраплениями густого низкорослого можжевельника. И вроде бы вокруг тишь, гладь да божья благодать. Светит солнышко. Слева шумит река Имин. Лошади идут мирно. И вокруг нас всё спокойно. Однако я чувствовал, что за нами наблюдают. Взгляд чужака словно цеплялся за одежду, мою кольчугу и лицо, и пришло понимание, что наблюдатель расположился за кустами на скале справа от нас, метрах в двадцати вверх по склону. И хотя явной угрозы нет, оставлять за спиной непонятно кого не следовало, особенно в ущелье, которое могло быть ловушкой.

Вскинув левую руку, я остановил движение. И одновременно с этим вздрогнул один из кустов, где, как я предполагал, находился чужак. Точно, за нами следят.

— Внимание! — выкрикиваю я команду и указываю на подозрительный кустарник.

Несколько дружинников спешились и навели арбалеты на кусты, остальные воины рассредоточились, а маг достал один из артефактов, кажется «Молнию». Один из кеметцев рядом вопросительно посмотрел на меня, и я добавил:

— Стрелять только по моей команде!

Воины кивнули — приказ принят — и замерли. А кусты вновь вздрогнули, раздвинулись, и я увидел первого представителя племени гунхат, которое, видимо, всё ещё продолжало населять эти места.

На узкой и невидимой снизу тропинке появился снежный барс, крупный, с длинным и гибким телом, коротковатыми ногами, мощными лапами, оттиск которых мы уже видели на тропе, очень длинным хвостом и головой, которую по размерам можно было сравнить с человеческой. Усеянный чёрными пятнами мех красавца-ирбиса, светло-серый, с небольшой рыжинкой, переливался и играл на солнце. По длине зверь был около полутора метров, а с длинным и вёртким хвостом, который постоянно находился в движении, явно около двух с половиной. По весу снежный барс приблизительно был килограммов на семьдесят пять, что для данного вида, насколько я слышал, выше среднего стандарта. Но это и неудивительно, так как закон сохранения массы даже здесь действует, и если человек-оборотень весит сто килограммов, то и, перекинувшись в зверя, он будет весить столько же, и тут не важно, медведь он, волк или лев. А в том, что передо мной именно оборотень, я не сомневался, так как на левой передней лапе ирбиса был ясно виден кожаный оберег с серебряными вставками в виде рун. Такие вещицы носят только люди, в основном те, кто боится потерять свою защиту. А кожаный магический браслет всё время ужимается или растягивается по форме кисти руки, и для оборотня это то, что нужно.

Ирбис стоял на месте, явно напоказ. Его глаза смотрели прямо на меня. Почуяв и увидев рядом с собой хищного зверя, наши лошади забеспокоились, и воины были вынуждены удерживать их за поводья. Кто-то из дружинников, видимо, не выдержал нервного напряжения и выстрелил.

— Не стрелять! — выкрикнул я.

Мой голос остановил людей, но не смог задержать спущенный тугой тетивой арбалетный болт. Короткая стрела полетела прямо в оборотня. Однако сильный и гибкий зверь, подобно воде, перетёк в сторону, и стальное жало болта ударило не в мясо и кости, а в камень скалы. Звук удара! Несколько каменных крошек, отлетевших от серого монолита, и всё тот же кажущийся спокойным ирбис, который не убегал, но и на контакт не шёл.

«Ладно, — подумал я. — Раз гора не идёт к Магомеду, значит, Магомед, в моём случае граф Уркварт Ройхо, идёт к горе, то бишь к оборотню. Что из этого выйдет, не знаю. Посмотрим. Тем более что меня прикрывают, да и сам я не новобранец, которого можно легко порвать клыками».

Словно вторя моим мыслям, лишь только я спрыгнул с жеребчика и перекинул поводья ближайшему дружиннику, оборотень зевнул и показал свои белоснежные изогнутые клыки. Два сверху и два снизу.

«Грозное животное, — мелькнула у меня очередная мысль, и я сошёл с тропы. — Не саблезубый тигр, конечно, но всё равно впечатляет».

Я направился к большому валуну в семи-восьми метрах от крайнего воина моего отряда. И, вторя моим движениям, лёгким и мощным прыжком ирбис прыгнул вниз. Рывок! Гибкое большое тело хищника взмыло в воздух, и оборотень оказался ближе ко мне сразу на три-четыре метра. Новый прыжок! Сильные лапы отталкиваются от камня. Снова пятнистое светло-серое тело в воздухе, и зверь ещё ближе. И когда я подошёл к валуну, ирбис уже стоял на нём, всего в полуметре от меня.

Всё тело снежного барса играло скрытыми шкурой мускулами, а глаза по-прежнему рассматривали меня. И, всмотревшись в них, почему-то я вспомнил ту скорбную старушку из ночного сна. Глаза были те же самые, вроде бы человеческие, но с необычной желтизной вокруг зрачка, и что самое удивительное, в них были какие-то чувства, грусть и надежда. Впрочем, это могло мне только показаться.

— Мур-р-р! — на выдохе издал первый звук ирбис.

— Ага! — усмехнулся я. — Не понимаю я тебя.

— Мур-р-р! — на вдохе добавил зверь.

— Мы пришли с миром. — Я показал оборотню раскрытые ладони, извечный знак добрых намерений. — Давай перекидывайся в человека, и поговорим.

Голова ирбиса качнулась, словно он хотел сказать «да». Развернувшись, он быстро вскарабкался наверх и скрылся в том месте, где впервые себя обозначил. Колыхнулся можжевельник, мелькнула среди колючей зелени шкура зверя, и позади кто-то сказал:

— Удрал зар-ра-за!

— Посмотрим, — не оборачиваясь, произнёс я и остался стоять на месте.

Оборотень должен был вернуться. И он вернулся. Спустя пару минут вновь вздрогнула зелень, которая явно прикрывала какое-то укрытие, и на тропинке появился по пояс голый человек, среднего роста истощённый брюнет с длинными волосами и бородкой, на вид немногим старше меня.

Копируя движения снежного барса, прыжками, он стал спускаться ко мне. И, глядя на этого человека, я подумал, что контакт с местным населением, кажется, налаживается. Вот только слишком охотно оборотень идёт на разговор. Это странно, и тут одно из двух: либо мне действительно рады, либо у кого-то серьёзные проблемы, и он желает переложить их на мои плечи. Таковы наиболее вероятные варианты.

Оборотня звали Рольф Южмариг из рода гунхат. И лишь только он спустился, как сразу попросил остановить отряд на близлежащей поляне около реки, где можно спокойно поговорить, и я пошёл ему навстречу. Время — полдень, можно устроить днёвку. И как только зажёгся первый походный костёр, над которым сразу же повис котелок с водой, местный житель поведал мне, магу и сержантам историю падения своего племени. Выслушав его, мне захотелось вскочить с места и пнуть ногой ни в чём не повинный котелок, произнести несколько крепких русских ругательств и скомандовать немедленное отступление из ущелья Маброк обратно к перевалу Жирмон-Хот и далее к морю.