Чтение онлайн

Ника упрямо попробовала ещё несколько раз призвать огонь — единственное заклинание которое ей было знакомо, но пришлось признать, что таким же хорошим магом как Асои ей не быть. Любое применение силы отдавалось острой болью и разрывало артерии изнутри. Ника подняла рукав и поняла, что ещё парочку таких огненных заклинаний и она руки лишится.

Один из демонов, походящий на маленького льва ловким прыжком подобрался близко к Асои. Ника быстрым движением достала саблю и разрубила противника до того, как он своими когтями ударил бы женщину.

— Благодарю, — сказала Асои и посмотрела на руку Ники. Где-то под рукавом Ника чувствовала кровь, но ранение, скрытое под плотной тканью, женщина увидеть не могла. Значит почувствовала. — Что с тобой?

— Не знаю, — ответила Ника. Она в действительности не знала.

До этого дня такой проблемы не было. Стихийной магией Ника пользовалась редко. Она высушивала внутренний запас энергии до дна и потом много дней приходилось ощущать себя бессильным котёнком. Но раньше она не доставляла боли. Что Ника делала в этот раз не так понять не удавалось.

Бой продолжался стремительно. Демоны всё прибывали и прибывали. Их сжигали, сметали, давили, рассекали, но они не заканчивались. Их поток казался бесконечным.

Ника, как и Гелен во все глаза наблюдали за другими магами. Люди Асои были хорошо обучены и в их арсенале оказались полезные заклинания. Например, магический щит. Ника сразу взяла его «на вооружение». Им пользоваться оказалось не так больно, а вот отражать удары тварей он помогал хорошо.

Но один удар Ника всё же пропустила, не успев увернуться. Точнее, если бы увернулась, то тварь попала бы по магу, которого она прикрывала. Острые когти твари рассекли бедро. Ничего — царапина, тварь поплатилась за это жизнью. Если, конечно, к ней слово «жизнь» было применимо.

Ника ощущала страх и азарт, как свой, так и тех людей, что сражались рядом с ней. Под звуки выстрелов, гула направляемой энергии, слышались громкие команды, раздаваемые Асои и другими командирами.

Полиция оказалась не бесполезной. Они успели перетащить даже пушки. Вооружённые несколькими ружьями полицейские отстреливали летающих бестий словно фазанов. Сделав выстрел, стрелку тут же подавали уже заряженное ружьё. Проблем с запасом пороха не наблюдалось. Ружей было в избытке, как и пистолетов. Но пушки пока безучастно стояли, ожидая команды.

Маги действовали также слаженно. Те маги, что направляли воздух, подхватывали огненные снаряды и направляли их в толпу тварей. Маги, которым была подвластна земля поддерживали укрепления, обвалив при этом пару зданий. Баррикады пополнялись тушами убитых, помогая защитникам.

Такая слаженность действий одновременно и вдохновляла, и ободряла, но и заставляла задаться вопросом. На крышах нескольких зданий с укреплённым фундаментом обнаружились самые настоящие бойницы. В них также засели стрелки.

Ника понимала, что пограничному городу и требовалась хорошая подготовка к осаде, но здесь явно было что-то не то. Широкие полосы со стальными шипами, проложенные поперёк улиц, ранили лапы тварей. Обычные окна верхних этажей зданий, что окружали площадь были закрыты тяжёлыми железными щитами, делая из них надёжные бойницы. Люди, засевшие в них не только отстреливали демонов из ружей, но и кидали гранаты.

Подготовить всё это заранее, не зная о вторжении было невозможно. Но в миру о демонах мало кто знал. Ими запугивали непослушных детей, не более того. Однако, вот он — город, который оказался куда крепче, чем думалось Нике. И, возможно, им действительно удастся продержаться до прибытия армии.

Вот только тряска, о которой Ника успела уже позабыть, возобновилась. Здание у начала площади покрылось трещинами, а затем рухнуло, погребя под собой не только группу даже не подумавших попробовать отбежать тварей, но и людей, что находились на верхних этажах. Также рухнуло и здание, что находилось на другом конце площади. Началось самое настоящее землетрясение.

Прошло около двух недель после обряда, когда Доран впервые не получил с утра письма с соболезнованиями. Асари была жива, но ему приходилось делать вид, что она обратилась пеплом.

— Она хочет навестить тебя, — послышался участливый голос Огелана. — Просит разрешения прийти к тебе во дворец. Причём очень настойчиво.

Доран повернулся к другу, вновь вынырнув из размышлений. Огелану удалось выбраться с утра и прийти в гости, чтобы вместе позавтракать. Такое случалось крайне редко и в обычное время, а в нынешнее так и вовсе на компанию Ректора рассчитывать не приходилось.

Друзья расположились в саду в тени деревьев, подальше от стен, у которых, как известно есть уши. Только магия сейчас могла бы помочь шпионам подслушать, чем они и занимались. Они хорошо скрывались, должно быть были магами седьмой ступени с воздушной стихией. И их было несколько. Умно, одного-двух мог бы обнаружить любой высший маг с той же стихией ветра. А вот больше трёх соглядатаев обнаружить практически невозможно. Всё равно, что ловить все семь ветров одновременно. Вот только Доран играл с ветром ещё с пелёнок. Воздух был его родной стихией, а он пока ещё оставался единственным магом десятой ступени во всей Империи. Не считая Императора, которого «сейчас здесь нет».

— Скажи ей, что мне сейчас не до неё, — ответил Доран, стараясь чтобы его голос звучал как можно более равнодушным и послал Огелану красноречивый взгляд. Он сразу сообразил, что их сейчас слушают и кивнул.

Всё же это было странно: Огелан не обмолвился и словом о своей племяннице. Он переправил её в Столицу как раз перед самым затмением и даже не подумал представить другу. И потом долго избегал встреч с Дораном, ссылаясь на занятость. Доран начинал чувствовать себя заразным чумной хворью, что его избегали практически все, даже друг. Видимо, до Огелана это дошло, раз пришёл с утра. Хоть что-то хорошее за последние несколько недель.

— Моё дело передать её слова. Решать тебе.

Вновь возникла пауза, но Огелан тактично не настаивал на оживлённой беседе. Думалось, он понимал, всё то, что сейчас творилось с Дораном. По крайней мере, в это хотелось верить. Всё же его мать тоже была проводником, и он хорошо знал цену такой связи. Но… племянница.

— Почему ты не сказал, что дочь Олгамата осталась жива? — спросил Доран не сдержав упрёка.

Огелан глубоко вздохнул, выдавая видом недовольство вопросом. Покосился взглядом куда-то за спину Дорана, так будто рядом были посторонние. Понятно, значит всё не так как кажется, но сказать прямо он не может.

— Таков был наказ Олгамата, — ответил Огелан. — Он боялся преследования своей семьи.

— Император не стал бы причинять вреда ребёнку.

— Он этого не знал, а убедиться в обратном у него не представилось шанса.

Огелан если и не врал полностью, то явно что-то недоговаривал. Либо он не хотел, чтобы узнали люди Торха. Но взгляд друг не отводил, значит этот вопрос про неожиданную племянницу проблемой не был и можно было оставить его на потом.

— Император будет недоволен, — сказал Доран спокойным голосом.